Как две капли воды - Даниэла Стил

– Итак, как чувствует себя женатый мужчина? По-другому?

– Совершенно. Неужели не видно по тому, как я танцую?Ядро и цепь вокруг ноги сильно затрудняют движения.

– Вы невыносимы, – засмеялась Оливия,порадовавшись в душе, что он кажется таким счастливым.

Виктория тоже выглядела куда спокойнее. Все кончено, и онавыстояла! Нашла в себе силы не впасть в истерику – она была очень довольнасобой, непринужденно беседовала с гостями, танцевала со старыми друзьями отца имужа. Когда Оливия проплывала мимо в паре с Чарлзом, сестра подала ей знак.Настало время!

Оливия наспех объяснила зятю, в чем дело, и подвела его кДжеффри. Мальчик боялся расставаться с отцом так надолго, но Оливия успокоилаего и пообещала, что все время будет рядом.

Виктория ожидала ее у подножия лестницы, смеющаяся ирадостная, и Оливия просто не могла поверить столь неожиданным переменам.

– Что случилось? – прошептала она, когда они,держась за руки, стали подниматься по ступенькам. – Похоже, тебе внезапноэто понравилось. Неужели я была права?

– Не знаю, – честно созналась Виктория. – Неуверена. Просто вдруг набралась мужества, решила идти вперед и ни о чем нетревожиться. Думаю, все постепенно уладится.

Оливия вдруг поняла, что сестра немного под хмельком. Непьяна, но определенно нетрезва. Очевидно, пыталась снять напряжение.

– Молодец! Все будет лучше некуда, – поспешила заверитьона, помогая Виктории снять платье. Они осторожно уложили наряд на постель, иОливия вынула белый шелковый костюм, сшитый специально для этого случая. К немуполагалась белая шелковая шляпка, и Виктория, надев ее, беспомощно посмотрелана сестру широко раскрытыми глазами.

– Что я буду делать без тебя? – прошептала она, иОливия не нашла ответа.

– Не думай об этом, – пробормотала она, глотаяслезы. – Я всегда буду ждать тебя.

– О Боже, Олли, – выдавила Виктория, и сестрыбросились друг другу в объятия, – я не могу тебя оставить.

– Знаю… знаю… – Оливия пыталась быть храброй иотважной, но растеряла все силы. – Придется, родная. Чарлз расстроится,если ты пошлешь в путешествие вместо себя Джеффри, а сама останешься в Кротоне.

– Давай попробуем – вдруг он не заметит?

Девушки грустно рассмеялись сквозь слезы, мужественнопытаясь пережить худший момент в их жизни. Они появились внизу только черезчетверть часа с подозрительно красными глазами и припудренными носиками.

– Где вы были? – расстроился отец, стоявший сЧарлзом, но сестры пробормотали что-то невнятное.

Виктория, выйдя на крыльцо, бросила букет компании девушек,нетерпеливо ожидавших этого события. Оливия тоже присоединилась к ним, скореепо обязанности, чем из интереса. Но Виктория тщательно прицелилась и бросилабукет прямо в сестру. Та была вынуждена поймать его под веселые крики:«Несправедливо!» «Нечестно!»

Но никто особенно не сердился, и Виктория неожиданнооказалась у машины вместе с мужем. Оливия сама не помнила, как бросиласьвперед. И обняла сестру.

– Я люблю тебя… береги себя, – шептала Оливиясквозь слезы.

Видеть это было слишком мучительно. Чарлз смущенноотвернулся, а отец опустил глаза. Мужчины выглядели крайне расстроенными.

Виктория, тоже боясь заплакать, молча кивнула, поцеловалаотца и села в машину. Она даже не попрощалась с Джеффри. Чарлз на мгновениеприжал к себе мальчика, пожал руку тестю, поблагодарил и после минутногоколебания обнял свояченицу.

– Позаботьтесь о ней, – попросила Оливия, все ещевсхлипывая. Чарлз отступил, и в его взгляде отразилось все то, что он до сихпор скрывал.

– Обязательно. Благослови вас Бог, Оливия. Не забывайтемоего мальчика, если с нами что-то случится.

– Не беспокойтесь, – улыбнулась она, сжимая егоруку.

Молодожены помахали на прощание, машина отъехала, а родныеостались стоять, бесполезные, никому не нужные, покинутые, одинокие, какпотерпевшие крушение матросы, выброшенные волнами на необитаемый остров. Оливиявзяла ладошку Джеффри в свою руку и повела мальчика к гостям. Впереди целоедолгое лето.

После первого поворота Чарлз молча вручил жене носовойплаток. Он понимал, что она сейчас переживает. Но чем ее утешить? По словамВиктории, девушки никогда не расставались, и он уже успел заметить, как дорожатони своей бесценной близостью.

– Как ты? – сочувственно спросил он, когда она вочередной раз высморкалась.

– Н-ничего, – прорыдала она, пытаясь улыбнуться.Но заплакала еще сильнее. Ей никогда еще не было так плохо, даже в тот день,когда ушел Тоби.

– Сначала вам обеим придется нелегко, – откровеннозаметил Чарлз, никогда не скрывавший даже самую неприятную истину. – Но выпостепенно привыкнете. Многие близнецы женятся, выходят замуж и разлучаются.Разве вы не знали?

Девушка покачала головой и придвинулась чуть ближе, словно впоисках утешения. Этот жест невыразимо тронул Чарлза. Без Оливии Викторияказалась такой беззащитной, маленькой и неуверенной в себе. Вся ее бойкость идерзость куда-то девались.

– На корабле будет весело, – пообещал он, не зная,что сказать. – Ты никогда не плавала?

Виктория покачала головой и вздохнула. Он так стараетсяпомочь ей, а она невероятно одинока без Олли. Правда, Чарлз ни в чем невиноват.

– Прости, – пробормотала она, глядя на мужа иснова замечая, как он красив. И все же никто не сравнится с Тоби и таких чувствона больше ни к кому не испытает. – Никогда не думала, что так будет. Непредставляла, что разлука так больно ранит.

– Все хорошо, – мягко сказал он. – Всехорошо, Виктория.

Дорогой они почти не говорили, а когда настала ночь,оказалось, что Виктория так устала и измучилась за день, что заснула, едвалегла в постель, прежде чем он вышел из ванной.

Чарлз заказал шампанское – оно уже стояло в другой комнате введерке со льдом, – но сейчас улыбнулся и покачал головой.

– Спокойной ночи, милая девочка, – шепнул он,укрывая ее. Виктория тихо замурлыкала. – Впереди целая жизнь… еще будетмного шампанского…

Он вышел, налил себе бокал, вспоминая о своем сыне, о новыхродственниках и гадая, как они теперь.

Оливия к этому времени тоже уснула, уложив рядом Джеффа. Онине забыли ни про Генри, ни про Чипа, мирно дремавшего рядом. Если бы Чарлз могих сейчас видеть! Как бы стало тепло у него на сердце!

Но вместо этого он медленно направился в спальню и долгосмотрел на свою жену. Как сложится их семейная жизнь? Трудно представить… Содной стороны, эти мысли приятно волнуют его, с другой – пугают…