Гармония Джейн - Райан Уинфилд

– С чего ты взяла, что я волнуюсь?

– Волнуешься. И по-моему, совершенно напрасно.

Джейн въехала на стоянку склада. Для сегодняшнего торжества она испекла шоколадные кексы. Коробка с ними лежала на заднем сиденье. Калеб вышел с таким видом, будто все это его никак не касалось. Джейн решила больше не пытаться его успокаивать.

Стоянка тонула в сумерках. Зато из открытых дверей склада лился яркий желтый свет. Джейн не раз обсуждала с мистером Зиглером планы по устройству этого торжества, но увиденное превзошло ее ожидания.

Помещение склада было украшено разноцветными воздушными шарами. Другие шары – серебристые, в форме букв – изгибались аркой, образуя слово «ПОЗДРАВЛЯЕМ!» На стене висел громадный баннер с надписью: «С ВОЗВРАЩЕНИЕМ!» На столах было разложено угощение. Рядом стояли кулеры с газировкой и пивом. К верхним полкам боковой стены мистер Зиглер прикрепил большой экран. На крыше погрузчика стоял проекционный телевизор, провода от которого тянулись в кабинет мистера Зиглера.

Джейн поразило обилие гостей. Рядом с мистером Зиглером стояла женщина. Скорее всего, его жена. Часть лиц была Джейн знакома. Других она видела впервые. Наверное, тоже музыкальные друзья Калеба. Или друзья друзей. Увидев вошедшего, все на мгновение умолкли, после чего разразились аплодисментами и громкими приветственными криками.

Джейн и представить не могла, что Калеб так густо покраснеет и смутится. К счастью, его скованность быстро прошла. Он бросился пожимать руки и обниматься со всеми. Джейн шла за ним, горделиво улыбаясь, обеими руками держа увесистую коробку с шоколадными кексами.

– Парень, мы знали, что ты добьешься успеха, – сказал мистер Зиглер, похлопывая Калеба по спине. – Ты прошел в финал, и это здорово. Высший класс! А ведь поначалу вас там было сорок. Когда ты станешь знаменитым, я закажу пивоварам создать эксклюзивный сорт пива с твоим портретом на этикетке. Поверь мне, бутылки этого пива будут хватать, как горячие пирожки. Даже два сорта. Второй – безалкогольный, для непьющих. – Мистер Зиглер повернулся к Джейн. – Джейн, спасибо, что вы оба приехали. Никак вы еще и угощение привезли? Очень щедро с вашей стороны. Познакомьтесь с моей женой Эйприл. Кажется, вы еще не встречались.

– Наконец-то я вижу ту, кто регулярно кормит моего мужа ланчами, – улыбнулась Эйприл. – Он говорит, что успел потолстеть на несколько фунтов.

Джейн тоже улыбнулась:

– Я с детства знала: чтобы попасть в замок, вначале нужно накормить тролля.

– Причем это на редкость прожорливый тролль, – подхватила миссис Зиглер. – Свое любимое миндальное печенье я вынуждена прятать в сушилке, поскольку прачечная комната – единственное место, куда он не заглядывает.

– Теперь обязательно загляну, – по-детски обрадовался мистер Зиглер. Он повернулся к Калебу. – Калеб, мы ждем от тебя подробного рассказа, так сказать, из первых уст. Джейн описывала все лишь в общих чертах. Расскажи, как пробивался в финал.

Все, кто здесь был, сгрудились вокруг Калеба.

– Сегодня покажут первый из серии двухчасовых репортажей, – сказал он. – Но вам необязательно каждый раз приклеиваться к «ящику». Я был бы счастлив, если бы мы сегодня здесь просто собрались, без всякого просмотра. Насколько я знаю, на каждой из ближайших недель будут идти по два репортажа. Вы услышите исполнявшиеся песни и увидите, как проигравшие уходили со сцены.

– Для нас главное, что ты дошел до финала! – воскликнул Джереми, потрясая запотевшей пивной бутылкой.

– Дойти-то я дошел, – ответил Калеб. – Но в финале мне придется петь дуэтом.

