Счастлива и любима - Джуд Деверо

– Не знаю, что это за парень, но ты на него очень похожа, – сказал Джейми. – У вас одинаковые глаза.

Хэлли посмотрела на остальных мужчин, и они все закивали, соглашаясь с ним.

– Я думаю, это мой дедушка, Лиленд Хартли, – заключила она, взяв рисунок в руки. Хэлли снова окинула взглядом Джейми, его отца и Ренея, замечая, как мужчины походят друг на друга. Из всех своих кровных родственников Хэлли видела только отца, мать и ее родителей. Теперь у нее появился портрет еще одного.

Она посмотрела на Джейми, и тот сразу все понял. После такой находки Хэлли хотела побыть одной.

– Ладно, всем спасибо, – сказал он. – А теперь давайте расходиться.

– Я согласен, – проговорил Кит. Он пошел к двери, а там кивнул на коробку, которую поставил у дивана. – Думаю, содержимое вас заинтересует. – И попрощавшись, они вместе с Ренеем вышли.

Кейн остановился возле сына и сказал:

– Мама позже пришлет вам еду на ужин, так что не волнуйтесь насчет готовки. Отдыхайте. – Тепло улыбнувшись обоим, он вышел из комнаты.

Хэлли посмотрела на Джейми и спросила:

– Он ведь не думает, что мы с тобой… м-м-м… вместе, а? То есть он ведь не знает, что этим утром мы… – Хэлли смутилась и замолчала.

Джейми не хотел ее обманывать, но и говорить правду тоже не собирался. Потому он ничего не сказал. Но Хэлли все поняла. Кейн догадался. Ей стало ужасно стыдно.

– Мне надо убрать в спортзале, поэтому я тоже пойду, – бросила она и выскочила в сад.

Но тут произошло то, чего никто не ждал: вдруг грянул гром и полил дождь. Это был летний ливень, неожиданный и очень сильный. Через секунду на Хэлли не осталось и сухой нитки. В итоге она развернулась и побежала назад, в чайную комнату. Джейми был еще там.

– Ты вся промокла, – заметил он. – Останься здесь. – Джейми пошел на кухню и принес оттуда стопку чистых полотенец. Развернув одно из них, он принялся вытирать ей волосы.

– Лучше я пойду наверх и переоденусь, – сказала Хэлли.

Но Джейми не хотел никуда ее отпускать. Да и сам не желал уходить. Он взял с дивана плед и накинул его на плечи Хэлли. Ливень за окном, не стихая, стучал по крыше и окнам. Хэлли поежилась, и тогда Джейми обнял ее и сказал:

– Похоже, дождь будет идти еще долго. Давай я растоплю камин, и мы вместе посмотрим, что дядя Кит принес нам в той коробке? Вдруг ты передумаешь и все-таки расскажешь мне о своем сне.

Хэлли укуталась в плед и ответила:

– Хорошая мысль. А ты умеешь разжигать камин?

Джейми недовольно покачал головой и воскликнул:

– Ну конечно! Я сто раз видел, как это делает дворецкий. – Он увидел, как Хэлли в изумлении распахнула глаза, и рассмеялся. – Ладно, я пошутил. У нас нет дворецкого, и живем мы в Колорадо. А это значит, что я могу разжечь огонь даже на снегу.

– Правда? – Хэлли устроилась на диване, спрятав ноги под плед.

– Смотри и учись, – сказал Джейми.

И действительно, всего через несколько минут в камине уже горел огонь. Снаружи ветер стучал старыми окнами, швырялся дождем, но в чайной комнате было тепло и уютно, а огонь весело трещал в камине.

Хэлли откинулась на подушку и вытянула ноги. Странно, что одежда больше не казалась ей мокрой. Джейми сел на другой край дивана. Уступая ему место, Хэлли согнула ноги, но он положил их к себе на колени и начал массировать.

– Мне кажется, это неприлично, – буркнула Хэлли и попыталась убрать ноги, но Джейми не дал ей этого сделать.

– Давай говорить прямо, – заявил он. – Этим утром ты уложила меня на массажный стол без одежды, с одним только полотенцем размером с мочалку. Твои руки побывали везде – между ног, в самом низу живота. Я уж не говорю о том, что произошло между нами до того. А теперь ты утверждаешь, что мне нельзя трогать твои ноги?

Хэлли не выдержала и рассмеялась.

– Да, теперь я вижу, что говорить «нет» было бы глупо. Кроме того, мне очень приятно, когда ты так делаешь. – Руки Джейми сильно, но в то же время мягко разминали ее ступни, и Хэлли скоро закрыла глаза.

– Люди нечасто делали тебе что-нибудь хорошее?

– Да, для меня это непривычно.

– И сводная сестра никак не отблагодарила тебя за помощь?

Теперь уже Хэлли презрительно фыркнула и ответила:

– Нет, Шелли не способна на благодарность. Ты можешь дотянуться до коробки, которую принес Кит?

Джейми понял, что ей не хочется говорить на эту тему.

– Конечно, – ответил он. – Ты не против, если я сниму толстовку? Тут становится жарко.

Хэлли кивнула, и он стянул толстовку через голову. Под ней оказалась простая белая футболка, не скрывавшая шрамы на руках. Когда Джейми потянулся за коробкой, Хэлли увидела на спине под тонкой материей контуры других ранений.

– Ты прячешь их только от чужих? – спросила она.

– Нет, – ответил Джейми, открывая коробку. – И от некоторых родственников тоже. Если шрамы увидят мои тетушки, то тут же начнут охать и предлагать помощь. А дядюшки – хлопать меня по плечу и говорить, что стране повезло с такими солдатами, как я.

– А двоюродные братья?

– О, это самое страшное. Они говорят: «Джейми, садись на диванчик и смотри, как мы веселимся. А тебе пока рано, ты еще не поправился». Или спрашивают: «Мы не слишком громко играем в настольный теннис?»

– Настольный теннис? – переспросила Хэлли, стараясь не смеяться.

– Ну, может, не эта игра, а другая. Они точно не взяли бы меня в команду регби.

– Но кто-то ведь разрешил тебе кататься на лыжах.

– Тодд. Он все пытался вернуть меня в нормальную жизнь. Из-за его любви я опять попал в больницу.

– Похоже, твоя семья не зря опекала тебя. Хотя если бы не лыжи, то мы бы не встретились на острове. – И Хэлли пошевелила пятками, лежавшими у него на коленях.

– Да, это так. Значит, я в долгу перед Тоддом. Только, пожалуйста, не говори ему. – И Джейми потянулся к ней, видимо, надеясь получить поцелуй. Но Хэлли уклонилась и спросила:

– Что в коробке?

– Бумаги. Знаешь, ты бы сразу согрелась, если бы села ко мне поближе. Я очень теплый.

– Мне уже не холодно. И я хочу посмотреть, что принес дядя Кит.

– Если уж мы заговорили о нем, то скажи, что ты ему дала, когда вы оба думали, будто на вас никто не смотрит?

– Ты все видел?

– Конечно. Так что это было?

Хэлли ничего не оставалось, как рассказать о конверте с именем его дяди.

– Как ты думаешь, сегодня за ужином он поведает, что там было?

– Если и поведает, то только ради тебя.