Первый встречный - Полина Грёза

Тихонов отключился, а Ксения всё ещё тупо пялилась в погасший экран телефона. До неё только сейчас начинал доходить смысл сказанного Алексеем. Шквал мыслей обрушился, унося с собой в океан безысходности.

А ведь Алексей прав. Она одна во всём виновата. Не надо было втягивать Романа во всё это. Не пускать в душу, не посвящать в дела, не влюбляться… Только, оказывается, это неконтролируемый процесс. Стоило просто встретиться однажды, и Ксения стала той роковой женщиной, из-за которой устроенная жизнь Романа Литвина летит под откос. А может и вовсе внезапно оборваться…

И дети… Как жить дальше, не зная где они, всё ли с ними в порядке? Как растут, чем болеют? Не иметь возможности обнять, взъерошить волосы, поговорить, прикоснуться, подурачиться, узнать как прошел день, поздравить с днём рождения? В том, что Тихонов способен их увезти и спрятать, Ксения не сомневалась…

А мама… Тут даже делать ничего не придётся. Она, хоть и неплохо держится, здоровье давно уже ни к чёрту, сердце барахлит, сосуды… Если отобрать внуков, Елена Витальевна этого просто не переживёт…

Единственный человек, на которого она надеялась — отец Романа, не поможет… Потому, что находится чёрт знает где и связаться с ним нет никакой возможности…

А вот сам Роман… он молодой, сильный, богатый, успешный, красивый, наконец. Да, разорвать отношения — это серьезный удар. Ему будет очень больно. Но, это называется "обойтись малой кровью". От душевных ран не умирают. Пройдёт время, переживёт и забудет… Найдет другую. Бабы сами на шею вешаются гроздьями. Влюбится, женится, родит детишек. Будет жив, здоров и счастлив… Без неё…

О себе Ксения старалась просто не думать. С ней останутся мать и дети. Это уже много. И новая жизнь в другой стране. Обживётся, попробует получить право работы врачом. В общем, опять всё с начала… А Роман… Даже думать о расставании невыносимо больно. Но она будет знать, что с ним всё хорошо. Что сделала всё, чтобы не случилось беды. Хоть это и не залатает огромную дыру в сердце…

Ксения открыла календарь в телефоне. Три дня. Вместе быть им осталось всего три дня. Она готова была поклясться, что в голове слышится мерное щёлканье метронома. Ксюша выдавила из блистера две успокаивающих таблетки, вздохнула, окинула себя взглядом в зеркале и пошла в комнаты. Роман не должен ни о чём узнать. Иначе, все её жертвы будут бесполезны.

***

Три дня спустя.

На негнущихся ногах Ксения подошла к двери и остановилась. Хотелось рыдать в голос и рвать на себе волосы. Нет, у неё не хватит сил. Она не сможет. Это равносильно тому, чтобы наживую отрезать себе руку или ногу. Тупым ножом и медленно.

Давай, Ксеня, надо. Это безумно больно, но ещё больнее стоять на кладбище у свежего холмика, понимая, что он появился и по твоей вине тоже. Перед глазами живо встало маленькое оранжевое пятно от лазерного прицела у него на лбу. Да и детей ты больше никогда не увидишь…

А может, уйти не прощаясь? Исчезнуть. Просто испариться из его жизни. Улететь на другой конец мира и отключить телефон ничего не объясняя… Нет. Тогда он не успокоится. Будет искать. Вляпается во что-нибудь ещё…

Здесь нужно по-другому. Резануть по живому. Одним махом разорвать связь. Причинить боль. Острую. Невыносимую. Чтобы больше не захотел видеть. Никогда. Сам пожелал забыть, навсегда вычеркнуть из жизни. И она сделает это. Собственноручно. В клочки растерзав сердце. Себе и ему.

Только бы получилось правдоподобно. Только бы не кинуться ему на грудь, не вывалить всё, не забиться в истерике… Нет. Нельзя так рисковать. Они абсолютно не готовы. А Алексей готов. В понедельник Роман пойдет на работу и роковой выстрел может прогреметь в любую секунду. Никакая охрана не поможет.

Она разберётся с Тихоновым сама. Позже. Пока не знает как, но обязательно разберётся. А сейчас нужно отвести удар от близкого человека. Пусть даже такой ценой.

Дышим ровно. Входим в образ холодной суки, которой абсолютно наплевать на чужие чувства. Сделав глубокий вдох, Ксения взялась за ручку двери. Прости меня, любимый… Так надо.