Претендент - Ирма Грушевицкая

Со смехом он поймал её у алтаря и почти всю церемонию продержал на руках.

Никогда она так сильно не смеялась. Никогда не была так счастлива. В момент, когда их снова объявили мужем и женой, Элис так сильно обожала своего мужчину, что едва могла повторить за священником обязательные слова.

— В горе и радости, в болезни и здравии, пока смерть не разлучит нас.

— У меня для тебя есть ещё один подарок, цветочек. Но за ним надо плыть. Готова?

— Куда угодно, только бы с тобой.

— Ловлю на слове, — улыбнулся загадочно Ник и потащил её на пирс, где их ждал небольшой катер.

Пятнадцать минут безумной гонки вдоль побережья, благодаря которой Элис едва не сорвала голос от радостного визга, а её волосы лишились всех цветочных украшений, окончились в небольшой бухте, залитой светом множества свечей, установленных прямо в песке возле флагштоков с белыми и розовыми полотнищами.

— Ник, как тут красиво! — воскликнула Элис, пока он сбрасывал газ и медленно подруливал к маленькому лодочному пирсу.

Их встречали двое мужчин, которые поздоровались с Ником и помогли им выйти из лодки.

— Вы как раз вовремя, мистер Холланд. Всё готово.

— Что готово, Ник? — допытывалась у него Элис, пока тот, загадочно улыбаясь, вёл её по хорошо обструганным доскам пирса к зарослям тростника, через которые шла тропинка, освещённая теми же фонариками, что и на пляже.

— Ник, что это? Куда ты меня привёз?

— Шагай по дороге из жёлтого кирпича, Элли. И не подпрыгивай.

— Тут только песок. Никакого кирпича нет.

— Сейчас появится.

Она и правда появилась — дорожка, выложенная камнями, покрашенными жёлтой краской.

Элис засмеялась.

— Ну и ну. Прямо как в стране Оз! А ты, значит, у нас Гудвин?

— Я, значит, буду всем, кем ты захочешь.

— Вот это признание. Спасибо, милый. Но мне достаточно тебя.

— А мне — тебя.

Тростник внезапно закончился, и они оказались в полной темноте.

— Ник, что это? — прошептала Элис испуганно, и тут же зажмурилась, когда яркий свет внезапно залил всё пространство.

Ник обхватил её со спины, заключая в кольцо рук, и она крепко в него вцепилась.

— Это мой свадебный подарок, солнышко, — прошептал он ей на ухо. — Только не говори, что тебе не нравится.

Элис несколько раз моргнула, привыкая к свету, и с интересом уставилась на большой двор с синей чащей бассейна и двухэтажный дом, чьи двери и окна были приветливо открыты.

— Боже мой, Ник! Это же… Это…

Она захлебнулась словами, когда поняла, на что именно смотрит.

— Ты же говорил, что его снесли! — вскричала она.

— Я соврал.

— И на его месте строят отель.

— Хренушки. Я выкупил его, так что теперь этот дом официально наш.

— Наш дом?

— Да. Тебе нравится?

— Нравится? — завизжала Элис, подпрыгивая на месте, как маленькая мартышка. — Да я в восторге!

— Внутри пока ничего нет, — объяснил Ник, пока Элис тянула его за собой. — Ты сама обставишь его по своему вкусу.

Они бродили из комнаты в комнату, планируя, рассуждая и беспрестанно целуясь. На втором этаже Ник сразу повёл её в дальнюю комнату. Сердце Элис сделало кульбит, когда она оказалась перед той самой дверью.

— Отсюда всё началось, цветочек.

— Да.

— Может, это вовсе и не было ошибкой?

— Нет, — помотала она головой. — Не было. Ведь, там меня ждал ты.

— На этот раз войдём туда вместе.

— Давай.

Они взялись за руку, и Ник толкнул дверь.

Кровать, два кресла. Белые шторы на окнах, мягкие циновки на дощатом полу.

— Она обставлена! — воскликнула Элис.

— Да. Я попытался в точности воспроизвести ту обстановку, хотя за это время бывшие хозяева её полностью сменили.

— Так всё и было? Я уже не помню.

— Да. Только не так чисто.

Элис засмеялась.

— Точно. И одежда на полу не валяется.

— Ну, за этим у нас дело не станет, правда, цветочек? — подмигнул ей муж.

— Неа, не станет.

Она внезапно замолчала, заметив кое-что на белоснежных простынях, застилающих кровать.

Элис подошла ближе, с удивлением рассматривая комплект белья из нежнейшего кружева цвета слоновой кости, аккуратно разложенный на постели.

— Это никогда не было ошибкой, любовь моя, — проговорил тихо Ник, когда она метнула на него удивлённый взгляд.

— Ты всё это время его хранил?

— Да.

— Боже мой, Ник!

— Да, родная. Я с самого начала сходил по тебе с ума, и до сих пор продолжаю.

— Но это же… это невозможно! — проговорила она, во все глаза глядя на мужа.

— У нас вся жизнь, чтобы это проверить, цветочек. Начнём прямо с завтрашнего утра.