Жасминовые сестры - Корина Боманн

Час спустя они уже мчались по автобану в направлении Берлина. Движение было умеренным, лишь пара водителей грузовиков время от времени устраивала между собой «гонки на слонах», а между ними, словно гондолы, величественно проплывали навстречу летней свежести жилые автомобильные фургончики.

Ханна удобно устроилась на переднем сиденье и смотрела по сторонам с таким видом, словно ехала по автобану первый раз в жизни. Казалось, она как губка впитывала впечатления.

— Я не понимала, как мне этого не хватало, — призналась женщина. — Достигнув определенного возраста, начинаешь думать, что тебе уже ничто не может доставить удовольствие.

— Мама будет рада тебя видеть, — произнесла Мелани.

Ханна гордо улыбнулась:

— Больше всех обрадуюсь я. Никогда не думала, что кто-нибудь из моих потомков научится тому же ремеслу, что и я. И за то, что так получилось, я очень благодарна богам.

— Но мы с Марией тоже работаем в индустрии моды.

— Да, это правда, и этому я тоже рада, — ответила Ханна и с довольным видом сложила руки на коленях. — А у тебя действительно хорошо получаются фотографии. И я надеюсь, что скоро ты снова сможешь фотографировать.

— Да, я тоже на это надеюсь, — задумчиво сказала Мелани.

— Так ты уже решила, что ответить на последнее предложение?

— Нет, в том, что касается этого, я еще не приняла решения. Зато я сегодня беседовала с вашим садовником.

— Ой! А на этот раз на тебе были не леггинсы в обтяжку? — лукаво ухмыльнулась Ханна.

— Да, — ответила Мелани, — ты права, если думаешь, что я веду себя глупо. Разумеется, Роберт не увидел бы ничего предосудительного в том, что я разговаривала с другим мужчиной. Просто я не хотела бы ему изменять.

— Неужели ты действительно думаешь, что изменишь жениху, если улыбнешься садовнику?

— Ну да, немножко.

— Ага, значит, тебе нравится наш садовник!

— Я люблю Роберта. И точка.

— В этом я не сомневаюсь, — произнесла Ханна. — Но иногда, несмотря ни на что, можно находить удовольствие и в общении с другим мужчиной. По этому поводу я тебе такое могу рассказать… Несмотря на то что женщина уверена в себе, вдруг ей в голову приходит мысль: «Ага, а этот парень тоже ничего».

— О’кей, признаю́: ваш садовник действительно очень мил.

— И интересен! — добавила Ханна и, казалось, чрезвычайно обрадовалась тому, что Мелани покраснела.

— Да, это так, интересен. Но его история еще интереснее. Он рассказал вам ее, когда сюда попал?

— Да, — ответила Ханна, устремив на Мелани изучающий взгляд. — Он был самым печальным человеком, которого я когда-либо видела.

— Значит, вы взяли его на работу из жалости?

— С одной стороны — да. Но еще и потому, что мы почувствовали: он хочет получить второй шанс. Я в жизни видела столько горя. И знаю точно: о человеке надо судить не по одежде, которую он носит. К тому же я считаю, что Томас — очень хороший садовник и теперь, кажется, снова взял себя в руки.

— Да, очевидно.

Некоторое время прабабушка и правнучка молча прислушивались к шуму мотора и гулу грузовиков, которых они обгоняли. Затем Ханна произнесла:

— И вообще, нет ничего плохого в том, что тебя интересует какой-то мужчина и ты получаешь удовольствие от его присутствия. Твоя свекровь, наверное, открутила бы тебе голову, однако никто не может требовать, чтобы ты оборвала все контакты с внешним миром. Надеюсь, ты даже подружишься с Томасом. Все возможно, и не каждая встреча обязательно должна перерастать в любовную связь. Повторяй себе это всегда, когда находишься среди людей. Никто не заставляет тебя жить исключительно в трауре и печали.

Неужели это возможно — чтобы они с Томасом стали друзьями? Мелани надеялась на это. И еще она желала ему встретить женщину, к которой у него снова может вспыхнуть любовь.

Мелани повернула голову, мысленно все еще находясь рядом с садовником, а затем окаменела. У нее по спине пробежали мурашки, когда она увидела, что они как раз проехали место, где случилась авария. Следов автокатастрофы больше не было, сломанные ограждения заменили, но все же Мелани показалось, будто она видит на асфальте царапины и следы тормозного пути. Их оставила, конечно, другая машина, но одна мысль об этом вызвала у нее тошноту.

В полиции Мелани хотели показать фотографии с места аварии, но она отказалась. Она не хотела видеть разбитую машину, достаточно было и того, что сила ее воображения создала из происшедшего настоящие кошмары.

Девушка снова быстро перевела взгляд на дорогу, стараясь взять свои чувства под контроль. Неприятное ощущение осталось, но все-таки ей удалось снова сосредоточиться.

При этом она, однако, заметила, что Ханна как-то задумчиво смотрит на нее.

— Это произошло здесь, правда? — спросила наконец прабабушка.

— Что? — Мелани знала, что та имеет в виду, однако не отрывала взгляда от дороги.

— Роберт попал в аварию где-то тут, верно?

— Да. — У Мелани задрожал голос.

Ханна слегка кивнула и снова погрузилась в молчание.

Мелани никогда не говорила с ней о подробностях аварии. Она сообщила лишь о том, что это случилось «где-то на автобане».

К счастью, через некоторое время впереди показался выезд с автобана. Мелани включила указатель поворота и свернула. Теперь у нее на душе стало немного легче. Она прибавила скорость, и всего несколько минут спустя их уже приветствовал каменный медведь, стоящий на въезде в город. Самолет довольно низко пролетел над ними, заходя на посадку в аэропорту Тегель.

Беспокойство, которое испытывала Мелани на автобане, теперь трансформировалось в тоску. Как же ей хотелось снова отправиться в полет! И увидеть другую страну.

Однако она тут же почувствовала тяжесть в груди. Пока Роберт находится в коме, она не может себе этого позволить.

На городском автобане движение было обычным, с периодическими пробками, но как только они съехали с него, смогли увеличить скорость. Мелани использовала всевозможные объездные пути, и в конце концов они подъехали к телевизионной башне.

Обычно припарковаться в центральной части города было практически невозможно, но Мелани повезло: она обнаружила место на стоянке на боковой улице. Недалеко отсюда находилась станция метро — на тот случай, если Ханна не сможет больше идти пешком или расстояние окажется слишком большим для нее.

После того как Мелани помогла прабабушке выйти из машины, та глубоко вздохнула:

— Как прекрасно снова очутиться в городе!

— Я знаю уйму людей, которые возразили бы тебе. Например, у нас в агентстве очень многие хотят переехать за город. Они зеленеют от зависти, когда я рассказываю им о своей прабабушке, которая живет на старой вилле в сельской местности.