Апельсиновая ночь - Изобель Чейс

— Каким образом?

— У него есть сестра, и она очень красива! — С этими словами он поцеловал сложенные в щепоть кончики пальцев — жест, не оставляющий сомнения, как хороша была сеньорита Касола. — Это будет хороший брак по многим причинам. Ну, хотя бы потому, что это позволит объединить две компании, что, несомненно, приведет к значительному росту производства. В одиночку мы никогда не превысим среднего уровня.

Карен пристально смотрела на него до тех пор, пока не спохватилась, что это невежливо, и перевела взгляд на свою тарелку.

— Так что же с домом, сеньор? — спросила она тихо.

— Дом недавно перешел в мое владение. Это так важно для вас?

— Думаю, что да. Видите ли, мы решились переехать сюда, только чтобы жить в хороших условиях. А если дом действительно принадлежит вам, мы не можем себе позволить вас стеснить.

В темных глазах дона Рафаэля мелькнуло раздражение. Он внимательно посмотрел на нее. И Карен застеснялась своих коротко остриженных рыжих волос, больших встревоженных серых глаз и более всего — того, что она начала краснеть. Карен искренне не понимала, как это первому встречному мужчине удалось заставить ее почувствовать себя глупой девчонкой.

— Вы меня не стесните, — сказал дон Рафаэль. Он подал знак официанту, и ее бокал наполнился вином из красивой бутылки с золотой ленточкой. — И не будем больше к этому возвращаться, — решительно добавил он.

Карен открыла рот, собираясь возразить. Мужчины-испанцы могут как угодно распоряжаться своими женщинами, но она не испанка и привыкла сама о себе заботиться.

— Но… — начала она и была прервана энергичным толчком сына под столом.

— Мне понравится жить в вашем доме, — сказал мальчик дону Рафаэлю. — В Лондоне у нас было всего две комнаты, да и те не слишком удобные.

— Я понимаю. В моем доме вам будет очень комфортно. Он расположен рядом с кафедральным собором в красивейшей части Севильи. В Севилье есть районы, которые появились недавно, но в Баррио-де-Санта-Круз все дома очень старые и похожи на дома Северной Африки. Вероятно, потому, что большую их часть строили еще мавры.

— А улицы там узкие? — заволновался Тимоти.

— Очень узкие! Ту, на которой стоит мой дом, вообще нельзя назвать улицей. Это, скорее, коридор с подъемами и спусками.

— А где же вы ставите машину? — поинтересовался Тимоти.

— Недалеко от дома есть гараж, там я и оставляю машину. А еще совсем рядом располагаются несколько парков, лучших во всей Испании. Ты сможешь там играть.

Карен разволновалась, совсем как ее сын.

— А офис недалеко? — спросила она прежде, чем смогла поймать себя за язык.

— Если на трамвае, то от двери до двери. Дорога не покажется вам тяжелой. — Он свистнул, чтобы привлечь внимание официанта. Тот бросился к ним. — Счет, пожалуйста, — сказал дон Рафаэль по-испански. Он оплатил счет и улыбнулся. — Так намного лучше, не правда ли? Все мы здорово проголодались.

Карен собиралась сама заплатить за себя и Тимоти, но выражение его глаз остановило ее порыв.

— Далеко ли еще? — спросила она вместо этого.

— Около шести миль. Но дорога хорошая, и много времени это не займет.

Они ехали по относительно ровной и довольно скучной дороге, ведущей в Севилью. Пригородная зона была похожа на окраины любого другого испанского города. Сама же Севилья, только на первый взгляд, напоминала европейские центры. Восточная часть города была похожа на респектабельный Вест-Энд в Лондоне. Там жили состоятельные люди, их дети гуляли в сопровождении гувернанток, и время от времени можно было видеть, как конный экипаж с цокотом проезжал по улицам.

Казалось, прошло совсем немного времени, когда они добрались до конца узкой улицы, о которой рассказывал дон Рафаэль.

— Смотрите, там ступеньки! — крикнул Тимоти.

Он мгновенно выбрался из машины и побежал к ближайшему дому, восторженно глядя по сторонам.

Дон Рафаэль повернулся к Карен:

— Придется немного подождать, пока приготовят вашу половину дома. Будьте любезны пройти на мою, а я тем временем отдам распоряжения прислуге.

Карен согласилась. Она подумала: если у дона Рафаэля есть телефон, она позвонит сеньору Луису Касоле и выяснит, где бы она могла остановиться. С этой мыслью она последовала за хозяином вверх по узкой улочке и наконец увидела дом.

Он был мало похож на ту фотографию, что она видела в Лондоне. В тех местах, где на фото были выцветшие пятна, на фоне ослепительно белых стен буйствовало красочное разноцветье, четко вырисовывались черные кованые железные решетки на окнах и воротах. Вот место, где она хотела бы жить!

Дон Рафаэль хлопнул в ладоши, выбежала горничная и открыла ворота. Она посмотрела на Карен с откровенным любопытством и тут же, нимало не смущаясь, начала тараторить на ломаном английском:

— Ах, так сеньора будет жить в доме! Все легко устроить, чтобы сеньора была довольна. Сеньора хочет увидеть дом? Она проводит, пусть сеньора взглянет сама!

— Видите, все просто, — улыбнулся дон Рафаэль, — пройдите и осмотрите дом внутри.

В холле Карен увидела телефон и сразу же успокоилась.

— Вероятно, мне следует позвонить в компанию и сообщить о своем приезде.

— Я сам позвоню Луису, — заверил ее дон Рафаэль. — Лучше отдохните во внутреннем дворике, пока ваши комнаты не будут готовы.

Он проводил Карен в маленький, утопающий в цветах сад и оставил ее, чтобы дать указания горничной и сообщить об их приезде Касоле.

Карен уселась в кресло на солнышке и почувствовала, как уходит усталость. Мелькнула еле уловимая мысль: где бы мог быть Тимоти? — но она тотчас услышала его голос. Мальчик спрашивал, где будет его спальня. Было бы ужасно куда-то ехать сейчас, подумала она устало, но не могут же они тут оставаться? Нравится это дону Рафаэлю или нет, но она должна поговорить с сеньором Касолой: пусть он позаботится о жилье для них.

Карен с неохотой поднялась и вошла в дом.

— Я все-таки предпочла бы поговорить с сеньором Касолой сама, — твердо проговорила она, как только увидела дона Рафаэля.

Он сердито взглянул на нее, отчего Карен смутилась, но вежливо проговорил:

— Конечно!

Дон Рафаэль подвел ее к телефону и спросил, какой номер набрать. Услышав голос сеньора Касолы, он дружески поздоровался с ним и передал трубку Карен.

— Сеньор Касола? Это Карен Бредфорд. Мы только что прибыли в Севилью и находимся в доме сеньора Валенти. Вы договорились о том, где мы будем жить?

Она услышала в ответ приятный голос, говоривший по-испански, и подумала: наверное, они с ним сработаются.

— Я заказал вам номер в гостинице, но Рафаэль сказал, что сдаст в аренду часть своего дома. Это намного лучше, не так ли?