Розовое гетто - Лиз Айлэнд

Она встала рядом с кофеваркой, на щеках от злости горели красные пятна.

— Что ты сказала Дарлен Пейдж на этой конференции?

Я надеялась, что лицо мое осталось бесстрастным.

— А что я ей сказала? И о чем?

— Ты знаешь о чем!

Действительно, она вся кипела. Я неторопливо пригубила кофе.

— Боюсь, тебе придется освежить мою память.

— О «Забывчивых слугах»! Дарлен вбила себе в голову, что я не проявляю достаточного усердия, проталкивая ее книги.

Мне с таким трудом удалось подавить смех, что я едва не задохнулась. Зато не брызнула кофе на Касси.

— Нечего ухмыляться! Я знаю, что ты сделала.

— Честно тебе скажу, Касси, на конференции я разговаривала с Дарлен только один раз. И уже не помню о чем.

— Ты приглашала ее в бар и угощала коктейлем. — Она уперлась рукой в бедро. — Могла ты что-то сказать насчет тиснения фольгой обложки ее следующей книги?

Я поджала губы, как бы пытаясь сосредоточиться.

— Я такое сказала?

— Ты знаешь, на серийные любовные романы фольгу не дают!

— Вот и объясни это Дарлен.

— Я объяснила, будь уверена. — Она фыркнула. — Чтобы хоть как-то компенсировать нанесенный тобой урон.

Я улыбнулась:

— Но разумеется, тебе придется успокаивать Дарлен еще раз, когда она обнаружит, что одновременно с ее книгой выйдет книга другой писательницы, имя и фамилия которой будут вытиснены фольгой.

Касси ахнула.

— Чья?

— Джоанны Касл.

На мгновение я подумала, что она сейчас прошибет крышу, а потом выйдет на околоземную орбиту.

— Что?

Я кивнула.

— «Останавливающий сердца».

— Быть такого не может!

— Я уже отослала Джоанне обложку.

Да, перекошенное лицо Касси впечатляло. В тот момент я прекрасно понимала футболистов, которые исполняют ритуальные танцы после забитого гола.

— И Трой дал добро?

Я кивнула.

Такая дикая ярость отразилась на ее лице, что я не на шутку испугалась. Подумала, что в один из дней меня найдут в кабинете мертвой. И Джейнис Уанч, вероятно, пришпилит листок с перечнем долгов к моему бездыханному телу.

— Не понимаю, как тебе это удалось, Ребекка.

Я пожала плечами:

— Может, я забрела к нему в кабинет в алкогольном угаре и под дулом пистолета заставила одобрить тиснение фольгой для этой книги. Может, тебе стоит еще разок заглянуть к Мерседес и рассказать об этом?

Она несколько раз открыла и закрыла рот, прежде чем с губ начали срываться слова.

— Будь уверена, насчет этого я с Мерседес поговорю! — крикнула Касси мне прямо в лицо, так что я почувствовала запах ее зубной пасты. Потом подняла руку и ткнула указательным пальцем мне в грудь. — Думаешь, что тебе все можно, ну погоди!

Я поморщилась и отступила на шаг от ее пальца. К сожалению, отступая, задела локтем одну из кружек, которые стояли на столике. Кружка полетела на пол и разбилась.

Мы обе посмотрели вниз. Ахнули в унисон. Кровь отлила от моего лица.

— Посмотри, что ты наделала! — воскликнула Касси.

Я разбила кружку Мэри Джо. Осколки разлетелись по линолеуму, но сомнений быть не могло: на одном из них красовалось личико девочки Кэти.

— Что я наделала? — отрезала я и опустилась на колени, чтобы начать собирать вещественные доказательства. И тут же порезалась. Сунула окровавленный палец в рот, другой рукой продолжая собирать осколки. Волна обреченности накрыла меня с головой. Что же теперь делать? Мэри Джо меня убьет. — Если бы ты не билась в истерике… — начала я.

Касси молчала. И я сразу подумала: что-то не так. Совсем, совсем не так.

Чуть повернула голову и обнаружила рядом с собой пару костлявых ног в синих колготках и туфлях того же цвета. Собралась с духом и подняла глаза. Мэри Джо, с мертвенно-бледным лицом, уставилась на пол.

— Моя кружка…

— Ребекка сбросила ее на пол. — Такого тона, каким произнесла эти слова Касси, я не слышала с восьми лет.

Ноги Мэри Джо подогнулись, она упала на колени рядом со мной.

— Ты знаешь, что я пила из этой кружки двадцать лет!

Я сглотнула слюну, понимая, что она не сможет достойно перенести эту потерю. И аргументы типа «всякое случается» приниматься не будут.

— Я очень сожалею, что так получилось.

Она промолчала. Только подбирала осколки и складывала их на бумажное полотенце, которое уже подала ей Касси. Саван для кружки.

— Может, я смогу найти вам такую же. Скажем, на интернетовском аукционе. Там можно найти что угодно.

— Это будет другая кружка.

— Да, но…

— Не могла бы ты просто оставить меня в покое? — рявкнула Мэри Джо.

Я поднялась. Касси ухмылялась.

— Тебе лучше уйти, Ребекка. Я побуду с Мэри Джо.

Только в коридоре я поняла, что забыла свою кружку с кофе. Но вернуться не могла. Поэтому решительным шагом направилась к лифтам. К черту экономию! Мне срочно требовался тройной эспрессо.

К несчастью, это мое решение поставило меня лицом к лицу с Мюриэль.

— Привет, Ребекка. Я как раз хотела с тобой поговорить.

Я подавила вздох. Мне нравилась Мюриэль. Мне, как и всем остальным, было любопытно, какую жизнь ведет она за стенами издательства (воображение Андреа рисовало Мюриэль в коже, охаживающей плеткой покорных мужчин; я предпочитала другой образ: скромная девушка, уединенно живущая в Бронксе). Но она демонстрировала прямо-таки мертвую хватку, когда дело касалось книги ее подруги. При виде Мюриэль я всякий раз сжималась. И сожалела о том, что она не отдала «Ранчера и леди» другому редактору.

И о том, что подруга не написала хорошую книгу.

— Ты уж извини, что я тебя постоянно дергаю.

Я сделала единственное, что мне оставалось. Извинилась в сотый раз, отчаянно нажимая на кнопку вызова в надежде спастись в кабине лифта.

— Это ты меня извини, Мюриэль. Я действительно хотела прочитать рукопись вчера вечером. Даже взяла ее домой!

Вот тут я сказала правду. К сожалению, рукопись, лежащая на моем прикроватном столике, не вызвала прилива энтузиазма, хотя я на это и надеялась.

— Но ты начала читать?

— Разумеется… почти закончила. — С одной стороны, я солгала, с другой — уже решила для себя: если так и не сумею двинуться дальше, отошлю рукопись с комментариями по той части, которую осилила (тринадцать страниц). То есть до конца мне оставалось совсем ничего.