Грехи матери - Даниэла Стил

После ссоры с матерью Филипп пребывал в ужасном настроении. Он вновь обсудил ситуацию с Джоном, когда тот вернулся домой, и беседа переросла в ожесточенный спор. Так что теперь он пребывал в конфликте и с матерью, и с братом. Но своего мнения не изменил. Джон сказал, что он сошел с ума и должен извиниться перед матерью, но Филипп не собирался этого делать – ни теперь, ни когда-либо еще.

Жену свою он после возвращения из отпуска почти не видел дома. На нее свалилась гора работы – три новых клиента и подготовка к процессу. Она каждый день допоздна засиживалась в офисе, а он ужинал с приезжими представителями поставщиков. В тот вечер он надеялся пересечься с Амандой.

Вернувшись домой, Филипп налил себе выпить и присел на диван. Он подумал о матери – и вновь вспыхнул гнев. Хорошо, что всю неделю не пришлось с ней видеться на совещаниях. Он не был уверен, что мог бы на них высидеть, особенно если бы там присутствовал Питер.

Он еще ничего не рассказал Аманде – просто не хватало времени. Супруги встречались и расходились как в море корабли. К тому же он знал, что Аманда не жалует его мать. Он не хотел давать ей лишний повод обвинить его в том, что он размазня и марионетка Оливии, которая, оказывается, является любовницей женатого мужчины. Ему самому было неприятно это знать и крайне унизительно делиться с кем-то, даже с женой.

Филипп просматривал рабочие бумаги, когда вошла Аманда. Она бросила на пол кейс, поговорила с кем-то по сотовому, открыла бутылку белого вина, налила себе и только тогда, с бокалом в руке, поздоровалась.

– Ну, как прошел день? – спросила она мужа покровительственным тоном, будто его работа была неважной по сравнению с ее, поскольку он лишь раб своей матери, а она – компаньон в крупной юридической фирме. Это читалось в ее лице и в голосе.

– Хорошо, – ответил Филипп нейтрально, не поддавшись на провокацию. – А у тебя?

Не было заметно, чтобы их связывали какие-то чувства. Они были как партнеры по бизнесу, которые встретились после трудовой недели и сверяют свои записи.

– Замечательно! – воскликнула Аманда с неожиданной улыбкой. – Я сегодня получила назначение!

Она добивалась этого больше двух лет.

– Перед тобой новоиспеченный федеральный судья! – победно объявила она.

Филипп поднялся поцеловать жену.

– Поздравляю!

Он был рад за Аманду. Ей страшно этого хотелось, многие месяцы она не могла говорить ни о чем другом.

– Спасибо! Надо сказать, это действительно событие, раз уж я сама так впечатлена.

Аманда не страдала от излишней скромности, но это и нравилось Филиппу. Она была волевой женщиной и не считала это недостатком.

– Думаю, нам следует кое-что поменять в доме. Я хочу принимать гостей – нужных людей, разумеется. Надо будет переделать гостиную, провести работы в хэмптонском доме, мне необходимо обновить гардероб, а тебе – купить яхту бо2льшего размера.

Аманда всё спланировала. Она не собиралась быть мелким федеральным судьей. Она намеревалась привлечь к себе внимание и стать одной из самых авторитетных судей-женщин. Она также мечтала когда-нибудь стать судьей апелляционного суда.

– И я думаю, Филипп, тебе надо сделать крупные пожертвования на важные благотворительные и политические цели.

– Не торопитесь, ваша честь! – воскликнул он, ставя свой стакан. – То, о чем ты говоришь, потребует кучи денег. Зачем тратить целое состояние только из-за того, что тебя назначили судьей? Почему бы нам просто не порадоваться?

В его планы не входила покупка яхты большего размера. Ему нравилась та, что уже имелась.

– Это только начало, Филипп. Начинается долгий путь наверх.

«Или совсем недолгий, судя по тому, что она предлагает», – подумал он.

– Хорошо. Я тобой очень горжусь. Когда вступаешь в должность?

– Через шесть недель. Я хочу устроить потрясающую вечеринку.

У Аманды был миллион планов, и все с расчетом на его кошелек. Она зарабатывала очень приличные деньги, но никогда их не тратила. Филипп зарабатывал гораздо больше, и жена всегда считала, что ее счета должен оплачивать муж. Филипп на это соглашался.