Право на любовь - Майя Бэнкс

Снять бриджи оказалась нелегко, но супруг с готовностью приподнял бедра и помог, не забыв при этом накрыть ладонями руки жены.

Он снова попытался встать, однако Мейрин не позволила, толкнула обратно и упала сверху — так, что ее губы замерли на расстоянии выдоха.

Склонилась ниже и поцеловала, наслаждаясь уже знакомым восхитительным вкусом. Ее ладони легли на широкую грудь мужа — мускулистую, рельефную. Пальцы осторожно коснулись застарелых шрамов, пригладили упругие волоски на груди. Плоские маленькие соски моментально ответили на ласку, и Мейрин снова к ним вернулась, удивленная и восхищенная сходством реакции.

— Что ты задумала, плутовка? — пробормотал Юэн.

Мейрин улыбнулась и принялась покрывать поцелуями его шею и грудь, постепенно спускаясь все ниже и ниже, как делал это он. Судя по внезапному напряжению, наслаждение оказалось острым.

— Есть одна теория, — пробормотала Мейрин, слегка помедлив над соском, а потом высунула язык и лизнула — раз и еще раз.

Юэн застонал.

— И в чем же заключается эта теория?

Мейрин уперлась руками в грудь мужа и языком провела прямую линию к забавной ямке пупка. Супруг зажмурился и прогнулся.

— В том, что мужчинам так же приятно, когда их целуют… там… как и женщинам, когда возлюбленный действует ртом и языком.

— Чертовски приятно!.. — выдохнул Юэн.

Мейрин храбро сжала мощный, горячий, готовый к атаке клинок и без опаски прикоснулась к нему губами.

Супруг уже напоминал страдальца, оказавшегося на грани жизни и смерти. Напрягся и прогнулся, как будто в столбняке. Пальцы лихорадочно сжали простыню. Да, кажется, ему действительно понравилось.

Вдохновленная успехом, Мейрин осмелела, приняла орудие любви глубже и легко втянула в рот.

— О Боже! — воскликнул Юэн. — Девочка, сжалься!

Она лишь улыбнулась и дотянулась пальцами до внезапно распухших шаров. Юэн дернулся и поднял бедра. Член окаменел — казалось, еще немного, и кожа не выдержит напряжения и лопнет. Он пульсировал в руке — твердый и в то же время шелковистый и гладкий, подобно стальному мечу в парчовых ножнах.

— Все, милая, больше не могу. Остановись, иначе выпущу тебе прямо в рот.

Мейрин чуть приподняла голову и посмотрела мужу в глаза. Ее густые черные волосы упали на лицо, и он бережно заправил прядь ей за ухо.

— А тебе хотелось бы выпустить мне в рот? — застенчиво поинтересовалась она.

— Спроси умирающего, хочет ли он жить.

Мейрин на миг отвлеклась, сжала ладонями потемневшее от страсти лицо мужа и поцеловала его в губы, а потом, дразня и волнуя, чувственно коснулась языком языка.

— Что ж, было бы интересно узнать, какой ты на вкус, — шепнула она.

Юэн положил ладони на жемчужную грудь, а едва возлюбленная отстранилась, приподнял голову и схватил губами сначала одну розовую вершинку, а потом и вторую. Мейрин уже и сама ослабела от желания. Колени задрожали, и она тяжело опустилась на супруга. Как же он умел соблазнять!

— Иди сюда, милая.

Юэн прижал Мейрин к себе, так что их горячие тела слились в единое целое. Благодарно поцеловал в губы, в лоб, в волосы.

Внезапно Мейрин вспомнились слова Мэдди о том, что удовлетворенный мужчина добр и сговорчив, она приподняла голову и заглянула в его подернутые туманом глаза.

— Юэн…

Ладони мужа скользнули по плечам, прошлись по талии и по-хозяйски остановились на ягодицах.

— Да, девочка?

— Я хочу, чтобы ты кое-что мне пообещал.

Он удивленно поднял брови.

— И что же именно?

— Понимаю, что мы женаты совсем недавно. Я пока плохо разбираюсь в тайнах брака, но чувствую, что с каждым днем становлюсь все более жадной и ревнивой. Хочу, чтобы ты дал слово хранить верность. Знаю, что среди мужчин существует обычай держать…

Договорить она не успела, потому что Юэн нахмурился и вздохнул.

— Милая, ты только что отняла у меня все силы. Подумай сама, откуда же взять энергию на другую женщину?

Мейрин покачала головой. Нет, не эти слова она хотела услышать.

Юэн снова вздохнул — еще глубже и протяжнее.

— Видишь ли, детка, я дал клятву перед Богом, и это не шутки. До тех пор, пока рядом хорошая верная жена, незачем искать радостей на стороне. Никогда в жизни я не принесу бесчестье ни тебе, ни себе самому. Твоя верность безраздельно принадлежит мне. Но в то же время моя верность навеки отдана тебе и тем детям, которых ты мне подаришь. Я понимаю свой долг и отношусь к нему серьезно.

Мейрин почувствовала, как глаза наполняются горячими слезами. Придвинулась ближе — так что лоб легко коснулся лба мужа.

— Я тоже буду верна тебе, Юэн.

— Да уж, надеюсь! — прорычал он. — Сразу убью любого, кто посмеет прикоснуться к моей жене!

— Тебе понравилось, как я тебя целовала… там?..

Он блаженно улыбнулся.

— И ты еще спрашиваешь? Имею полное право требовать таких поцелуев каждый вечер перед сном.

Мейрин шутливо ткнула мужа кулаком в живот. Он рассмеялся и сделал вид, что корчится от боли, а потом схватил ее за запястья и осторожно, чтобы не задеть рану, перевернул на бок. Они долго лежали лицом к лицу — неподвижно, в тесном сплетении рук и ног, пока Юэн не прикоснулся к щеке жены кончиком пальца.

— Пожалуй, пришло время и мне подарить тебе несколько поцелуев. Как раз и язык пригодится.

Мейрин возмущенно вздохнула.

— Язык? Разве я не говорила вам, лэрд, насколько неприличен ваш язык?

— Ничуть не больше, чем твой, — ухмыльнулся Маккейб.

Этой ночью Мейрин узнала, что супруг способен на безумства, о которых она и мечтать не смела.