Невеста плейбоя - Сьюзен Донован

– Право же, миссис Монро…

– Я работаю чуть ли не сутками, чтобы у Дакоты, у его брата и сестры была крыша над головой. Я одна содержу троих, понимаете? А если прибавить собаку, то четверых! А если посчитать и меня – я тоже иногда ем и покупаю пару-другую трусов – то нас пятеро. Пятеро человек живут на зарплату одной парикмахерши! А вы мне тут рассказываете про какую-то долбаную динамику!

В трубке было тихо. Через некоторое время миссис Брейшерс пришла в себя и, откашлявшись, заявила:

– Вы не единственная мать, у которой имеются проблемы. Многие наши детки растут в неполных семьях, но тем не менее успешно пользуются унитазом и вовремя освоили управление сфинктером…

– Управление сфинктером? – Саманта не смогла удержать смех. – Что вы несете!

В эту минуту в кухню заглянула ассистентка и, сделав страшные глаза, прошептала:

– Твоя двухчасовая сейчас взорвется.

Сэм прикрыла трубку ладонью и быстро сказала:

– Вынь ее из-под лампы. Я буду через минуту.

– У вас есть одна неделя, миссис Монро, – услышала Саманта окрепший голос администратора.

– Да, я понимаю… – Что она сможет найти за неделю? – Послушайте, я хотела извиниться за грубость, но не могли бы вы дать мне немного больше времени?

– Неделя. – Миссис Брейшерс просто повесила трубку, позабыв вдруг про конструктивную динамику диалога и вежливость.

Саманта стояла посреди кухни. В одной руке она держала пирожок, от которого успела откусить всего пару раз, в другой – телефонную трубку, а по щекам ее катились слезы.

Ну вот, она позволила слабости и отчаянию взять над ней верх. На целых две минуты. Плечи Саманты поникли, спина сгорбилась, а из груди вырывались отчаянные рыдания.

Сэм положила на место телефонную трубку, выкинула пирожок, высморкалась, умылась и вернулась в салон.

Ее встретила знакомая волна запахов: шампуни, духи, средства для завивки – образовывали неповторимый коктейль. Стены салона Марсия Фишбакер приказала выкрасить в светло-зеленый цвет, а музыка в этом сезоне звала всех назад, к природе. Вот сегодня, например, звуки флейты смешивались с песнями волков. Именно так, с точки зрения Марсии, должен был выглядеть оазис юго-западного леса в сердце деловой части Индианаполиса.

Сэм расправила плечи и вздернула подбородок, потому что ее ждала работа и, хоть все в ее жизни пошло наперекосяк и неизвестно, не придется ли ей на следующей неделе ночевать с детьми в машине, клиенты ждут, что она будет им улыбаться. И Саманта улыбалась и щебетала, и выслушивала чужие проблемы, и, как всегда, измотанные работой и стрессом женщины уходили довольные и отдохнувшие, не забыв записаться наследующее посещение, ибо к Саманте не так-то просто было попасть без предварительной записи. Искусные мастера и душевная атмосфера – салон «Ле сёрк» был известен именно этим, и в заведении Марсии Фишбакер отбоя не было от клиентов, несмотря на весьма высокие цены.

Монти подошла к дому Саманты Монро и без стука распахнула дверь черного хода. Саймон, ее сын, проскочил под рукой матери и побежал вперед, вопя во все горло, чтобы сразу порадовать лучшего друга Грега своим приходом. Монти ногой закрыла дверь и рухнула на диванчик в прихожей.

– Обед подан! – крикнула Монти и, собрав остатки сил, все же дотащила три здоровые коробки с пиццей до кухни. – Налетайте, пока я сама все не съела.

Первой на зов явилась Лили, бледненькая и тонкая девочка-подросток с лицом не очень счастливой женщины. За ней следом спешил Дейл, небольшая лохматая дворняжка.

– Привет, Монти, – сказала девочка.

– Привет, зайка. Как твоя школа? И куда подалась мама?

Лили молча пожала плечами и сунула нос в первую коробку. Волна золотистых волос упала налицо.

– А вегетарианская пицца есть?

– Та, что снизу, – ответила Монти.

Она повесила на спинку стула свою сумочку и кожаную куртку, вытянула ноги и принялась разглядывать девочку. «С ума сойти, – подумала она вдруг, – а ведь совсем недавно эта девчушка была розовощеким пухленьким ангелочком». Монти прекрасно помнила, как смеющаяся рожица девочки выглядывала из кенгурушки, которая сослужила Сэм хорошую службу: она таскала в ней всех троих детей по очереди. Точно все это было вчера. Монти даже помнила такой миленький розовый комбинезончик с заячьими ушками, в котором девочка выглядела особенно прелестно. Может, это просто потому, что чужие дети растут быстрее своих собственных, и ей проще было замечать перемены в ребятах подружки, а не в своем сыне, которому уже тринадцать и он почти догнал мать ростом, а она и не заметила, когда это произошло. Как-то слишком быстро.

– Так где же твоя мать? – повторила Монти.

– Гоняется за Дакотой. Она купила ему трусы с Бэтменом и теперь пытается их надеть.

Лили достала из кухонного шкафа несколько тарелок. Монти, внимательно оглядев хрупкую фигурку девочки, покачала головой: длинные ноги и длинные волосы, а глаза так сильно обведены черным карандашом, что Лили похожа на худого енота.

– Будете салат? – спросила Лили.

– Давай. – Монти от мыслей о быстробегущем времени вдруг охватила печаль, но она постаралась, чтобы голос звучал бодро: – Сделаем вид, что это настоящий ужин, в который каждый привнес свой кулинарный вклад.

Лили хмыкнула, и Монти немного расслабилась. Она уж начала тревожиться: как-то это настораживает, если четырнадцатилетняя девочка даже не улыбнулась, несмотря на три пиццы к ужину и трусы с Бэтменом для младшего брата.

– Как прошел день в школе? – Монти рискнула повторить вопрос.

Лили опять пожала плечами и положила себе два куска пиццы. Она уже собиралась что-то сказать, как в кухню ворвались Грег и Саймон. В помещении сразу стало ужасно шумно, и Монти показалось, что от громких мальчишеских голосов, смеха и лая прибежавшего Дейла заходила ходуном лампа над столом. А потом вошла Сэм, неся на руках Дакоту. Малыш прижимался щечкой к плечу матери, его рыжие волосы отсвечивали золотом, и выглядел он как ангелочек с рождественской открытки. Увидев Монти, малыш оживился и с готовностью перебрался к ней на колени. Потом обвил ручонками ее шею и наградил слюнявым поцелуем.

– Тетя Монти-и, – ласково пропел он, и подруги, встретившись глазами, нежно и понимающе улыбнулись друг другу. Среди хаоса и детского смеха Монти и Сэм прочли во взглядах друг друга одну и ту же мысль: нам совершенно не нужны никакие мужики, мы и так абсолютно счастливы.

К девяти часам Дакота уже крепко спал, Сэм разогнала старших детей по спальням, а Монти помыла посуду. Потом они устроились на диване, поставив на ближайший столик бутылку шардоннэ.

– Если я осилю второй бокал, то останусь у тебя ночевать вместе с Саймоном, – сказала Монти, забираясь с ногами на диван.

– Чем больше народу, тем веселее, – отозвалась Сэм и тут же спохватилась: – Я забыла тебя предупредить: сюда едет Кара. Она звонила и сказала, что у нее ко мне срочный разговор.