Именем королевы - Сьюзен Виггз

– Графиня заверила меня, что у вас дипломатическая неприкосновенность на борту. Как только окажетесь там, англичане не смогут арестовать вас. – Ком в горле мешал ей говорить. – Так тяжело прощаться.

– Знаю, любимая моя. – Он прижал ее к себе. – Если бы мне было суждено прожить тысячу лет, я бы и тогда никогда не забыл тебя.

– И хотя я вас не люблю, – прошептала она, отстраняясь, – я буду тосковать по вас, как по солнцу в мрачный осенний день.

– Пиппа…

– Хватай их! – прокричал кто-то из темноты. – Хватай беглецов!

Она посмотрела в направлении Галли-Ки, и сердце ее ушло в пятки. С одного взгляда она поняла, как она ошибалась.

Морт и Дов, получив от Пиппы деньги, сразу побежали к стражникам Пауэра.

Топот ног доносился со стороны темного переулка. Она схватила его за руку:

– Бежим!

Она радовалась, что предрассветная мгла скрывала нахлынувшее на нее радостное возбуждение. Мало кто, и, уж конечно, не ночной глашатай или стражники Тауэра, знал все ходы и выходы в лабиринте лондонских улиц так хорошо, как Пиппа.

– Следуйте за мной, – велела она Айдану, ныряя в кирпичную арку и вступая в темное царство Ист-Энда.

Она юркнула в узкий проход между домами, на бегу сорвав перевязь и кинув ее в сточную канаву. В конце прохода они выскочили на небольшую торговую площадь, уже просыпавшуюся для нового торгового дня. Шпиль колокольни Святого Данстана на Ист-Энде вырисовывался на фоне сереющего предрассветного неба. Даже в столь ранний час на площади уже появились торговцы со своими маленькими тележками.

– Великолепно, – заметил Айдан. – Мы сами пришли туда, где нас легко выследить.

– Рано выбрасывать белый флаг, – резко ответила она. – Каким путем пришли, тем и вернемся.

Не успела она закончить фразу, как из прохода зазвучали крики. Солдаты нашли брошенную перевязь.

Отвратительный страх овладел Пиппой. Надо было куда-то спрятаться. Пиппа подтолкнула Айдана локтем в сторону колокольни Святого Данстана. Двери ее были открыты.

– На что ты надеешься? – удивился Айдан. – Это же ловушка, оттуда не выбраться.

– Поверьте мне, зато они не станут нас искать там, – ответила она.

Ступени трещали и поскрипывали под их весом. На верхней площадке открывался доступ к огромному тяжелому колоколу с одной стороны и небольшому отверстию в каменном шпиле – с другой.

Они выбрались наружу и очутились в проходе, идущем по стене вокруг колокольни. Пол имел опасный наклон. Из голубятни в одном углу доносилось приглушенное воркование. В противоположном углу на веревке сушилась какая-то одежда.

– Да, нам повезло, – обрадовался Айдан, снимая с веревки короткую куртку и натягивая ее поверх рубашки. Куртка не сходилась на груди, поэтому он не стал ее застегивать. Стоило Пиппе всего на мгновение задержать взгляд на его груди, как все мысли куда-то улетучились. – Здесь есть кое-что и для тебя. – Он улыбнулся.

Он снял заношенную коричневую юбку и передал ей. Она рывком надела юбку поверх панталон и куском холстины подвязала волосы.

– Как я выгляжу?

– Как ангел. Мне остается только ждать, что в какой-то миг ты расправишь крылья.

– Очень смешно.

Он слегка коснулся ее щеки кончиками пальцев:

– Я вовсе не собирался шутить. Я…

– Они – там, – прозвучало откуда-то снизу. Четверо вооруженных мужчин рванулись к лестнице.

– Вот если бы у меня и правда были крылья, – прошептала девушка.

Айдан не отвечал, молча отвязывая конец бельевой веревки. На конце он сделал петлю.

Глухие удары и шаги вместе с руганью доносились с лестницы.

– Прижмись ко мне, – велел Айдан, – и руками обхвати мою шею.

Разбиться, упав с церковного шпиля в объятиях О'Донахью Мара, по ее мнению, было ничуть не хуже, чем любой другой способ свести счеты с жизнью. Она крепко обняла его за шею, ощущая его крепкое тело. Слава богу, после всего пережитого он умирать не собирался.

Размахивая пиками и топорами с длинными рукоятями, солдаты ворвались наверх и теперь продвигались по крыше. До них оставалось расстояние всего в три копья. Айдан крепче прижал к себе Пиппу. Она зажмурилась и уткнулась лицом в его грудь.

Айдан отступил на шаг, затем с силой оттолкнулся и прыгнул, в прыжке описав широкую дугу. Падение было настолько стремительным, что ей показалось, будто ее внутренности застряли где-то в горле. Веревка натужно скрипела, разматываясь по мере того, как они проносились мимо карнизов.

Затем падение резко прекратилось, и они беспомощно повисли, глухо ударяясь о стену церковной башни.

– Что теперь, ваше высокопарение? – поинтересовалась она чуть слышно и сильнее вцепилась в него, крепко обхватив его талию коленями. Айдан что-то прошептал по-гаэльски, и девушка с тревогой посмотрела на его лицо. Боже милосердный, у него закружилась голова от голода.

– Не посмотришь, нам до земли далеко? – попросил он.

Она взглянула вниз:

– Для прыжка высоко. – Она опасливо посмотрела наверх. – Ой.

– Что еще?

Не в силах выдавить больше ни звука, Пиппа завороженно смотрела, как блеснуло на свету лезвие солдатской секиры. Секира опустилась, ударила по веревке… раз, два, три.

Пиппа закричала. Расцепившись, они полетели вниз. Она приготовилась к концу, но вместо этого почувствовала, как ударилась обо что-то пружинящее, и падение прекратилось.

Они свалились на какой-то навес из плотного холста. И, еще не успев прийти в себя, провалились дальше под звуки рвущейся материи.

На этот раз падение было кратким. Они приземлились, запутавшись в ткани, на что-то мягкое и теплое. Втянув в себя воздух, Пиппа поняла, на что они упали… Ноздри ее заложило, а сама она закашлялась. Они с Айданом лежали на самом верху кучи навоза, нагруженного на повозку.

Айдан что-то пробормотал по-ирландски и сполз с повозки, потянув ее за собой. Ошалевший возчик молча наблюдал за ними. Холст от навеса не дал им увязнуть в навозе по самые уши.

Они устремились сквозь ряды палаток торговцев одеждой и повозок коробейников. Постепенно, шаг за шагом они начали переводить дыхание, и Пиппе удалось унять дрожь в коленях. Дышать стало легче. Но стоило им направиться к восточному выходу с площади, как им навстречу вышли два солдата.

Айдан коротко и громко хохотнул. И вместо того, чтобы бежать дальше, подхватил Пиппу на руки и впился в ее губы поцелуем.

Он целовал ее, пока солдаты не прошли мимо, видимо приняв их за пару влюбленных. Резко прервав поцелуй, он поставил ее на ноги и тут же заторопился дальше.

Она чуть не падала, пытаясь угнаться за ним. Черт его побери, этого ирландца, – пока она приходила в себя после поцелуя, он уже снова был в движении. Она и глазом не успела моргнуть.