– Дуэтом? – Джереми чуть не поперхнулся. – Насколько помню, ты всегда любил выступать один. Ты сам говорил: единственный дуэт был у тебя еще в Сиэтле, в клубе «Шарк». Там какой-то придурок прорвался на сцену и вякал, считая, что поет с тобой на пару.

Калеб пожал плечами, словно показывая: да, друг, таковы издержки нашего ремесла.

– Ну и кто же твой партнер? – спросил Джереми.

– У меня партнерша. Некто Джордин.

– Джордин? Что-то очень знакомое имя. Уж не та ли Джордин, что «через игрек»?

Калеб кивнул.

– Тебе повезло, парень. Я регулярно слежу за ней в «Фейсбуке». Крутая девчонка. – Вспомнив про Джейн, Джереми со свистом втянул воздух и поморщился. – Прости, Джейн. Когда дело касается песен Джордин, я становлюсь таким же, как ее девчонки-фанатки.

– Тебе незачем извиняться, – переламывая себя, ответила Джейн. – Я тоже стала ее фанаткой. Пока Калеб был на конкурсе, я пересмотрела все ее клипы. Она талантлива. У них с Калебом получится отличный дуэт.

Возникла неловкая пауза. Потом один из складских рабочих подошел и взял шоколадный кекс.

– Мэм, я больше не могу поедать их глазами. Слюнки текут. Вы не возражаете?

– Для того я их сюда и везла. Угощайтесь, Тим, – ответила Джейн, радуясь перемене темы. – И потом, мы уже давно знакомы, чтобы называть меня просто Джейн. Уважаемые гости, все кексы должны быть съедены.

Кексы пошли «на ура». Вскоре запикал будильник ручных часов мистера Зиглера.

– Ребята, время, – объявил мистер Зиглер. – Берите выпивку и рассаживайтесь. Пока идет шоу, прошу не вставать.

Когда все расселись, мистер Зиглер залез в кабину погрузчика и включил проекционный телевизор. На экране вспыхнул большой голубой прямоугольник. Кто-то из рабочих погасил свет. Пришлось ждать, пока мистер Зиглер разберется с подключением. Через пару минут голубой прямоугольник сменился рекламой таблеток, устраняющих эректильную дисфункцию. Все засмеялись.

– Босс, вы напрасно смеетесь, – заметил мистеру Зиглеру один из гостей. – Через пару лет они и вам могут понадобиться.

– Он уже хотел их купить, – откликнулась со своего места Эйприл. – Врач отсоветовал. Сказал, с его сердцем может плохо кончиться.

Все снова засмеялись.

– Эйприл, если ты не замолчишь, я съем не только все миндальное печенье, но и сушилку! – пригрозил ей мистер Зиглер.

Рекламный блок закончился. Экран почернел. Потом появилась знакомая Калебу заставка: горящий лист нотной бумаги. В колонках ритмично били барабаны. Лист сгорел, сменившись надписью: «Суперзвезда авторского исполнительства».

Джейн стиснула руку Калеба. Он поцеловал ее в макушку. Надпись исчезла. На экране замелькали виды городов. Голос за кадром рассказывал о возникновении конкурса и правилах отбора. Объяснения должны были убедить зрителей, что это шоу – достойный конкурент «Американскому идолу», где результаты достигаются быстрее. Особый упор делался на то, что здесь собираются именно авторы-исполнители, умеющие не только писать песни, но и исполнять их. К этому времени на экране появились лица участников жюри с кратким пояснением, кто есть кто. Только после этого пошли записи с прослушиваний из разных городов.

Первым показали фрагменты прослушивания из Города ветров – Чикаго. Радостные лица тех, кто прошел на конкурс, шли вперемешку с понурыми лицами проигравших. После рекламной паузы показали Нью-Йорк. Когда на сцену вышла Джордин, камера намеренно показала судей, сразу прекративших разговоры. Ее песню дали целиком и даже повторили финальные аккорды, после чего показали судей, единодушно поднимающих большие пальцы… Потом были репортажи о прослушивании в Сиэтле и Лос-Анджелесе. И наконец Остин. Камера показала очередь, выстроившуюся к зданию, где велось прослушивание. Джейн почудилось, что она разглядела себя и Калеба, но картинка тут же сменилась. На экране возникла Панда. Джереми, сидевший рядом с Калебом, шепнул ему: