Тысяча поцелуев - Джулия Куин

– Звездорогов.

Представить невозможно, что еще может прийти в голову младшей сестре! И все же, перелистывая страницы, Сара напевала:

Апельсины и лимоны слышат голоса…

Тем временем Харриет перебирала все новые рифмы, изобретая слова одно другого глупее.

– О, я нашла! Хьюнироги!

Сара замерла: такое она не может игнорировать, – и, спокойно заложив пальцем страницу, подняла глаза:

– Что ты сказала?

– Хьюнироги, – повторила Харриет, словно ничто не могло быть обыденнее, и бросила на сестру лукавый взгляд: – Это в честь лорда Хью, конечно. Он становится весьма частым предметом разговоров.

– Только не для меня! – немедленно выпалила Сара.

Пусть лорд Хью Прентис последнее время занимает все ее мысли, но она не могла припомнить ни единого случая, когда обсуждала бы его с младшей сестрой.

– Я хотела сказать, что он весьма частая тема твоих разговоров, – продолжила Харриет как ни в чем не бывало.

– Разве это не одно и то же?

– Ты часто его упоминаешь, – тут же ретировалась Харриет.

– Просто он приятный собеседник.

Сара поняла, что оправдывается, хотя ничего хорошего не выйдет, если отрицать очевидное: Харриет все прекрасно знает.

– В самом деле? – усомнилась Харриет, хитро прищурившись. – Это приводит к мысли, что он и есть источник твоего приподнятого настроения.

Сара фыркнула.

– Я ведь могу и обидеться. С каких это пор ты считаешь меня вечно хмурой угрюмой особой, у которой никогда не бывает хорошего настроения?

– Только не по утрам.

– Ты несправедлива! – воскликнула Сара, решив, что, если отрицать и это, будет только хуже, особенно когда имеешь дело с Харриет.

– По-моему, ты влюблена в лорда Хью, – констатировала Харриет.

И поскольку в романе «Мисс Баттеруорт и безумный барон» бароны всегда появляются в тот момент, когда кто-то упоминает их имя, Сара подняла глаза – никого – и пробормотала:

– Очень освежающая тема.

– Ты что-то сказала? – повернулась к ней Харриет.

– Я просто удивилась, что лорд Хью не появился в дверях в то мгновение, когда ты произнесла его имя.

– Не настолько ты везучая, – ехидно хмыкнула Харриет.

Сара закатила глаза.

– И чтобы окончательно прояснить ситуацию, я сказала, что ты влюблена в лорда Хью.

Сара снова взглянула на двери: невозможно, чтобы ей так повезло дважды.

Никакого Хью.

Что же, это ново и необычно!

Она постучала пальцами по книге, прежде чем выдохнуть:

– О, как бы я хотела встретить джентльмена, который не обратил бы внимания на моих надоедливых сестер и – почему нет? – на шестой палец на ноге.

Она в третий раз повернулась к дверям… на пороге стоял Хью.

Сара широко улыбнулась, но, учитывая обстоятельства, ей следует прекратить упоминание о шестом пальце: с ее удачливостью она вполне может родить младенца с лишним пальцем на ножке.

– Я помешал? – спросил Хью.

– Конечно, нет! – с огромным энтузиазмом воскликнула Харриет. – Сара читает, а я пишу.

– Значит, я действительно помешал.

– Ничуть, – выпалила Харриет, глядя на Сару в поисках помощи, но та не видела причин вмешиваться. – Мне не нужна тишина, чтобы писать.

Он удивленно вскинул брови:

– Разве не вы просили сестер не болтать в экипаже?

– О, это совершенно иное дело!

И прежде чем кто-то успеет осведомиться, в чем разница, Харриет предложила:

– Может, посидите с нами?

Хью вежливо кивнул, вошел в комнату и направился к большому креслу. Сегодня он опирался на трость сильнее обычного – это было видно по его походке.

Сара нахмурилась и вспомнила, как он вчера выбежал из комнаты – без палки, – и, подождав, пока он сядет по другую сторону дивана, тихо спросила:

– Беспокоит?

– Немного.

Он отложил трость и неспешно потер ноющую мышцу. Интересно, замечает ли он, что делает?

Харриет неожиданно вскочила и выпалила:

– Я вдруг кое-что вспомнила.

– Что именно? – спросила Сара.

– Э… это насчет Френсис.

– Что ты имеешь в виду?

– О, ничего особенного, просто…

Она сложила бумаги и схватила всю стопку, помяв при этом несколько страниц.

– Осторожнее! – предупредил Хью.

Харриет непонимающе уставилась на него.

– Вы смяли страницы.

– О, верно! Еще одна причина, по которой мне следует уйти. – Она как-то боком двинулась к двери. – Так что мне пора.

Сара и Хью наблюдали как, несмотря на все свои заявления, Харриет, казалось, медлила у двери.

– Тебе нужно найти Френсис? – спросила наконец Сара.

– Да.

Харриет приподнялась на носочки, опустилась и кивнула:

– Правильно, так что до свидания.

Наконец она ушла, а Сара и Хью переглянулись и дружно рассмеялись.

– Что все это зна… – начал было он, но тут Харриет, влетая в комнату, крикнула:

– Простите! Я кое-что забыла.

Она подбежала к столу, схватила пустоту (насколько Сара могла видеть, хотя, по правде говоря, сидела чуть в стороне) и снова выбежала, плотно закрыв за собой дверь.

Рот Сары сам собой открылся.

– Что это было? – удивился Хью.

– Маленькая плутовка! Притворилась, будто что-то забыла, а сама просто хотела закрыть дверь.

– Это вас волнует? – спросил Хью, вскинув брови.

– Нет, конечно, нет. Просто я никогда не думала, что она может быть такой коварной.

– Я нахожу весьма забавным стремление вашей сестры оставить нас наедине, причем с закрытой дверью, – многозначительно добавил он.

– Она заявила, что я в вас влюблена.

– Неужели? И что же вы?

– По-моему, я просто уклонилась от ответа.

– Прекрасно, леди Сара, но от меня так легко не отделаться.

Сара подвинулась к нему ближе:

– Неужели?

– Именно, – подтвердил Хью, взяв ее за руку. – Если бы я спросил, нравлюсь ли вам, могу заверить, что не позволил бы вам уйти от ответа.

– Если бы вы спросили, нравитесь ли мне, – в тон ему сказала Сара, не сопротивляясь, когда он притянул ее ближе, – я могла бы и не захотеть уворачиваться.