Неидеальный - Галина Джулай

Первый год был очень сложным, не столько физически, сколько морально. Но теперь всё прошло, даже обида. Родители меня поддерживали, помогали, как могли.

В два года отдала сыны в сад и на работу устроилась. Не могла больше у родителей на шее сидеть. А полгода назад, когда Лариса Фёдоровна узнала, что её Катя беременна, она взяла меня к себе, чтоб на тот год, на который она собиралась уехать к дочери после родов, чтоб помогать ей с детьми, я её заменила. Не знаю, почему из такого количества сотрудниц она выбрала меня, но очень ей благодарна. Даже этот год даст мне возможность получить хорошие рекомендации и получить более высокую должность, а значит и зарплату получше.

И вот теперь, раньше положенного времени, мне предстоит выйти на должность секретаря гендиректора. Надо только Тигренка пристроить на эти три дня.

— Мамуль, привет, — звоню единственным людям, к кому могу обратиться. Я описала ситуацию и спросила, смогут ли они забрать к себе Тиграна.

— Конечно, привози. Что-нибудь придумаем.

— Спасибо, мамуль. Папе привет.

Быстро собрала вещи сына на пару дней, вызвала такси, и мы поехали к родителям.

— Я заберу тебя в субботу, и мы отпразднуем твое выздоровление. Хорошо?

— Хорошо, — сынуля обнимает меня крепко за шею. — Ты моё всё! — признается он мне в любви.

— И ты моё всё. Люблю тебя, — целую его крошечный носик.

Спала плохо, очень волновалась. Всеволод Петрович — мужчина очень приятный, и как человек, и как начальник, но остаться без Ларисы Фёдоровны как-то страшновато.

Чулки, синяя юбка-карандаш, бежевый шелковый топ на бретелях и пиджак прямого кроя в тон топу. Глянула на свое отражение, вроде хорошо. Подвела глаза, нанесла немного румян. Волосы убрала в пучок. На ноги бежевые лодочки. И поехала на работу.

На рабочем месте мне положено было быть в восемь. Начальник приходил в девять. К этому времени я должна была прибраться в кабинете. Его убирала уборщица в конце рабочего дня, а утром избавиться от пыли было моей задачей. Еще я должна подготовить документы, необходимые на сегодня. Разобрать почту, составить расписание и куча ещё всякой подготовительной работы. Так, чтоб, когда придёт Всеволод Петрович, всё было готово и в идеальном порядке.

Весь вечер, накануне, Лариса Фёдоровна инструктировала меня и просила звонить, если что. Из-за болезни сына, последние почти две недели я пропустила и не знала всех нюансов.

Я почти уже закончила, на часах без десяти девять. Я уже за своим столом перебираю электронную почту, и жду директора.

— Вы кто? — услышала над головой.

— Лина, то есть Ангелина. Вы к Всеволоду Петровичу? Его пока нет. Присядьте, — мужчина нахмурил свои брови ещё сильнее и с прищуром рассматривал меня как какую-то букашку.

— Где Лариса Фёдоровна? — так и не представившись, снова задал вопрос.

— У неё дочь беременна, её на сохранение положили, и она уехала… — начала тараторить я, под прожигающим хмурым взглядом. Потом опомнилась и замолчала. — Простите. А Вы кто? Вам назначено?

— Начальство нужно знать в лицо, — грубо ответил он и ушел в кабинет генерального директора.

И что это было? Мне кажется, я вся покрылась холодным потом. Сердце стучит, как ненормальное. Вот тебе и первый рабочий день. Схватила телефон и набрала Ларису Федоровну.

— Да, Лина?

— А когда у нас поменялся генеральный директор? И где Всеволод Петрович? И что это за…

— Ой, деточка, я совсем забыла предупредить. Это сын. Давид Всеволодович. Помнишь, мы говорили ещё в начале марта, что, возможно, он приедет? Так вот, приехал. На той неделе принял все дела и теперь будет работать с нами.

— Зайдите, — раздалось грозное и раздражённое по селектору.

Я быстро отключила звонок, взяла органайзер, необходимые на сегодня документы и пошла к начальнику. Три метра от моего стола до двери, казалось, увеличились в десять раз. Я и так волновалась, а сейчас просто тряслась от страха. Затормозив перед тем, как открыть дверь, сделала пару глубоких вдохов и медленных выдохов и вошла в кабинет.

Давид Всеволодович сидел за столом, откинувшись на спинку кресла и крутил в пальцах ручку. У него были красивые кисти, тонкие, длинные пальцы. Такие редко бывают у мужчин, и они на мгновение меня зачаровали. Мужчина не сводил с меня пристального взгляда, пока я подходила к столу, чтобы присесть в кресло напротив. Он не спешил нарушать тишину. Я же чувствовала себя виноватой, тем более под внимательным взглядом. Было неуютно и я покрепче вцепилась пальцами в кожаный переплет ежедневника.

— Я так понимаю, нам предстоит с Вами работать, — говорит он. Голос у него был приятный, в нём нет уже того раздражения, что было пару минут назад. — Давайте знакомиться. И так я…

— Давид Всеволодович, сын Всеволода Петровича. Теперь гендиректор корпорации, — перебила я мужчину. — Простите, — стушевалась под его нечитаемым взглядом. Даже не знаю, за что я извинялась: что не узнала его сразу, или что перебила.

— Уже в курсе, — хмыкнул мужчина. — Хорошо, — он слегка улыбнулся. Я же немного расслабилась и позволила себе его рассмотреть.

Красивый, такой, как с картинки. Идеальный. Рост, спортивное телосложение. Костюм-тройка сидит на нем как на модели. Менталист отдыхает, хоть я просто балдела от него. Черные волосы в современной стрижке идеально уложены. Скульптурное лицо, губы, нос, глаза все словно вылеплено искусным мастером. Разве в реальности бывают такие красивые мужчины?

Тем временем, мужчина стал говорить какие требования предъявляет к работе. Познакомил со своими привычками, когда и какой кофе он пьёт, что заказывать на обед и так далее.

— А теперь за работу, — завершил он свой монолог. — Напомните, как вас?

— Ангелина, но мне привычнее просто Лина, — он кивнул, и я начала знакомить его с расписанием, согласовав его, передала бумаги, что готовила ещё Лариса Федоровна.

— Вы не волнуйтесь, я с Ларисой Фёдоровной почти полгода работала, она знала, что будет уходить и готовила меня. Я всё знаю, и не подведу… — решила оправдаться уже у самых дверей. — Просто мы не думали, что ей так резко уехать придётся…

— За работу, Лина, — только и сказал мне начальник, уставившись в бумаги, и даже не подняв на меня свой хмурый взгляд. — И я жду свой кофе.