Возраст любви - Даниэла Стил

— Я поеду с тобой, — решительно сказал Джек, хотя в глубине души он был несказанно рад тому, что врач не обнаружил у Аманды ничего серьезного. Во всяком случае, пока.

— То есть я так понял, что волноваться не стоит? — уточнил Джек, когда они снова сели в его «Феррари». — Врач точно знает, что это язва и что нам можно не беспокоиться? Или он все‑таки настаивает на дополнительном обследовании?

Аманда покачала головой, но вид у нее был далеко не веселый.

— Язва — это пустяки. Дело в другом… Пат сказал, что мне, возможно, понадобится курс гормонозамещающих препаратов. Это… Словом, мне неприятно об этом думать. Сразу начинаешь чувствовать себя старухой.

— Ну что ты, дорогая! Ну какая же ты старуха? Да по сравнению со мной ты еще птенчик! Не выдумывай, пожалуйста… — добавил он мягко, и Аманда виновато улыбнулась. Джеку всегда удавалось подбодрить ее, а сейчас, когда у него камень с души свалился, он буквально излучал энергию и оптимизм.

Через несколько минут езды они добрались до «Синайского Кедра», но там им снова пришлось ждать почти целый час. Наконец Аманду вызвали в кабинет, и на этот раз Джек решил пойти с ней. Он не любил больниц, не очень‑то доверял безапелляционности врачей, к тому же ему не хотелось оставлять Аманду одну.

Медсестра, проводившая обследование, не имела ничего против его присутствия, благо современная технология ультразвукового исследования уже давно не требовала вторжения в интимные полости человеческого тела. Живот пациента просто смазывался специальным гелем, по которому врач или техник водили раструбом приемника — излучателя сигналов, а на экране компьютера возникала сонограмма внутренних органов, позволяющая определить наличие кист, уплотнений, перетяжек и прочих образований. Джек все это знал, и, хотя процедура действительно выглядела достаточно безобидно, он все же решил, что должен быть рядом.

В кабинете Аманда сразу прошла за ширму, чтобы раздеться. Оттуда она появилась в белой короткой рубашке и туфлях на высоком каблуке. Ее нелепый вид смущал Аманду, и Джек, ободряюще улыбаясь, помог ей лечь на кушетку. Пока медсестра растирала на ее животе гель, Джек подвинул стул и сел на него так, чтобы видеть экран компьютера. Изображение на мониторе напоминало скорее карту погоды штата Миссисипи, и Джек, как ни старался, не мог ничего понять.

Медсестра привычными, уверенными движениями водила по животу Аманды датчиком аппарата, отдаленно напоминавшим большой концертный микрофон. Датчик был холодным, к тому же сестра слегка нажимала на него, однако никаких неприятных ощущений Аманда не испытывала. Она думала только о том, чтобы это скорее кончилось.

Неожиданно и она, и Джек увидели, что медсестра сосредоточенно нахмурилась. Взгляд ее стал внимательным и одновременно удивленным, а движения замедлились. Сосредоточившись на нижней части живота Аманды, медсестра сильнее надавила на датчик, и Аманда, не сдержавшись, сделала протестующий жест.

Джек сам не заметил, как оказался на ногах. Недоуменный вопрос уже готов был сорваться с его губ, но медсестра неожиданно встала и вышла, чтобы позвать врача. Джек даже не успел ничего сказать Аманде — меньше чем через минуту медсестра вернулась в кабинет в сопровождении молодого врача‑интерна. Представившись Джеку и Аманде, врач вместе с сестрой склонились над монитором.

— Что‑нибудь не так? — обеспокоенно спросила Аманда. Она старалась держать себя в руках, но у нее это плохо получалось. Ей было ясно, что врач и медсестра увидели на сонограмме что‑то такое, что встревожило или озадачило их.

— Да нет, ничего страшного нет, — спокойно ответил молодой врач. — Мисс Джонсон позвала меня, чтобы удостовериться, что не ошиблась. Как говорится, одна голова хорошо, а две лучше… Впрочем, в данном случае картина совершенно ясна. Когда у вас в последний раз были месячные, миссис Кингстон?

— М‑месяц… два месяца назад, — нетвердым голосом отвечала Аманда. Должно быть, в панике подумала она, у нее что‑то с придатками… или с маткой. Неужели это рак? Неужели?

На Джека она старалась не смотреть.

Врач кивнул.

— Что ж, похоже на правду, — проговорил он и, увеличив масштаб изображения, щелкнул какой‑то клавишей. На экране — там, где пульсировало что‑то расплывчато‑серое, — сразу появилась мигающая белая звездочка.

— Вот оно, — сказал врач и улыбнулся, показывая на эту звездочку пальцем. — Видите?

Аманда машинально кивнула, и Джек в точности повторил ее движение. У него в голове не осталось ни одной мысли. Он понимал, что видит перед собой корень всех их проблем, но что это может быть, Джек не мог себе представить.

— Знаете, что это такое? — Врач посмотрел сначала на него, потом на Аманду. Супруги волнуются. Ну еще бы им не волноваться…

— Опухоль! — воскликнула Аманда, и Джек в ужасе закрыл глаза.

— Да бог с вами, какая опухоль?! — удивился врач. — Это ваш ребенок. Вы, миссис Кингстон, на втором месяце беременности. Если хотите, можете немного подождать, и я рассчитаю вам точную дату родов.

— Что?! — Аманда резко села и взмахом руки отодвинула от себя раструб датчика. — Да вы с ума сошли!

Она хотела добавить что‑то еще, но тут позади нее раздался какой‑то странный шум. Обернувшись через плечо, Аманда увидела, что Джек тяжело осел на стул. Глаза у него были закрыты, и Аманда поняла, что Джек близок к обмороку.

— О боже! — воскликнула она. — Эта новость убила его! Помогите же ему хоть кто‑нибудь, скорее!

И, не дожидаясь реакции медиков, она резко поднялась с кушетки и бросилась к Джеку.

Но не успела Аманда прикоснуться к Джеку, как он открыл глаза и, обхватив руками голову, застонал.

— О господи, Джек, прости меня… — пробормотала Аманда. — С тобой все в порядке?

— Пожалуй, да. Просто я чуть не потерял голову… или сознание… Зачем ты мне помешала? — Он потряс головой и болезненно сморщился.

— Как я понимаю, для вас обоих эта новость явилась полной неожиданностью, — смущенно сказал молодой врач. — Что ж, иногда такое случается, особенно если ребенок — поздний.

— Поздний?! — Аманда повернулась к нему. — Я вообще‑то думала, что спектакль закончился и даже свет в зале погашен, а оказалось…

— Такое бывает, — снова повторил врач. — У вас была задержка месячных, но вы приняли ее за первые признаки менопаузы, не так ли?

Аманда кивнула:

— Именно так все и было. Мне и в голову не могло прийти, что надо было предохраняться. — Она посмотрела на Джека. Вид у него был растерянный. — Как ты, Джек? — спросила Аманда с тревогой.

— Все нормально, если вообще эту ситуацию можно назвать нормальной, — сердито сказал Джек Аманде. — Сердечный приступ запросто свел бы меня в могилу. Хотел бы я знать, как это произошло?

Но они оба знали — как. В январе Джек сдал тест на ВИЧ‑инфекцию, и, когда проверка дала отрицательный результат, они решили отказаться от презервативов. Аманда с легкостью пошла на это, ибо была совершенно уверена, что не сможет забеременеть. Ей даже не пришло в голову, что в таком возрасте с ней может случиться что‑то в этом роде.