Обитель страсти - Виктория Холт

В этой комнате было что-то успокаивающе стабильное, как и в ее хозяйке.

Она посмотрела на обеденный стол и раздосадованно передернула плечами. Затем резко дернула шнурок звонка. Спустя несколько минут в комнату вошла черноволосая девушка с дерзкими глазами. Она несла поднос, на котором стояли чайничек, спиртовка, чашки с блюдцами, молоко и сахар.

— Давно пора, — упрекнула ее миссис Полгрей, — поставь это сюда, Дэйзи.

Дэйзи метнула в мою сторону весьма красноречивый взгляд. Она едва ли не подмигнула мне. Я сделала вид, что этого не заметила.

Затем миссис Полгрей произнесла:

— Мисс Ли, это Дэйзи. Вы можете вызывать ее, если что-нибудь потребуется.

— Спасибо, миссис Полгрей. И тебе спасибо, Дэйзи.

Мне показалось, они обе замерли от изумления. Дэйзи присела в реверансе, сама этого, похоже, немного застыдилась и быстро вышла.

— Современные нравы… — пробормотала миссис Полгрей и зажгла спиртовку.

Она отперла шкафчик, извлекла из него коробку с чаем и поставила ее на поднос.

— Обед, — сообщила она, — подается в восемь часов. Его будут приносить в вашу комнату. Когда отведаете чаю и осмотрите свое жилище, я познакомлю вас с мисс Элвин.

— Чем она обычно занимается в это время дня?

Миссис Полгрей нахмурилась.

— Бродит где-нибудь в одиночестве. Она очень самостоятельная, знаете ли. Хозяин этого не одобряет. Вот почему он хочет, чтобы у нее была гувернантка, понимаете?

Я начинала понимать. Теперь уже у меня не оставалось сомнений в том, что Элвин окажется трудным ребенком.

Миссис Полгрей отмеряла чай так, как если бы он был золотым песком.

— Очень многое зависит от того, понравитесь вы ей или нет, — продолжала она, заливая горячую воду в заварочный чайничек. — Ее невозможно понять. Одни люди ей нравятся, другие — нет. Девочка очень привязалась к мисс Дженсен. — Миссис Полгрей грустно покачала головой. — Как жаль, что она оказалась с наклонностями…

Она накрыла чайничек салфеткой и поинтересовалась:

— Молока? Сахару?

— С удовольствием.

— Я всегда говорила, что нет ничего лучше чашечки хорошего чая, — она произнесла это с таким видом, будто считала, что я нуждаюсь в утешении.

К чаю миссис Полгрей подала печенье, тоже извлеченное из шкафчика. В ходе беседы выяснилось, что хозяин, Коннан Тре-Меллин, отсутствует уже несколько дней.

— У него еще одно поместье, дальше к западу, — сообщила миссис Полгрей. — По дороге на Пензанс^[4].

Она расслабилась, и ее диалект стал заметнее.

— Он порой навещает его, вроде как присматривает… Поместье досталось ему от жены. Она была из Пендлетонов. Они живут в тех краях…

— Когда он вернется?

Подобное любопытство ее, похоже, в немалой мере шокировало, судя по несколько высокомерному тону, которым она произнесла:

— Он вернется тогда, когда ему будет угодно.

Я поняла, что если собираюсь быть у нее на хорошем счету, то должна строго соблюдать все условности. Судя по всему, вопрос гувернантки относительно жизненных планов хозяина дома она считала проявлением дурного тона. В то же время самой миссис Полгрей было вполне позволительно рассуждать на эту тему, поскольку она являлась привилегированной особой. Было ясно, что мне следует как можно скорее приспособиться к своему новому статусу.

Вскоре после этого миссис Полгрей торжественно проводила меня в мою комнату. Она оказалась просторной, с большими окнами, из которых открывался вид на лужайку перед домом, пальмы и подъездную дорогу. Кровать была с пологом на четырех столбиках и хорошо сочеталась со всей прочей мебелью. На полу лежали коврики, а сам он был отполирован до такой степени, что я предположила наличие у миссис Полгрей мании натирать до зеркального блеска абсолютно все, что попадало в ее поле зрения. У стены стоял высокий комод, рядом комод пониже. Я заметила, что дверь, в которую мы вошли, была здесь не единственной.

Миссис Полгрей проследила за направлением моего взгляда.

— Комната для занятий, — пояснила она. — А дальше находится детская.

— То есть нас разделяет комната для занятий.

Миссис Полгрей кивнула.

Оглядевшись, я заметила в углу ширму. За ней располагалась сидячая ванна.

— Если вам понадобится горячая вода, вы можете в любое время позвонить, и Дэйзи или Китти вам ее принесут.

— Спасибо. — Я посмотрела на камин и представила, как там зимой будет пылать огонь. — Думаю, мне здесь будет достаточно уютно.

— Да, приятная комната. Вы первая гувернантка, которая будет здесь жить. Другие спали в комнате по ту сторону от спальни мисс Элвин. Это мисс Селестина предложила предоставить вам эту комнату. Она подумала, что вам здесь будет лучше. Должна признать, она действительно очень уютна.

— Значит, мне следует благодарить мисс Селестину.

— Очень приятная леди. Она без ума от мисс Элвин.

Миссис Полгрей многозначительно покачала головой. Мне показалось, она подумала, что прошел всего лишь год с тех пор, как умерла хозяйка дома, но, быть может, вскоре вдовец женится вновь. И кто больше всего подходит на роль второй жены, как не молодая соседка, которая так любит Элвин? Возможно, они ждут, когда пройдет достаточно времени…

— Быть может, вы хотите умыться и распаковать вещи? Обед подадут через два часа. Но если вам сперва захочется взглянуть на комнату для занятий…

— Спасибо, миссис Полгрей, — ответила я, — но все же я сначала умоюсь и распакую вещи.

— Отлично. И наверное, вам захочется немного отдохнуть. Путешествия так утомляют. Я-то знаю. Дэйзи принесет горячую воду. Обедать можно в комнате для занятий. Если пожелаете, разумеется.

— С мисс Элвин?

— Она принимает пищу вместе с отцом, исключая молоко с печеньем перед сном. Дети трапезничают со взрослыми, как правило, после достижения восьмилетнего возраста. Мисс Элвин исполнилось восемь еще в мае.

— Так значит, здесь есть и другие дети?

— О Господи, нет! Я говорила о детях вообще… Это одно из семейных правил, понимаете?

— Понимаю.

— Ну что ж, я пока оставлю вас. Если захотите прогуляться перед обедом, пожалуйста. Позвоните, и Дэйзи или Китти, в зависимости от того, кто из них будет свободен, покажет вам лестницу, которой вы в дальнейшем будете пользоваться. Она выходит на огород, но оттуда вы сможете без затруднений попасть всюду, куда вам надо. Но не забудьте, обед в восемь.

— В комнате для занятий.

— Или, если вам так удобнее, в вашей собственной комнате.