Повороты судьбы - Кристина Французова

—Что за повод был? Расскажи,— кто меня дёрнул распустить язык, даю себе подзатыльник. Конечно, сейчас прицепится к словам как клещ. И голос уже сделал диктаторский.

—Не о чем рассказывать, всё быльём поросло,— не сдерживаю нервный смешок, а руки нервно комкают белоснежную салфетку. Когда уже принесут этот несчастный заказ, я его съем и поеду к себе домой. Все эти душещипательные беседы не для меня.

—Жанна, не ёрничай,— простая фраза, но умудрившая сорвать все мои тормоза.

—Не ёрничай, говоришь? А по какому праву ты разговариваешь сейчас со мной так, словно ничего не произошло? Как будто мы старые знакомы, которые давно не виделись. Сейчас обменяемся последними новостями, похлопаем друг друга по плечам и разбежимся до следующей случайной встречи,— ну наконец-то его холеную физиономию перекосило.

—Всё…,— начал Игорь, но я не дала ему даже слова вставить,— ты не имеешь права разговаривать со мной в таком тоне, ты не имеешь права задавать мне какие-либо вопросы,— тут как назло появился официант, расставляя первые блюда, Игорю — борщ, а мне — овощной салат.

Решила продолжить пока мой злобный запал не угас:

—Я тебе уже говорила, что не собираюсь разговаривать с тобой. Поэтому все свои вопросы можешь адресовать самому себе: почему, как, зачем и так далее. Ответ на все эти вопросы ты мне дал три года назад. Я понятливая, одного раза хватило. Не пойму только одного — почему ты такой не понятливый?

—Хорошо, как скажешь малышка, давай лучше поедим спокойно,— неожиданно пошёл на попятную Игорь. Дельный совет. Оба не сговариваясь, принялись за еду. Наверно не только мне была не приятна эта тема. Хотя аппетит у меня напрочь испортился, но я с трудом заставила себя всё съесть, памятуя о нервном срыве трёхлетней давности. Силы мне нужны, это для собственного здоровья — приговаривала про себя, отправляя каждый кусочек в рот. Даже второе горячее блюдо я подчистила до крошки. Тем более приготовлено было мясо с жареной картошкой и клюквенным соусом изумительно вкусно.

Я потягивала горячий чай, когда раздался очередной провокационный вопрос:— Где планируешь встречать Новый год?— несмотря на сытный ужин и горячий чай, внутренности сковало льдом, на ресницах начала скапливаться не прошеная влага. Я уткнулась носом в остывающую чашку с чаем, и не знала, что ответить. Казалось, стоит мне только открыть рот, как я тут же отчаянно разревусь, демонстрируя всем окружающим свою уязвимость. Я уже было собралась разразиться привычной защитной бранью или сарказмом, но нечеловеческим усилием остановила себя, чтобы тут же выдать:

—Я устала, вызовешь такси, пожалуйста?— чай допила в полнейшей тишине, не поднимая глаз от стола. Разок только вскинула взгляд на Игоря из-под ресниц, когда он подозвал официанта и попросил принести счёт. Руки он сжал в кулаки, а на скулах ходили желваки, выдавая высшую степень напряжения. Лицо стало отстранённым, и о чём думал этот напряжённый человек, мне было не ведомо. Да и не хотелось знать, так как я устала морально держать все щиты. С Игорем сражаться — это заведомо проигрышная позиция. Я слишком его люблю, хоть и ненавижу также сильно.

Мы в полном молчании покинули ресторанчик. В такси он сел вместе со мной и мне пришлось назвать адрес водителю, хотя я бы предпочла доехать одна, сохраняя инкогнито новое место проживания. Но спорить и ругаться не хотелось. Поэтому мы также молча доехали до моего дома. Игорь вышел из такси вместе со мной и меня опять прорвало:

—Чего ты добиваешься? Спасибо за ужин, но найти дорогу домой я в состоянии,— прошипела разъярённо.

—Жанна,— Игорь демонстративно поморщился,— это всего лишь меры предосторожности. Ты в шубе, коротком платье и на шпильках. Лёгкая добыча даже для уличной шпаны. Я всего лишь провожу тебя до двери.— В ответ я только фыркнула.

—Тебе не о чем волноваться малышка,— усмехнулся парень, разгадав мои сомнения.

Игорь как всегда прав. О том, что я в неподходящей обуви для этого времени года, я даже не подумала. Перед дверью в подъезд произошла заминка, я хотела уже попрощаться, но парень, взяв меня под локоток втолкнул в парадную и зашёл за мной следом. Я обречённо потопала по лестнице вверх до квартиры. Этот несносный тип упёрт больше меня. Я открыла входную дверь, зашла в квартиру и включила свет в прихожей. Обернувшись, подняла взгляд на Игоря, его лицо снова стало суровым:

—Я не буду тебе досаждать, Жанна. Но знай — ты была моя, моей и останешься.

Произнеся эту загадочную фразу, парень резко развернулся и быстрым шагом спустился с подъездной лестницы. Я услышала, как хлопнула уличная входная дверь. Только после этого я закрыла свою дверь на все замки, и, не раздеваясь, так как все силы резко покинули меня, прислонилась к стене и спустилась по ней на корточки и затем села попой в шикарной шубе прямо на пол. Руки мелко тряслись, из глаз привычно текли ручьи слёз. Вся выдержка, все стены и барьеры, взращиваемые мною в течение трёх лет, пали после одной случайной встречи, одного поцелуя, одного разговора.