Возлюбленный воин - Патриция Поттер

Хотя почему бы нет? Она пришла к нему добровольно, она желала его. И все равно это еще не означало, что она не захочет вернуться в Испанию или продолжить свой путь в Англию.

Патрик сделал небольшой глоток вина; он помнил, что должен соблюдать осторожность. Потом он окинул стол внимательным взглядом. Джейми беззаботно смеялся с Маклейнами: этот человек умел быть своим в любой компании. Рядом с испанцем молча сидел Денни, и его взгляд словно искал что-то.

Гребцы ели и пили вволю; они громко переговаривались и обсуждали, что будут делать с деньгами и свободой.

– Отчего ты хмуришься, брат? – услышал он вопрос Рори, сидевшего по левую руку от него.

– Я думаю, что пора бы Лахлану вернуться, – солгал Патрик. – Каждый день чреват опасностью.

– Не сомневаюсь, что он скоро будет здесь.

– Лахлан очень изменился с тех пор, как я уехал…

– Да, и он, похоже, самый сильный из нас. – Рори кивнул. – Нужно обладать большим мужеством, чтобы сражаться, если боишься убивать.

– А ты что, тоже боишься?

– С рождением детей у меня появилось много страхов, – признался Рори. – Я хочу, чтобы дети росли в атмосфере любви, а не так, как мы.

– Ты был счастлив здесь.

– Да, я научился любить Инверлейт, но мне нравится и Эдинбург. С Фелицией и малышами я не могу ходить в море, как раньше, зато не прочь заняться торговлей.

– А Лахлан?

– Он стал отличным купцом, у него есть чутье на товар. Если ты останешься, мы с Лахланом сможем заниматься тем, к чему лежит душа.

Патрик попытался найти в словах брата подвох, но не смог. Это было искреннее приглашение остаться в семье.

Но тогда как же неуплаченный выкуп?

Впрочем, Патрик больше не усматривал в этом вины брата; его мысли обратились к испанцу, взявшему его в плен. Возможно, все это было коварством победителя.

В тот день они сражались с французами, и рядом с Патриком бились еще два шотландца: одного звали Макхью, второго – Макфарланд. Об обстоятельствах пленения он помнил лишь одно – удар и темноту. Когда Патрик пришел в себя, его руки были связаны, а своих товарищей-шотландцев он больше не видел, тогда как клан Макхью считался союзником Кэмпбеллов.

Патрик размышлял над этим целый год, пока томился в испанской темнице, но так и не пришел ни к какому заключению.

Вот и теперь он не был уверен до конца, действительно ли Джейми Кэмпбелл – друг Маклейнов, однако не сомневался, что вскоре ему представится возможность это выяснить.

По завершении трапезы Патрик пошел проводить Джулиану в ее покои, и нечаянные мимолетные соприкосновения вновь вызвали в обоих жаркие ощущения; но теперь Джулиане хотелось большего, а не только этих мимолетных прикосновений и светской беседы в зале.

Подойдя к своей комнате, Джулиана открыла дверь и вошла внутрь.

– Я пришлю Кармиту помочь тебе, – предложил Патрик, и она кивнула, хотя не нуждалась в присутствии Кармиты. Горничная сразу поняла, что случилось, когда явилась, чтобы помочь ей одеться, она ничего не сказала, но Джулиана в этом ничуть не сомневалась. Другие тоже могли догадаться, и это ее отнюдь не радовало.

Она уже хотела пригласить Патрика войти, но вдруг заметила, что его глаза закрыла непроницаемая завеса.

– Спокойной ночи, Джулиана.

Она отвернулась, и тут Патрик легко коснулся ее щеки. Это было похоже на поцелуй бриза.

Потом он повернулся и заторопился вниз по каменным ступеням.

Патрику не хотелось уходить от Джулианы вот так, но у него имелись срочные дела, требовавшие обсуждения с Джейми Кэмпбеллом. Это означало, что он обязан сохранять рассудок, в то время как с Джулианой у него не оставалось на это ни малейшего шанса.

Когда он вошел в зал, мавры собрались в одном углу, испанцы – в другом: все слушали, как играет на лютне один из Маклейнов.

Затем Патрик направился в кабинет отца в конце зала: там сидели Рори и Кэмпбелл, а перед ними на столе стоял небольшой ящик с вином. Они пили из серебряных кубков, доставшихся по наследству от предков Маклейнов, которые Патрик хорошо запомнил: отец использовал их в особых случаях.

– Бери третий кубок, – сказал Рори, – и присоединяйся к нам.

– Давайте сначала поднимемся ко мне в комнату, – предложил Патрик. – Там нам никто не помешает.

Рори кивнул и встал, Кэмпбелл последовал его примеру, а Патрик взял ящик с вином.

Войдя к Патрику, они остановились в молчании, затем Патрик взглянул на Кэ. мпбелла.

– Как случилось, что ты помог моим братьям? – настороженно спросил он.

– Моя кузина, – коротко ответил Джейми. – Как и твоя Джулиана, она должна была выйти замуж за человека, которому я не доверял и которого не любил. Но этого хотел король, желавший союза между двумя нашими кланами, и кузина попыталась бежать. Беда была в том, что у нее ничего не получается без приключений: ее выкрали Маклейны, чтобы сделать женой Рори, и она отказалась вернуться домой. Единственный способ спасти Фелицию состоял в том, чтобы доказать: ее предполагаемый муж – мошенник и предатель. Рори располагал нужной информацией, а я знал, как передать ее королю, так что мы оба имели одну цель.

Патрик кивнул; он ждал продолжения.

– В конце концов мы научились терпеть друг друга, – сказал Джейми и улыбнулся. – Это стало чем-то вроде спутанного клубка, когда неясно, кто кому и что должен.

– Без Джейми, – подхватил Рори, – Фелиция вышла бы замуж за предателя, а Лахлана и меня, возможно, уже не было бы на свете. Когда три года спустя король приказал войскам двинуться на Англию, Лахлан и Джейми тут же откликнулись. Когда Лахлан пропал без вести, Джейми не ушел без него из Англии.

– Ладно, довольно об этом, – сказал Джейми, явно смущенный такой характеристикой.

Патрик посмотрел на брата, и тот кивнул:

– Теперь ты знаешь, почему я доверяю этому Кэмпбеллу.

– Да, но это чревато риском, – предупредил Патрик. – И для тебя, Джейми, и для твоих Кэмпбеллов тоже.

– Я не собираюсь подвергать их опасности, – воскликнул Джейми, – и не расскажу ничего из услышанного сегодня!

Все же Патрику было трудно принять перемены в том мире, в котором он отсутствовал все эти годы. Мирное соглашение между Маклейнами и Кэмпбеллами выходило за пределы его понимания. И все же обстоятельства складывались так, что он доверял брату, брат доверял Кэмпбеллу, и тот соглашался помочь обоим, а заодно остальным, в том числе Джулиане.

Патрик вздохнул: теперь он окончательно понял, что выбора у него нет и ему придется выложить Кэмпбеллу свою историю.

Когда он закончил рассказ, некоторое время никто не произносил ни слова. Потом Джейми Кэмпбелл встал и обошел комнату.