Миллионер на выданье - Nata Zzika

Виктор закрыл дверь и на несколько секунд завис.

Собака нашлась, это хорошо. Предательница, всю ночь провела у поварихи!

Перед глазами стояло слегка заспанное, с закрывающими глазами, несказанно милое лицо Ирины.  Чуть растрёпанные волосы, рука, обнимающая за шею рыжую притворщицу…

Чёрт, не думал, что вид толком не проснувшейся девушки может быть настолько… притягательным и эротичным.

Мужчина встряхнул головой, отгоняя видение, и решительно отправился переодеваться.

День выдался суматошный. К его приезду склад уже потушили, ущерб был не настолько велик, но, все равно – и помещение жалко, и время, которое он потратил на общение с полицией.

Потом, обычные организационные и производственные дела, в общем, домой он вырвался после обеда.

За весь день во рту не было ничего, кроме минералки. Виктор рулил, предвкушая, как, наконец, поест по-человечески.

Ариша встретила, будто год не виделись.

- Уйди, предательница! – в шутку бросил Виктор. – Вместо того чтобы меня охранять, сбежала? У, женщины! Коварство – ваше имя!

«О, женщины, вам имя – вероломство!» - раздался голос Ирины.

Виктор повернулся и обнаружил повариху, сидящей в шезлонге.

- Ты читаешь  Шекспира? – удивление директора было неподдельным, и Ирина обиделась.

- В переводе Пастернака, - ответила девушка, вставая. – Хотя, могу и в подлиннике. Frailty, thy name is woman.  Обедать будете?

Виктор два раза хлопнул ресницами и отвис.

- Да, пожалуйста. Очень проголодался.

- Все будет на столе через пять минут.

Девушка скрылась в доме, а мужчина еще некоторое время пытался осмыслить, это что только что было? Его повар  не только знает, откуда фраза, но и цитирует Шекспира в подлиннике?

Да, уж! –  Виктор покачал головой. – Эта девушка – просто, кладезь сюрпризов и загадок!

Предположить, что она знакома с «Гамлетом» было можно, все-таки, в СГУ учится, но, что знакома с ним в оригинале? Пожалуй, ему пора узнать о своем работнике побольше – где училась, кто родители.

Ароматы еды вышибли  все лишние мысли.

- Боже, Ирина Александровна, что это так пахнет? Мне двойную порцию!

- Что вы хотите? Сегодня хорьятики, таджин с ягненком, фрикадельки из копченого лосося, на случай, если вы не захотите таджин и мексиканская похлебка. Шоколадный кекс с грушами на десерт. Что нести?

Виктор шумно проглотил слюну.

- Всё!

Суп был в меру острый, сытный.

Мужчина с энтузиазмом хрустел чипсами и орудовал ложкой.

Таджин ему подали в расписной керамической тарелке, содержимое которой было – пальчики оближешь!

Хорьятики – салат из помидоров, огурцов, болгарского перца, красного лука, оливок, феты и оливкового масла – не оторваться!

Нежные фрикадельки уже некуда было складывать, но, из чистого упрямства, он впихнул в себя пару штук, жалея, что уже так наелся.

На кекс посмотрел с тоской – глаза хотели, но организм был уже переполнен.

- Ирина, я десерт… потом…. Через пару часов, - отдуваясь, проговорил мужчина, стараясь незаметно расстегнуть пуговицу на брюках.

Надо было переодеться в домашние штаны! – пожалел он.

Повариха, на английском цитирующая на память  «Гамлета», невозмутимо забрала блюдо и унесла его на кухню.

Виктор Алексеевич посмотрел на Аришу:

- Теперь, я понимаю, почему ты, обжора, променяла мою спальню на спальню Ирины. Поближе к кухне, да?

Собака сощурилась и завиляла кочерыжкой, оставленной ей от хвоста.

- Эх, ты, подхалимка!

Колебания остатка хвоста приобрели большую амплитуду, включив в процесс всю заднюю половину собачьего туловища.  Глаза стали совсем китайскими, уши развесились в стороны, а губы оттянулись, изображая улыбку.

Виктор расхохотался:

- Если, вылечу в трубу, пойдем с тобой бродячими артистами, и изюминкой труппы будешь именно ты!

- Виктор Алексеевич, - в столовую заглянула повариха. – Еще что-нибудь?

- Нет, спасибо, я вполне наелся. Всё было очень вкусно!

- Хотите что-то заказать на ужин?

- А, те, фрикадельки – их не хватит?

- Хватит. Там и таджин ещё остался.  И – кекс.

- Значит, ничего нового не надо, - Виктор погладил себя по животу.

М-да, если, так наедаться каждый день, скоро придется гардероб менять. Надо будет  вечером повторить с Аришей всю послушку,  и хорошенько побегать. Черт, он же хотел поговорить с поваром!? Но, сейчас, о разговорах и делах и думать не хотелось, тянуло полежать. Хоть, полчасика!

- Ирина, я сейчас… займусь делами в спа.. кабинете. Через час обсудим вашу зарплату и обязанности. Я те… вам позвоню.

- Хорошо, - спокойно ответила девушка. – Я буду на улице.

     Ирина загрузила посудомойку и, с чувством выполненного долга, вышла во двор.

Ах, как же, тут хорошо!

Возле растений, высаженных вдоль забора, копошился мужчина. Ира уже знала  - это садовник Дмитрий.

Хотя день уже перевалил за половину, всё еще было жарко, хотелось в тень.

Девушка подошла к шезлонгу у бассейна, но на него падало солнце,  и тент не спасал. Осмотревшись, она заметила второй, недалеко от входной калитки, в обрамлении розовых кустов.

Вот, на нем она и отдохнет!

Утром она отправила матери смс, в котором сообщила, что съехала с квартиры и уволилась с прежней работы.  С ней всё в порядке, она нашла новую работу и жильё. И, если родители продолжат её преследовать и выдвигать ультиматумы, она переведётся на заочное  и уедет из города.

Телефон немедленно разразился входящими звонками. Сил и настроения говорить не было, поэтому, она, просто, поставила трубку на беззвучный режим.

Проверив входящие, Ирина опешила – больше ста от мамы и полсотни – от отца. Сначала, родители звонили, потом, стали присылать смс и голосовые сообщения.

Если  мама старалась воззвать к дочернему чувству ответственности, манипулируя слабым здоровьем, которое, конечно же, неминуемо, ещё ухудшится, раз дочь не хочет возвращаться домой. То отец,  начав с приказов немедленно ответить на звонок, закончил очередным ультиматумом, который прислал ей в голосовом сообщении.

«Пока ты не замужем, я отвечаю за тебя. Поэтому, раз мужа у тебя нет, кончай капризы, возвращайся домой, не вынуждай меня применять крайние меры.  Если я тебя найду, а я тебя найду, ты меня знаешь –  тебе не понравится.  Вернешься сама – никаких репрессий».