Креольская честь - Кэт Мартин

Послышался стук в дверь. Грудастая служанка поставила поднос с едой на стол.

— Спасибо, — сказала Ники, награждая ее улыбкой вместо чаевых.

От запаха поджаренного хлеба и жаркого у нее дотекли слюнки.

Сначала она поест, затем снимет свою пыльную одежду, осушит бокал вина и, смертельно усталая, тут же уснет..

Молодой рыжий драгун уселся на стул и хватил кулаком по столу.

— А ну принесите мне рома, да поскорее!

Официантка поспешила принести выпивку, которую он уничтожил одним залпом.

— Еще! — потребовал он, на этот раз широко ухмыляясь и звучно шлепнув ее по заду. Широкобедрая служанка захихикала и, пританцовывая, поспешила прочь.

В любой другой вечер Сентимус К. Уоткинс вполне довольствовался бы ее ласками. Но только не в этот. Он получил повышение и намеревался отпраздновать это событие. Как следует набраться рома, а затем переспать с самой аппетитной девицей в таверне.

— Как тебя звать, парень? — спросил лысеющий одноглазый человек, видимо, матрос, сидевший на скамье напротив него.

— Сен-Уоткинс, — Он протянул худую руку.

— Подходящее имя для боевого солдата, — сказал матрос, принимая руку. — Сержант?

— С сегодняшнего дня капрал.

— А меня зовут Уилок Аптон. — Матрос хлопнул себя по спине, затем повернулся к служанке, которая стояла тут же, над его плечом. — Принеси парню выпить, — с ухмылкой сказал он. — А заодно и мне тоже.

Через час матрос отбивал на столе ритм, распевая веселую морскую песню.

Будучи навеселе и надеясь позабавиться с какой-нибудь девицей, Сеп чувствовал себя превосходно.

Он подошел к дубовой стойке, где хозяин наливал вино из бочонка.

— Мне нужна самая хорошая девица во всей таверне.

— Это Дезире, — сказал француз, показывая на широкобедрую официантку, которая обслуживала зал в этот вечер.

Сеп покачал головой:

— Только не сегодня. Карманы у меня набиты монетами, живот полон рома. Мне нужно что-нибудь такое особенное… — И он позвенел кошельком с монетами по стойке.

Хозяин погладил бороду.

— Есть у меня и кое-что особенное, — сказал он, показав глазами на лестницу. — Но она из дорогих.

— Сегодня я щедро плачу.

— У этой волосы как медь, — разогреваясь, начал говорить хозяин. — Талия вот такая тоненькая, — показал он пальцами. — А глаза цвета морской волны.

Сеп одобрительно улыбнулся, но хозяин, пожав плечами, охладил его пыл.

— Но может быть, ты ее и не захочешь. Видишь ли, она любит настоящих мужчин. Таких, которые могут взять ее против воли. Что бы она там ни делала. Понятно?

Драгун выпятил грудь.

— Я покажу ей, какой я мужчина. Она меня не скоро забудет.

— Ты уверен?

— Еще бы.

Хозяин хлопнул его по спине.

— А ну-ка покажи свои денежки. Я думаю, мы поладим.

Когда Сеп открыл дверь Ники ключом, который дал ему хозяин, то убедился, что ему говорили правду. Девушка и впрямь была красоткой. Какой-то миг он стоял в дверях и, подняв лампу, рассматривал ее, любуясь разметавшимися по подушке волосами.

Ее глаза были закрыты, на щеках лежали густые темно-золотые ресницы, губы — пухлые, нежно-розовые. На ней была простая белая ночная рубашка, которая соблазнительно обрисовывала ее округлые груди.

Сеп решительно вошел в комнату и поставил лампу на столик. Предвкушая наслаждение, он молча отстегнул пояс со шпагой, стащил тяжелые черные сапоги и, расстегнув медные пуговицы на мундире, снял и его. Затем сдернул с себя красное нижнее белье, оставшись нагишом. После долгих месяцев службы на благо страны тело у него было подтянутое и жилистое.

Сеп ощупал дрожащими пальцами ее грудь, расстегнул ночную рубашку и засунул руку внутрь. Ощутив, какая гладкая у нее кожа, какой упругий сосок, Сеп почувствовал сильное желание. Только бы поднять белую полотняную рубашку.

Нагнувшись, он коснулся ее губ легким поцелуем, и она вздохнула. А затем открыла глаза необыкновенного аквамаринового цвета.

— Алекс? — шепнула она.

«Кто этот счастливчик?» — с любопытством подумал он.

При виде ее приоткрытых губ им овладело нестерпимое искушение поцеловать ее. Сеп прильнул к ее губам и сунул язык внутрь. В следующий миг она вцепилась в его ярко-рыжую шевелюру и впилась зубами в язык.

Громко завопив, он отпрянул от нее. Из языка полилась кровь. Но он быстро ухватил ее за кисти и навалился на нее всем телом.

— Убирайся из моей комнаты? — вопила она, тщетно пытаясь приподняться.

Сел только улыбнулся. Он был готов к такому обороту событий. Первое предупреждение, которое он получил, было довольно неприятным.

— Уж я на тебе покатаюсь, милая леди. Хочешь сопротивляйся, хочешь нет, я все равно тебя уделаю.

— Нет! — закричала она, но он зажал ей рот губами.

Ники царапалась, брыкалась, всячески выкручивалась, стараясь освободиться. Она ощущала, как в ее бедро упирается набухший член, в то время как драгун старался раздвинуть ей ноги. Однако ее доблестное сопротивление привело лишь к тому, что ее ночная рубашка разорвалась, а волосы рассыпались по всей постели. Когда она вновь попыталась укусить его, он схватил одной рукой обе ее кисти, а другой зажал ей рот.

— Все равно я оседлаю тебя, леди. Сегодня ты узнаешь, что такое настоящий мужчина.

Сжав ноги, Ники молча боролась. Пистолет Трэвера Престона все еще лежал в саквояже, в нескольких футах от нее.

Если бы она могла высвободиться, она дотянулась бы до него.

Это «если бы» казалось почти нереальным…