Парижские соблазны - Барбара Картленд

– На Монте-Карло? – спросила герцогиня.

– Мистер Каннингэм полагает, что они установят слежку во всех портах и на железнодорожных станциях, полагая, что мы решим ехать в Англию.

– Барон… я должна предупредить барона! – воскликнула герцогиня.

– Он уже знает, – с горечью ответила Гардения. – Он покинул Париж и даже не потрудился предостеречь вас.

Ее тетушка закрыла лицо руками жестом крайнего отчаяния.

– У нас нет времени на раздумья, нужно срочно упаковывать вещи, – сказала Гардения. – Я позову горничных. Я скажу им, что мы уезжаем в Англию. Вы поняли? Мы срочно уезжаем в Англию, так как вы получили плохие известия. Ивонне нужно сказать, чтобы она упаковала все остальное и что позже вы сообщите, куда она должна будет все это отправить. Вы поняли меня, тетя Лили?

Она подошла к своей тетушке и тряхнула ее за руку. Казалось, та была не в состоянии воспринимать окружающее.

– Да, я поняла, – глухо произнесла тетя Лили.

Гардения отперла дверь и вышла в коридор.

– Ее светлость получила дурные известия, – сказала она Ивонне. – Мы немедленно выезжаем, чтобы успеть на поезд в Англию. Упакуйте все, что успеете.

Последние слова она произнесла уже на ходу, взбегая по лестнице на следующий этаж и направляясь в свою собственную комнату.

Она позвонила Жанне, велела ей упаковать все новые платья и, зажав в руке свой паспорт, снова направилась вниз по лестнице в поисках месье Груаза.

– Герцогиня вынуждена немедленно отбыть в Англию, – мысленно прикидывая, сколько раз ей еще придется повторить эту ложь, сообщила она. – Ее светлость просит подготовить ее паспорт и все имеющиеся в наличности деньги для путешествия.

Месье Груаз открыл ящик своего стола.

– Ее светлость проиграла вчера большую сумму в карты, – сказал он. – Я как раз собирался отправиться завтра утром в банк. Боюсь, что в настоящий момент в доме не так уж много наличных денег.

– Давайте все, что есть, – ответила Гардения.

Он протянул пачку денег, показавшуюся ей довольно большой. Она попыталась представить, на сколько им этого хватит. Затем Гардения снова поспешила наверх. Тетя Лили сидела там же, где она ее оставила, но Ивонна уже упаковывала вещи. Гардения бросила взгляд на часы.

– Нам нужно выезжать через пять минут, – сказала она.

Герцогиня внезапно пробудилась и издала сдавленный крик.

– Мои драгоценности! – воскликнула она. – Мы не можем уехать без них.

– Нет, разумеется, нет.

Гардения знала, где находится сейф в комнате, смежной со спальней герцогини. Она сняла с полки над сейфом тяжелый ларец для драгоценностей, затем снова побежала к тетушке за ключом. На все это ушло немало времени, а каждый натянутый нерв в ее теле звенел: «Скорее, скорее, скорее!» Она повернула ключ в замке и открыла сейф. Тяжелая дверца отворилась, представив взору аккуратно расставленные на маленьких металлических полочках разнообразные сделанные на заказ футляры из синего бархата и розовой кожи.

Гардения стала вынимать их один за другим и рассовывать по соответствующим отделениям ларца. Их оказалось не так уж много.

– Это все? – крикнула она через открытую дверь.

Ей ответила не тетушка, а Ивонна:

– Я вчера отвезла к Картье изумруды и сапфиры ее светлости. Они обещали почистить их и завтра прислать обратно.

Гардения захлопнула ящик.

– Пора ехать, – сказала она своей тетушке.

Герцогиня встала с кресла и слегка покачнулась. Гардении показалось, что сила воли покинула ее и она была в состоянии лишь послушно делать то, что ей говорят, и повиноваться любым приказам.

– Ее светлость не может ехать в таком виде, – сказала она Ивонне.

Горничная поспешила в гардеробную и принесла светло-кремовый дорожный плащ, сделанный из тонкого габардина.

– Может быть, ее светлость накинет на руку свои соболя, вдруг на корабле будет холодно, – предложила она.

– Да, конечно, хорошая идея, – согласилась Гардения.

Она увидела в гардеробной еще один плащ, подобный тому, который надела герцогиня.

– Я захвачу его для себя, – сказала она. – Он будет немного велик, но это не имеет значения.

Все, что угодно, подумала она, лишь бы прикрыть их платья, столь неуместно элегантные и вовсе не подходящие для путешествия.

Чемоданы уже снесли вниз. Было четверть третьего, и Ивонна не переставая ворчала о том, что она не успела все упаковать как следует.

– Туфли для голубого платья; я не уверена, что я их положила.

– Неважно, – сказала Гардения, – их можно будет прислать позже.

Она не имела представления, что Жанна положила в ее собственный чемодан; это был все тот же ободранный, старый чемодан, с которым она приехала в Париж. Наконец все вещи были уложены на багажник, она помогла тете Лили сесть в машину и уселась рядом с ней.

– На Северный вокзал, – сказала она громко, и машина тронулась с места, оставив позади кучку слуг, стоявших на ступенях и смотревших им вслед.

Гардения планировала пересесть из машины в такси в каком-нибудь подходящем месте, но сейчас она поняла, что они уже не успевают. Упаковка багажа и прощание со слугами отняли много времени. Было уже двадцать пять минут третьего. Им следовало спешить, иначе они могли не успеть на поезд.

Она подняла переговорную трубку.

– Я перепутала, – сказала она шоферу, – везите нас на Лионский вокзал.

– Слушаюсь, мисс, – ответил он по-английски.

У тети Лили было два шофера; один из них, Артур, служил у нее уже давно. Она наняла его, когда купила свой первый «Роллс-Ройс», и сейчас именно он вел машину. К тому же им посчастливилось, и их не сопровождал лакей. Когда они отъезжали, мажордом пробормотал что-то насчет того, что не было времени одеть лакея в ливрею и что он надеется, ее светлость извинит его.

Гардения подумала, что удача их не покинула. Артур был англичанином, ему можно было доверять.

Она пересела на маленькое сиденье, расположенное напротив, и отодвинула стеклянную перегородку, находящуюся за спиной шофера.

– Послушай, Артур, – тихо сказала она. – Поезжай как можно быстрее, крайне важно, чтобы ее светлость успела на поезд, отходящий в два сорок пять. Она направляется в Монте-Карло, а не в Англию. У нее очень большие неприятности, и мне нужна твоя помощь.

– Конечно, мисс, – это был медленный, невозмутимый голос хорошего английского слуги.

– Да, Артур. Очень большие неприятности. Будут задавать вопросы. Когда ты вернешься в Мабийон-хаус, возможно, там уже будет французская полиция. Ты прослужил у ее светлости довольно долго. Готов ли ты теперь помочь ей?