Жить, чтобы любить - Ребекка Донован

Второй тайм начался не менее напряженно, поскольку обе команды отчаянно боролись за победу в игре. В середине второго тайма у нас появился шанс открыть счет. Толкаясь и отпихивая друг друга, игроки старались перехватить мяч. Чистильщик попыталась выкатить мяч за боковую линию, но ее блокировала наша Джилл. В результате мяч, описав в воздухе дугу, полетел в середину поля. Тогда я в несколько прыжков догнала его, подпрыгнула, ударила по мячу головой и послала в ворота противника. А потом врезалась плечом в чью-то грудь. Руки вратаря соперника коснулись моей головы, но мяч уже катился к сетке ворот.

Я рухнула на землю в обнимку с вратарем, понимая, что опередила ее на долю секунды. И подтверждением тому стал свисток судьи, засчитавшего гол. Толпа восторженно взревела. Такого мне еще не приходилось слышать. Ослепленная вспышками фотокамер, я растерянно озиралась вокруг, а затем Джилл с Сарой подняли меня с земли и с радостными воплями чуть было не задушили в объятиях.

До конца матча каждой команде удалось забить еще по одному голу, но наши соперники так и не сумели сравнять счет. Когда прозвучал финальный свисток, на поле выбежала целая толпа восторженных болельщиков. Незнакомые люди обнимали меня и хлопали по плечу, но я была на таком взводе, что не замечала ничего вокруг. Единственное, что я чувствовала, – это небывалый выброс адреналина, так как буквально парила в облаках.

С фотокамерой в руках ко мне с трудом протиснулся Эван и, не дав опомниться, прижал к себе.

– Поздравляю, – прошептал он мне на ухо. – Что-что, а забивать совершенно невероятные голы ты умеешь. И похоже, мне удалось это запечатлеть.

– Спасибо, – с широкой улыбкой ответила я.

Но нас тут же прервали, поскольку я снова оказалась в центре людского водоворота из желающих меня поздравить. Потеряв Эвана из виду, я отчаянно искала его глазами. Наконец толпа возбужденных болельщиков потихоньку рассосалась, мы обменялись рукопожатиями с командой противника, и я пошла собирать вещи.

Когда страсти немного улеглись, зрители – а среди них, похоже, и Эван – потянулись в сторону выхода на парковку. Сара ждала меня на поле. Уже у выхода мое внимание привлекла фигура женщины, которая явно кого-то поджидала. Я бросила на нее безучастный взгляд и, опустив голову, направилась к автобусу.

– Эмили! – воскликнула женщина, когда мы поравнялись с ней.

Я внимательно посмотрела на нее и застыла как вкопанная. Проследив направление моего взгляда, Сара остановилась на шаг впереди. Ее глаза округлились от изумления.

– Я предупрежу тренера, что ты будешь через минуту, – бросила она и убежала.

– Что ты здесь делаешь? – спросила я дрогнувшим голосом.

– Приятель подвез. Чтобы я могла посмотреть, как ты играешь, – неуверенно улыбнулась мама. – Поздравляю. Я так тобой горжусь.

И тут легкий ветерок донес до меня характерный сладковатый запах.

– Ты опять пила, – чувствуя себя совершенно раздавленной, прошептала я.

Она не изменилась.

– Послушай, я так волновалась перед встречей с тобой. Ну и пропустила пару рюмашек. Тоже мне, большое дело.

Я была словно натянутая струна. Не могла говорить. Не могла пошевельнуться.

– Знаешь, я читала о твоих успехах в газете, – объяснила она. – Мне необходимо было тебя увидеть. Выглядишь потрясающе.

Я смущенно отвела взгляд.

– А что там у тебя над глазом? – кивнула она на небольшой шрам слева на лбу.

Но я только пожала плечами и уставилась в землю. Мне не хотелось, чтобы она видела, что я вот-вот разрыдаюсь.

– Похоже, ты меня и знать не желаешь, – нервно теребя руки, произнесла она. – Ты совсем перестала мне писать.

– О чем ты говоришь? – удивилась я.

– Ты что, не получала моих писем? – (Я молча покачала головой.) – Эмили, я все время только о тебе и думаю… – начала она.

– Не надо, – сказала я, чувствуя, что начинаю закипать. – Ничего не говори. Я не могу больше этого слышать. Типа ты очень меня любишь, но не можешь заботиться обо мне так, как я этого заслуживаю. Просто… помолчи. Ты понятия не имеешь, чего я заслуживаю, – всхлипнула я, а она поспешно отвернулась, чтобы не видеть моих слез.

Но она не успела ничего сказать в свое оправдание, так как рядом раздался низкий мужской голос:

– Рейчел, вот ты где. Детка, нам пора ехать.

Я заметила, что к нам направляется бритоголовый мужик в кожаной куртке и потертых джинсах.

– Мы опаздываем, – нетерпеливо произнес он, даже не взглянув в мою сторону.

Мама посмотрела на меня глазами побитой собаки, но я поняла, что выбор будет сделан не в мою пользу. Так было всегда.

– Мне пора, – кивнула я в сторону автобуса, чувствуя, что задыхаюсь.

– Эмили, это Марк, – предприняла она робкую попытку нас познакомить, но он только небрежно сказал «привет» и нетерпеливо потянул ее за руку.

Я кивнула, так как сразу поняла, что он из себя представляет. Это был еетип мужчин.

– Было здорово… – бормотала она, пока он тащил ее в сторону выехавшего с парковки «доджа».

Я повернулась к ней спиной и пошла прочь, не дав себе труда ее дослушать.

В автобусе стоял радостный гомон, никто даже не понял, что ждут только меня. Я вымученно улыбнулась в ответ на поздравления подруг по команде и пробралась на свое место рядом с Сарой.

– Хочешь сесть у окна?

– Да, – дрожащим голосом ответила я.

Сара подвинулась, я протиснулась к окну и, с трудом сдерживая слезы, прижалась лбом к холодному стеклу. Вытерла мокрое лицо рукавом фуфайки. Сара схватила меня за руку, ласково сжала ее, но ничего не сказала. И я осталась сидеть, тупо уставившись в окно, не в силах собраться.

– Твоя мама, да? – наконец произнесла Сара. – Она…

– Совсем на меня не похожа, – пробормотала я, страстно желая, чтобы она отличалась от меня не только голубыми глазами и тонкими губами. – Ну почему, почему четыре года от нее не было ни слуху ни духу и вот теперь она решила появиться в один из самых важных дней моей жизни?!

– Не знаю, – прошептала Сара. – Если тебе так будет легче, давай сделаем вид, что ничего не было. Я больше ни слова не скажу, и ты сможешь все забыть. А вечером мы классно повеселимся.

– Что ж, попробую, – пообещала я, стараясь отогнать от себя мамин гнетущий образ.

– Значит, так, примем в школе душ и оттуда – прямо к Лорен, – попыталась отвлечь меня Сара. – Проведем там часок-другой, не больше, а потом поедем с девочками ко мне. Вечер будет потрясный. – Она стиснула мою руку и добавила: – Но если ты… захочешь о ней поговорить, я всегда готова.

Я слабо кивнула, понимая, что это вряд ли. И потом, уже стоя под душем, я с облегчением смыла воспоминания о ней, засунула их в самый дальний уголок души, где всегда и хранила. И где ей было самое место… по крайней мере, до конца вечера. Мы пробыли у Лорен примерно с час в обществе весело щебечущих девчонок, а потом Сара сказала, что нам пора уходить. Еще пять девочек поехали за нами на своих машинах.