Любовь ради любви! - Елена Медунец

Выслушав Яну и осмотрев ее, врач констатировал:

– У вас – выкидыш, беременность не сохранить, нужно делать медикаментозное выскабливание. Вот направление в гинекологическое отделение, это делают там. Медлить нельзя, может быть большая потеря крови.

Яна вспомнила свой сон. Вот это что. Это Боженька показал мне моего ребеночка, мою маленькую доченьку, и я сама, сама от нее отказалась. Яне стало очень грустно. Она вдруг поняла, что потеря ребенка для нее более трагична, чем радостна ее новая работа…

Теперь уже выбора не было. Яна отправилась в стационар.

– Кир, я в больнице. Если спросят, буду завтра, – позвонила она подруге.

– Как в больнице, что случилось? – заволновалась Кира.

– Вечером созвонимся, расскажу.

Проснувшись после операции, Яна почувствовала себя несчастной. По ее лицу текли слезы, и она не вытирала их. Ей очень хотелось рыдать громко и безутешно, в голос, но она не могла: в палате была не одна.

«Странно, какое мне дело до них? Хочу реву, хочу не реву», – думала Яна про соседок по палате, но их присутствие останавливало ее, и она тихо глотала слезы, не выдавая своего горя.

Вечером, после долгих уговоров врача, Яну отпустили домой. Дома она увидела в телефоне 15 пропущенных вызовов… Она полистала журнал звонков: это и Роберт, и Артур, и мама, и Кира. Стала звонить всем по очереди. Артуру, который снова завис у Жанны, сказала, что телефон был на беззвучке после совещания и забыла его включить. А вот Роберту, маме и Кире пришлось рассказать правду, какой смысл было скрывать это от них. Теперь, после всех переговоров, Яна стала думать о реакции каждого на услышанное от нее.

Роберт расстроился не на шутку. Расспросив ее о самочувствии, стал упрекать за то, что не пошла к врачу, когда он предлагал ее отвезти. Попытался утешить, сказав, что у них все еще впереди, чтобы она себя берегла, что он любит ее.

Мама тоже расстроилась, но не из-за выкидыша, а из-за расстройства дочкиного здоровья и медицинского вмешательства.

Кира сказала:

– Все что ни делается, все к лучшему.

«Таким образом, – думала Яна, – сообщению о беременности обрадовался бы только Роберт, это понятно: он ориентирован на семью и желает усадить ее дома. Мама считает, что мой возраст для рождения малыша является неподходящим. Кира к этому добавила, что сейчас время не для детей, а для дальнейшей карьеры. Да и сама-то я не обрадовалась бы беременности. Даже во сне с испугом отказалась от ребенка, мне не было бы горько, если бы ребенка мне не дали, мне стало его жалко лишь тогда, когда я его потеряла. Значит, – подвела итог Яна, – я сделала во сне правильный, во всяком случае, разумный, выбор. И даже Боженька с ним согласился».

Яна успокоилась и уснула…

Утром, проснувшись от звука поворачивающегося в замке ключа, Яна испуганно села на кровати и прислушалась: «Дверь снаружи не откроют, я закрыла ее еще и на задвижку изнутри».

В этот момент раздался звонок.

– Кто там? – спросила Яна.

– Да я это, мам, открывай, – услышала она голос сына. Яна открыла дверь и увидела на пороге Артура. Он был явно расстроен. Парень разделся, прошел в свою комнату и закрыл дверь.

– Сыночек, что-то случилось? – спросила Яна через дверь.

Ответа не последовало. Она открыла дверь в комнату сына и вошла. Он лежал на кровати лицом в подушку.

– Артурчик, что с тобой? Ты поссорился с Жанной?

– Мы расстались. Мам, давай не сейчас. У меня сегодня выходной, я высплюсь, а вечером поговорим, папа ведь еще не приедет?! – произнес сын.

– Нет, он завтра должен вернуться. Ладно, вечером поговорим, – растерянно ответила Яна, а потом, испугавшись за эмоциональное состояние сына, уверенно продолжила: – Сын, сейчас тебе трудно поверить в это, но тети Кирина теория о том, что все что ни делается, делается к лучшему, абсолютно верна.

– Рад этой теории, еще бы на практике убедиться. Мам, все, до вечера.

Яна вышла из комнаты сына. Часы показывали семь утра. Пора уже собираться на работу. Она пошла в ванную, наполнила ее водой с душистой пеной. «Десять минут счастья», – подумала она. Потом вспомнила, что может принять только душ, и с сожалением открыла слив, присев на край ванной. Сначала вода уходила незаметно, потом быстрее, а когда в ванне осталось чуть меньше половины, вода вдруг закрутилась воронкой и стала исчезать стремительно.

«Вот так и жизнь, – подумала Яна. – В детстве и юности казалось, что годы тянутся, в молодости, что идут, а сейчас, когда уже тридцать девять, оказалось, что они очень быстро бегут и надо все успеть, пока ты еще не в воронке. Кира права, когда говорила, что мы не знаем, сколько нам отмерено, рожать, может, и не поздно, но где уверенность в том, что Бог нам даст здоровья и позволит вырастить ребенка и поставить его на ноги. Как этому ребенку жить, если нас не станет до того, как он сможет жить самостоятельно. Действительно, всему свое время. Спасибо, Господи, за Артура. С ним переживаний хватит, хотя он уже взрослый, но все равно еще ребенок».

Яна стояла под душем, и струи воды смывали с ее души пережитые вчера сомнения и разочарования. Контрастный душ помог ей вернуть бодрость духа и уверенность в том, что все в ее жизни будет хорошо. Она уложила волосы, сделала макияж. Отражение в зеркале ей понравилось, она улыбнулась.

Выйдя из ванной, Яна прислушалась: в комнате сына было тихо. Она попила кофе и отправилась на работу.

Водитель такси всю дорогу развлекал ее: сначала были анекдоты, потом рассказы, затем пошли в ход песни. Хорошо, что дорога без пробок заняла тридцать минут, Яна не успела устать от него. Она слушала, односложно отвечая на вопросы. Вступать в беседу ей не хотелось. По реакции водителя она видела его разочарование, он явно клеил ее. Ей было и смешно, и грустно. Мужчины все одинаковы, всем нравятся красивые и яркие женщины. Но если бы этот водитель знал, сколько ему нужно работать и зарабатывать, чтобы позволить себе иметь рядом такую женщину, как она, то смешно и грустно стало бы ему. Кстати, в выходные у них с Робертом запланирован новый поход за подарком к свадьбе, удастся ли ювелирам угодить им на этот раз?!