Свадебный венок - Сандра Браун

– Ты хочешь сказать, что я и была той самой твоей неудачей в любви? – воскликнула Камилла. – Из-за которой ты так страдал?

Встретив его недоуменный взгляд, она спохватилась и пересказала ему слова Дили о том, что он пережил «черный период» из-за какой-то женщины.

– Понимаешь, после ее рассказа я решила, что ты отправился в Ют, чтобы забыть свою удивительную, прекрасную и навеки утраченную любовь, а меня просто использовал, как бы это сказать, – на восстановление своей самооценки.

– Камилла, ты – единственная, кого я когда-либо любил. И уж, конечно, ты удивительная и прекрасная, но, слава Богу, не навеки утраченная, – он легонько куснул ее за плечо. Руки его без устали ласкали ее бедра.

– А Эрика? – Камилла решила сейчас же узнать все до конца. Она не хотела, чтобы между ними теперь осталась бы какая-нибудь тайна или недомолвка.

Руки Зака замерли. Он поднял голову и на несколько секунд отвернулся, но, когда снова повернулся к жене, взгляд его был спокоен и тверд.

– Я спал с ней, Камилла, с отчаяния, но никогда, ни единой минуты, не любил ее.

– Но ведь после нашего венчания, помнишь, в ресторане, я сама слышала, как ты сказал ей, что наша свадьба ничего не меняет и ты относишься к ней, как прежде.

Зак усмехнулся.

– А я, между прочим, был совершенно искренен. Наша свадьба ничуть не изменила моего отношения к Эрике. Мне она не нравится и никогда не нравилась. В жизни не видел второй такой самовлюбленной, расчетливой и манерной кривляки. Я думал, что, общаясь с ней, смогу забыть свою любовь к тебе, Камилла. Но ты даже не можешь представить, как мне было плохо после каждой встречи с ней, я сам себе был противен. И начинал с новой силой тосковать по тебе.

– А все эти вечера, ну, после нашей свадьбы, ты вновь пытался забыть меня… с ней?

Зак рассмеялся и поцеловал Камиллу в кончик носа.

– Ага, ревновала? Стыжусь, но именно этого я и добивался. По правде говоря, большую часть этих длиннющих холодных вечеров я проводил в конюшне на плантации. Пару раз ездил на рыбалку, о, если бы ты только знала, как я НЕНАВИЖУ ловить рыбу. Несколько раз просто ставил машину где-нибудь у реки и смотрел, как сплавляются по течению баржи, пока не становилось достаточно поздно, чтобы можно было явиться домой. А там я специально старался побольше шуметь, чтобы ты заметила, как поздно я пришел.

– Вот уж никогда не обращала внимания, в котором часу ты возвращаешься, – подавив притворный зевок, равнодушным тоном заметила Камилла.

– Черта лысого ты не обращала внимания, – возмутился Зак, запечатывая ей рот властным поцелуем. Когда оба совершенно задохнулись, он отпустил ее и откинулся назад. Внезапно он произнес:

– Камилла, я люблю тебя, но должен тебе кое в чем признаться, – в глазах его прыгали знакомые коварные огоньки, и Камилла поняла, что признание будет не из серьезных. – Мне нравится столовая.

Камилла негодующе ткнула Зака кулачком в бок.

– Ох, Зак, ты просто коварный тип, который затащил меня к себе в постель, когда я совершенно беспомощна и не могу даже постоять за себя! Да еще в День Благодарения.

Он ехидно улыбнулся.

– Что ж, значит, у меня тем больше поводов для благодарности.

– Зак! Не богохульствуй.

– И, кроме того, – отмахнулся он, игнорируя ее протесты, – сдается мне, на самом-то деле ты вовсе и не против.

Он с нежностью поглаживал ей грудь, наблюдая, как в ответ на эту ласку у нее твердеют и набухают соски. Камилла запустила руку в его всклокоченную шевелюру и притянула к себе.

– Люби меня, – прошептала она.

– А ты уверена, что у тебя не болит голова? – он говорил серьезно.

– Если и заболит, – ответила Камилла, улыбаясь, – я выпью аспирин. Но потом… не сейчас.