Будь со мною нежен - Киран Крамер

– Приветствую вас! Теренс Джонс, – представился Харрисон, пожимая руку ректору технического колледжа Трайдент.

«Не проморгайте, – словно хотел он сказать, – у вас в руках уникальная девушка. И мы надеемся, что она получит все самое лучшее, пока будет находиться в вашем заведении».

На вид женщине лет пятьдесят с небольшим, решил Харрисон. Белокурые локоны обрамляли высокий лоб над резкими проницательными глазами, а темно-вишневая помада подчеркивала очертания уверенного рта.

– Не беспокойтесь, мистер Джонс, ваша дочь…

– Крестная дочь, – солгал Харрисон не моргнув глазом.

– Ваша крестная дочь… – дама продолжала сжимать его руку, – полюбит наш колледж.

– У нее большие планы: два года здесь, затем университет Южной Каролины. Мы надеемся, что, обучаясь в вашем колледже, она обретет крылья, которые ей так необходимы.

Ректор кивнула.

– Уверяю вас, она познакомится со всеми последними достижениями в интересующей ее области знаний, и здешняя программа даст ей уверенность для дальнейшего обучения в университете. Там любят наших студентов. И вы скажите вашей крестнице, что если у нее возникнут какие-то проблемы, пусть обращается прямо ко мне.

– Спасибо. – Харрисон почувствовал невероятное облегчение.

– Я имею в виду… – Она быстро оглянулась и перешла на шепот: – Кто-нибудь говорил вам, что…

– Да, мэм. – Он почти подмигнул, хотя на самом деле был озадачен, насколько эмоционально воспринимает будущее Уизи, ее планы… – Что я похож на одного известного певца? Я никогда не встречался с ним, но предположительно мы дальние родственники. По линии Джонсов.

– Ничего страшного. – Она наконец отпустила его руку и подвинулась ближе. – Не беспокойтесь, мистер Гембл, я не выдам ваш секрет.

Черт!

Но, поразмыслив, Харрисон решил, что нет ничего дурного в том, что ректор колледжа оказалась столь проницательной, и шепнул:

– Спасибо.

Шагая за Уизи и Тру и повторяя историю Теренса Джонса каждому, кто спрашивал, он чувствовал себя в своей тарелке. Слава богу, здесь были и такие, кто его не знал, – это уже облегчение.

– Теренс? – вежливо поинтересовалась Тру.

Она напоминала ему нежный нарцисс в своем бледно-желтом платье с пышной юбкой до середины икры и выглядела чертовски сексуально.

– Да-а? – протянул он, излишне растягивая гласные на южный манер, чего обычно не делал. Может быть, виной тому старание изобразить Теренса?

– Миссис Бангер, глава кулинарного отделения, будет рада поговорить с тобой. – Тру нежно ему улыбнулась, но глаза ее говорили, что она расстроена, а значит, просит его о помощи – или, напротив, просит не вмешиваться.

Эта головоломка мучила его несколько лет, поэтому он доверился инстинкту.

Миссис Бангер, невысокого роста, кругленькая, в цветастом платье, встретила его радушной улыбкой.

– Вы, молодой человек, вылитый Харрисон Гембл.

Он улыбнулся ей.

– Меня совершенно не волнует, кто вы, мистер Джонс, на самом деле, – продолжила дама. – Мы составляем кулинарный календарь на каждый месяц. Вы согласны быть мистером Январем? Это большая честь. Мы хотим, чтобы вы позировали для некоторых наших студенческих десертов. Кстати, наши питомцы готовят и «Мун-пай» и «Твинки».

Харрисон был смущен.

– «Мун-пай» и «Твинки»?

– Вы знаете, есть такая популярная песня: «Перекусим, детка…», ее поет Харрисон Гембл, и там упоминаются и «Мун-пай», и «Твинки»…

Харрисон почесал висок и пожал плечами.

– Это как-то связано? Я фанат оперы и музыки барокко, поэтому не в курсе, но уверяю вас: позировать буду рад. Я полагаю, вы имеете в виду… без одежды?