Полюбить Монстра - Маша Драч

Я двинулась навстречу к Грише и обняла его. Он несколько секунд стоял неподвижно, затем обнял меня в ответ. Не удержавшись, я подняла голову и поцеловала Гришу. Мне нужен был этот поцелуй. Меня ни капли не заботило то, что в ресторане сидело полно гостей. Я хотела почувствовать, что между мной и Гором не всё еще потеряно.

Оторвавшись от его губ, я заглянула в карамельные глаза.

— Ты закончила с работой? — спросил меня Гриша, продолжая удерживать в своих руках.

— Да, — тихо ответила я, будто боясь потревожить момент.

— Тогда едем.

В машине и я, и Гор негласно решили хранить молчание. Всё выглядело так, будто между нами не возникло никаких недопониманий ровно одиннадцать дней назад. Но это было лишь обманчивое чувство. Я в свое время сказала много всего и, кажется, теперь была очередь за Гришей. Но он почему-то не торопился с многочасовой тирадой на тему наших отношений.

Когда мы оказались в квартире Гора, никто из нас снова не порывался поскорей избавиться от молчания. Я решила, что буду терпелива и не стану подгонять то, что и так должно случиться. Я подбадривала себя тем, что Гриша не проявил враждебность ко мне и моим поцелуям, а это означало лишь одно — он на меня не злился.

— Почему? — коротко спросил Гриша, небрежно бросив ключи от машины на журнальный столик.

— Что?

— Почему ты не согласилась на весьма выгодное предложение Андрея?

— Откуда ты…? — я осеклась и задумчиво прищурилась. — Стас, верно? Это он тебе передавал всю информацию?

Гор лишь едва заметно кивнул, затем объяснил:

— Я привык всё контролировать. Стас — прекрасный специалист. Он честно и усердно работает и на меня, и на тебя.

— Знаешь, раньше бы я подумала, что у тебя огромные проблемы с доверием. Но… Теперь мне кажется, у тебя проблема именно с контролем. Похоже, ты не можешь себе представить такой сценарий, в котором тебе не нужно всё до мельчайших деталей держать под своим личным контролем.

— Каюсь, виновен.

— И всё-таки. Я права?

— Да, — уже серьезным тоном ответил Гор.

— Я не согласилась на предложение Андрея, потому что не хочу тебя предавать. Я знаю, что такое предательство, Гриш. Это очень-очень больно. И… Я не могла с тобой так поступить. Разве тебя это удивляет?

— Андрей сейчас на коне, — заявил Гор таким тоном, будто это всё объясняло.

— Это не имеет значения. Послушай, — я глубоко вздохнула и положила свою сумку на диван. — Тебе не нужно стараться всех контролировать, чтобы получать удовлетворительный результат. Ты очень многое для меня сделал, Гриш.

— Ерунда, ничего особенного.

— Нет, не ерунда. Ты подарил мне уверенность в себе. Настоящую. А еще ты показал, что такое — мужская забота. Та забота, которой я никогда прежде не знала, и была уверена, что это вполне нормально. Ты хорошо относишься к моему ребенку. И неужели ты действительно мог подумать, что я тебя предам?

— Я не дал ни единого ответа, когда они тебе были по-настоящему нужны, — ответил Гор.

— Так дай их сейчас, — предложила я. — Просто доверься мне. Отпусти контроль. Ты должен понять, что если человек действительно любит тебя, действительно доверяет и поддерживает, то в самый ответственный момент он всегда сделает правильный выбор. Выбор в твою пользу. И тебе не нужно будет лично его направлять.

— Мне нужна ты, — внезапно со всей присущей ему уверенностью, заявил Гриша.

— Я? — прозвучало растеряно.

Все мои силы были брошены на то, чтобы оформить каждую свою мысль, связанную с Гором, в стройную, логическую речь. Я страшно боялась, что мы сошлись в одной точке лишь для того, чтобы просто цивилизовано попрощаться и навсегда разойтись. Порой не нужно никаких грандиозных скандалов или сцен, чтобы раз и навсегда отдалиться друг от друга. Может хватить одного слова, случайного брошенного обвинения. Поэтому заявление Гриши удивило меня. Я готовилась к долгому разговору, возможно, даже спору.

— Да, именно ты, — кивнул Гор. — Многие мои знакомые всегда в шутку, а иногда вполне серьезно утверждали, что мне нужна такая женщина, которая будет способна согнуть меня. Такая, у которой характер, будет отлитый из титана. Потому что любая другая просто не сможет со мной сосуществовать в одном пространстве. Я не отрицал, чаще даже смеялся над такими предположениями. Будут честен, я никогда не ставил в приоритет поиск именно той особенной для себя женщины. И когда между нами только всё завязалось, я не строил никаких долгоиграющих планов.

Откровенность Гриши ни чуть меня не обидела. Я и сама сначала ничего не планировала. Нас просто притянуло друг к другу. Возможно, это было не больше, чем обычный химический процесс. Сексуальное влечение.

— Паззл сложился сам, — продолжил Гор. — Нашел свою ячейку и просто заполнил ее собой. Мне не нужна женщина-соперник или борец. Мне нужна просто женщина. Наблюдая за тобой, я постепенно начал ловить себя на мысли, что хочу видеться с тобой чаще. Мне нравится твоя мягкость, которая иногда сменяется определенной долей жесткости. Нравится то, как твоя неуверенность начала постепенно превращаться в уверенность. Нравится твое трепетное обращение с дочерью. Наш секс, безусловно, мне не просто нравится, это уже стало некоторой зависимостью для меня. И чем отчетливей я это понимал, тем упорней и жестче очерчивал вокруг тебя границы. Чтобы защитить, а не обидеть или задушить тебя, Мариш. А потом случилось всё это дерьмо, и ты ушла. Ты тихо вошла в мою жизнь и так же тихо без истерик — вышла. Ты оставила кучу вопросов, на которые мне следовало найти ответы. Знаешь, Мариш, — Гор поскреб пальцами свой квадратный подбородок. — У нас как-то не особо развито искреннее общение между мужчиной и женщиной. Всё равно остаются какие-то темы, которые мужики обсуждают только с мужиками, а женщины с женщинами. Думаю, вся проблема в доверии и восприятии друг друга. Можно спать друг с другом, заводить детей, но бегать жаловаться на ущербную семейную жизнь друзьям. Вот такая ерунда. Но я не умею быть честным только наполовину. Поэтому говорю прямо — ты мне нужна.

Мое сердце стучало быстро-быстро, ловя каждое новое слово, принадлежащее Грише.

— Гоняясь за деньгами, я совсем забыл о собственной семье. Ты мне открыла глаза, Мариш. Именно ты удержала меня от того, чтобы не начать новый виток этого бестолкового противостояния. Марика потеряла ребенка. Мамона ранили. Я всерьез испугался, что в третий раз последствия могли бы стать смертельными. Всё это время я думал не о том, сколько дерьма на меня вывалил Андрей. Я думал о Марике, о тебе. Передо мной не возникло сложного и мучительного выбора: семья или работа. Я выбрал первое. И я знаю, что Марика еще долго не захочет со мной разговаривать. Но надеюсь, что в будущем мы и это преодолеем.

— Конечно, преодолеем, — твёрдо ответила я.

— Всё это не так красиво, как должно быть. Но я не привык юлить и откладывать дела в дальний ящик. Я уступил Андрею. Уступил своей гордости и принципиальности. Ты права — это была бы не жизнь. Борьба за деньги — бессмысленна. Потому что под ударом находились все вы, любимые, близкие и родные мне люди.