Один-единственный - Барбара Бреттон

— Я слушаю, — бросил Дэниел, нанося два быстрых удара: первый — справа и немедленно следующий за ним слева. — Это помогает мне сосредоточиться.

— Ну а меня, черт побери, совершенно сбивает с мысли! — Филлис собралась уходить. — Вот что, босс, закончишь, позовешь. Тогда и поговорим. — Она на секунду задержалась на пороге. — Да, кстати, пока ты разговаривал с Умеки, звонила Изабель. Она отменяет ваш обед.

Бронсон еще несколько раз толкнул грушу.

— Она хочет, чтобы я ей перезвонил?

— Я всего лишь ваш референт, босс, а не секретарь по личным вопросам. Вам это прекрасно известно. — Филлис закрыла за собой дверь.

Дэниел, ругнувшись, принялся молотить грушу как попало. Переводя дух, он какое-то время размышлял, не стоит ли повторить все сначала, но кулаки уже болели, а плечи явно перенапряглись.

Итак, она отталкивает его. Не столь уж трудно это понять. Вчера вечером он сам услышал все это в ее голосе. И даже разговор с отцом о Японии, затеянный в ее присутствии, не всколыхнул ее. Она сидела и спокойно слушала, как мужчина, с которым она спит, собирается уехать на несколько месяцев на другой конец света! Увы, разлука не укрепляет чувство, она ведет к забвению. Похоже, Изабель знает об этом. И он тоже.

— В тысячу первый раз, Мэксин! Ничего не случилось! Ради Бога, уймись и не терзай меня своими расспросами! Они мне уже надоели!

— Но я же чувствую, милая, и это чувство не исчезнет по твоему повелению. Что-то не так. Учти, я не успокоюсь, пока ты не скажешь мне, в чем дело.

— Да нечего мне рассказывать. — Изабель зевнула и налила себе стакан чаю из самовара Ивана. — Джиги уже закончила примерку. Наверное, мне можно идти домой. Я очень устала.

— Хочешь вздремнуть, пока он не пришел? Изабель отвела глаза.

— Я оставила ему сообщение у секретаря. Мне сегодня не хочется обедать.

— Ага! — Мэксин загородила собой дверь. — Ты не уйдешь, милая, пока не расскажешь, что произошло.

Изабель уже хотела соврать что-нибудь, но вместо лжи самая настоящая правда слетела с ее губ:

— Эрик в городе. Мэксин перекрестилась.

— Матерь Божья, чего ему от нас надо? Изабель долгим взглядом посмотрела на нее.

— Не от нас, Мэксин. От меня.

— Надеюсь, ты велела ему убираться?

— Я сама убралась сразу после ленча.

— Только не говори, что ты ходила с ним в ресторан.

— Да, — ответила Изабель, упрямо подняв голову, — мне было любопытно, чего он хочет.

— Любопытство до добра не доводит.

— О, ради Бога, Мэкси! Мы выпили вина и закусили рыбой, и никаких любовных свиданий. Мне хотелось услышать новости о Джулиане… То есть о ее ребенке. Разве это преступление?

Мэксин забормотала что-то себе под нос, но Изабель не обратила внимания. Суеверная ирландка вечно слышала какие-то голоса по ночам или ощущала холодные ладони судьбы у себя на затылке. Мэксин снова перекрестилась.

— Ну прекрати, — оборвала ее Изабель, — он просто дурак, а не чудовище.

— Дураки бывают опаснее.

— Согласна, — сказала Изабель, — поэтому я от него ушла.

— И что ты почувствовала, милая, когда сделала это?

— Свободу, — призналась принцесса и, подумав, вздохнула. — Он показал мне фото маленькой Виктории. Печально сознавать, что у меня есть племянница, которую я, наверное, никогда не увижу. А Джулиана снова беременна. Представляешь?

— Бедные малютки. Им предстоит жить в этом кошмаре.

— Виктория очень мила, — задумчиво протянула Изабель. — Светленькая… С огромными голубыми глазами, как у племянницы Дэниела.

— Дэниел согласился бы со мной, — прервала ее Мэксин. — Время и расстояние — вот что должно встать между тобой и Эриком.

— Ты не станешь говорить об этом Дэниелу.

— А ты не станешь хранить от него секреты, милая?

— Но мы же не супруги, Мэкси. Ему вовсе ни к чему знать обо всех, с кем я встречаюсь, и обо всем, что я делаю.

— Навряд ли Дэниел с тобой согласится.

— Только не смей говорить ему ни слова, слышишь?

— Не имею привычки лезть в чужие дела.

— Вот и хорошо, — сказала Изабель.

— Вот и ужасно, — сказала Мэксин. — И к чему только эти тайны, если все равно нечего скрывать?

В тот вечер Дэниел предался работе с тем же рвением, с каким накануне молотил свою грушу. Едва часы пробили шесть, Филлис собралась уходить домой.

— Смотри не перетрудись, — напутствовала она шефа. — Завтра в полвосьмого — завтрак с Дершо-витцем в «Плазе».

— Ага, — проворчал он, не отрываясь от бумаг. — Ты тоже.

Около восьми несколько раз звонил телефон, но Дэниел не захотел отвлекаться. Ему было наплевать, кто это. Если кому-то так уж надо, могут и перезвонить. А если нет, так и черт с ними.

Однако еще через несколько минут раздался стук в дверь.

— Что еще там? — недовольно проворчал Бронсон, швырнув на стол ручку. — Кого там принесло? — Он прошел через весь кабинет и отворил дверь.

— Простите, что беспокою вас, мистер Би, — сказал Фред, начальник охраны, — но вы не отвечали на звонки.

— Что-нибудь важное? — Дэниелу совсем не хотелось болтать о пустяках. Особенно сегодня.

— К вам посетительница. Она говорит, что вы ее ждете.

— Нет, я никого не жду. Фред понизил голос:

— Это та самая принцесса, мистер Би. Она не любит, когда ей говорят «нет».

— Пришли ее наверх. — Бронсон отвернулся от озадаченного охранника, пытаясь овладеть собой. Не любил он, когда его заставали врасплох. «Какого черта ей надо? — удивился он, приводя в порядок бумаги. — Неужели лично пришла сообщить, что все кончено?»

Деликатно постучали в дверь.

— Бронсон, — раздался еще более мягкий голос. — Можно войти?

Он не поднял головы. Делай что хочешь.

— Не очень-то гостеприимно. — К медовым интонациям Изабель добавилась нотка раздражительности. Щелкнул дверной замок.

— Это ты отменила нашу встречу, принцесса, а не я.

Легкие шаги приблизились к столу.

— Я принесла обед. — Я не голоден.

— Смотри: пасторма с черным хлебом, соленые огурцы, крем-сода.

Он не ответил.

— Филлис сказала, что ты это очень любишь.

— Филлис вообще не следует лезть в чужие дела.

— Посмотри на меня, Бронсон.

— Я не настроен шутить.

— Я и не собираюсь шутить, — ответила принцесса, смахнув бумаги со стола.