Гроб с музыкой - Эльвира Барякина

Щелкнул выключатель. Все стены вокруг были обклеены плакатами и фотографиями, на вешалках висели шляпы, боа, блестящие тряпки.

— А, так ведь ты стриптизер! — вспомнил Леха, валясь в кресло.

Алик сердито передернул плечами.

— Я танцор!

Его взгляд упал на допотопный будильник, стоящий на полочке перед большим гримировочным зеркалом.

— Черт! У меня же выход через три минуты!

Он лихорадочно стал скидывать с себя одежду и облачаться в какую-то полупрозрачную маечку и узкие штанишки.

Леха отвернулся, чтобы не смотреть на это безобразие.

В этот момент в дверь постучали. Оба чуть не подскочили на месте от неожиданности.

— Прячься! — прошептал Алик одними губами, показывая на стоящий в углу шкаф.

Путаясь в собственных конечностях, Леха кое-как раздвинул висевшие в нем одежки и запихался внутрь.

— Кто? — громко спросил Алик.

— Это я.

Он облегченно передохнул:

— А это ты, Юлечка!

Дверь открылась, и в гримерку вошел вспревший высокий молодой человек в военной форме нараспашку и с накладными ресницами.

— Привет, ты чего так долго возишься?! — накинулся он на Алика. — Твой выход!

— Сейчас, сейчас!

Алик подбежал к зеркалу и провел по щекам пуховкой с пудрой.

— Все я побежал! Переоденешься, дверь захлопни!

Юлечка повесил свой костюм на вешалку.

— Ладно. Да, кстати, я тут тебе фотки принес, — сказал он, выкладывая на столик пухлый альбомчик.

Алик кивнул.

— Оставь там.

И выбежал за дверь.

«Вот, блин, попал! — подумал Леха, разглядывая в щелочку переодевающегося Юлечку. — Стрип-бар какой-то!»

Ему надо было собраться с мыслями. Все навалилось слишком неожиданно. Мало Ярославны, так на него теперь еще открыл охоту Майонез со своими бандитами. А им вряд ли можно объяснить, кого он вынес из дома Ольги. «Чем же таким торговал Измайлов? — неотступно крутилось в мозгах. — Что в нашем мире может стоить сто пятьдесят штук баксов? Да еще что-то такое, что может понадобиться Майонезу и хозяевам Ярославны? Они заплатили Измайлову, но не получив товар, требуют аванс назад».

Наконец Юлечка переоделся в человеческую одежду и, захлопнув дверь, ушел. Некоторое время Леха сидел в своем шкафу, но вскоре у него затекли ноги, и он все же решился выбраться наружу. Его мучил жуткий сушняк. Заметив на столике бутылку с минералкой, он вцепился в нее и выглотал единым махом почти половину. После столь обильного возлияния ему чуть-чуть полегчало.

Сев в кресло перед зеркалом, Леха принялся рассматривать сначала себя, а потом окружающую среду. На себя самого глядеть было противно: глаза красные, рожа желтая, волосы в разные стороны. Слава богу, что хоть запахи в зеркалах не отражаются. Леха дыхнул себе в ладонь и понял, что сегодня ему лучше не целоваться. Впрочем, к его удивлению, на благодатном гримировочном столике оказалась и початая пачка «Стиморола Pro-Z», того, что с голубыми кристаллами. Леха решил, что уж если грабить несчастных стриптизеров, то от одной жвачки они явно не обеднеют.

Сидеть просто так было скучно, и Леха взялся за принесенный Юлечкой альбомчик. Он был битком набит какими-то любительскими снимками: Юлечка в Москве на Красной площади, Юлечка у какого-то памятника, Юлечка с дружками… Но когда Леха перевернул очередную страничку, у него просто глаза на лоб полезли: на фотографии был изображен Юлечка в обнимку с Измайловым. Причем оба были голыми. Дальше и вовсе пошло что-то несусветное: они то резвились в речке, то лежали на каком-то пляже, то целовались взасос… А потом к ним присоединились еще и Алик с… — и тут Леху окончательно добили… — с Геной!

— Мама, куда я попал? — пожалел сам себя Леха. — Они же все голубые!

У Кобеца случился шок и сексуальная травма одновременно. Он представил себе, как можно было целоваться с Измайловым, и его чуть опять не стошнило.

И тут Лехин взгляд упал на небольшую коробочку, стоящую прямо перед его носом. Она была почти доверху забита сигарами. А рядом — среди склянок с гримом и кисточек лежала упаковка накладных ногтей.

У Лехи помутилось в глазах. «Так Измайлов был с Аликом, а не с женщиной в день своей смерти! Ноготь и сигара — всего лишь стриптизерский реквизит!» Леха вспомнил, как он умилялся над этим ногтем, думая, что он Ярославнин, и ему капитально поплохело. На дне рождения Бори Алик ковырял точно таким же ногтем кожуру от банана. И только полный идиот не заметил бы, что он искусственный. Да и потом, как он мог сразу не понять, что Алик — с «голубизной»? Бог с ним, с внешним видом! Он же в «Голубятне» работает. Одно название что стоит! И Борю Алик защищал, потому что точно знал, что он не виновен. А на самом деле он сам оказался замешанным во все это.

Судя по фотографиям и по рассказам Алика, он был «любовью» Гены, а его приятель Юлечка — «любовью» Измайлова. Значит, в «Ворошиловце» Алик назло Грушкову решил поразвлекаться с Сережей, показал ему какой-нибудь стрип-номер с сигарой… Стоп! А что же дальше произошло? Алик вряд ли мог угробить Измайлова одним молодецким ударом, он же совсем дохлый…

Но Кобец не успел додумать эту мысль, так как в замке послышался скрежет ключа. Побросав все, Леха кинулся в спасительный шкаф.

Это был Алик. Он весь взмок, прозрачная маечка прилипла к спине от пота.

— Ты тут? — позвал он, но в эту секунду в дверь кто-то постучался, и в гримерку вошла Ярославна — с большим букетом роз, бутылкой шампанского и двумя фужерами. «Черт!» — только и смог простонать Леха.

— Что вам надо? — ошеломленно проговорил Алик.

Не отвечая, Ярославна прошла к столику, поставила шампанское и фужеры.

— Браво, — произнесла глуховатым, как бы сдавленным от волнения голосом. — Я видела ваш танец… У вас талант, Алик…

Даже Лехе было видно, как лицо Алика порозовело от удовольствия. Между тем Ярославна ловко открыла бутылку и разлила шампанское по бокалам. Протянула один из них Алику.

— Я хочу выпить за ваш успех.

Он пригубил вино.

— Я не понимаю…

— А что тут понимать? — беспечно махнула рукой она, садясь в кресло так, чтобы ее ноги были представлены на всеобщее обозрение. — Вы и сами знаете, что такому молодому человеку, как вы, место не здесь, а в Москве.

У Алика загорелись глаза.

— А вы разве можете мне чему-нибудь помочь?

— Ну, у меня есть кое-какие знакомые в Москве, — сладко промурлыкала Ярославна.

«Коза! — в бессильной ярости подумал Леха. — Что она еще за игру затевает?»

— Только вам придется попросить своего друга Геннадия чуть-чуть помочь вам материально, В шоу-бизнесе, к сожалению, все двигают деньги.