Измена - Анна Диллон

— Удивится — это не то слово, ведь она так не верила в серьезность наших отношений. Я сказала ей, что мы можем встретиться после Рождества и отпраздновать. Салли платит.

— Прекрасная мысль. А почему платит именно она?

— Потому что она мне проспорила обед, сказав, что ты никогда не оставишь свою жену ради меня.

— Ну, думаю, в этом уже можно не сомневаться. Я закажу в «Шанахане» столик.

— Ты еще не передумал насчет Рождества? — поинтересовалась Стефани.

Роберт помедлил немного, собираясь с ответом.

— Я только об этом и думаю, — честно признался он.

— Ты сможешь провести Рождество со мной?

Роберт снова немного помолчал. Жалобная нотка, проскользнувшая в голосе Стефани, поразила его.

— Боюсь, что нет. — Он заглянул в ее лицо. — Ну же, будь разумной.

Помолчав немного, Роберт добавил:

— Ты предлагаешь мне пойти к жене и детям и сказать им: «Знаете что? Я вас покидаю. Да, кстати, с Рождеством». Разве я так смогу?

Стефани печально согласилась.

— Нет. Конечно же, нет.

— Но я увижу тебя утром. И проведу с тобой весь рождественский день, — сказал Роберт, впрочем, без особой уверенности в голосе, поскольку сам не знал, сможет ли так просто покинуть дом. Но, возможно, он скажет, что его вызвали в офис, ну, или что-то вроде этого.

Стефани прошептала:

— А когда ты скажешь ей?

— Думаю, двадцать седьмого. Кажется, будет пятница.

— А почему не в четверг?

— Потому что я давно пообещал съездить к ее сестре на обед. Все обещания нужно выполнять.

— А что я должна делать на Рождество? Сидеть и ждать, когда же ты придешь?

Роберт проигнорировал этот вопрос.

— Так что я расскажу ей в пятницу, и Новый год мы встретим вдвоем. Мы будем вместе в эту ночь и в первый день Нового года. Для нас начнется новый день, новый год новая жизнь. Но я должен проявить и к Кейти, и к детям уважение.

Стефани согласилась:

— Да, ты прав. Абсолютно прав. И пара-тройка дней ничего не решат для нас, правда? А Рождество — это совсем скоро.

Они сошли с беговой дорожки и пересели на велотренажеры.

— Мне в любом случае нужен твой совет.

Стефани удивленно посмотрела на Роберта.

— Какого рода совет?

— Я о компании. Знаешь, она создавалась при Кейти, и пятьдесят процентов акций принадлежит Кейти.

— Я знаю это.

— Мне было бы приятно, если бы ты присоединилась ко мне и мы бы стали работать вместе, а компанию бы назвали Р&С — Роберт и Стефани. Конечно, если нам удастся выкупить акции у Кейти.

Стефани долго молчала, удивленно глядя на Роберта, затем ответила:

— Я не думаю, что мне интересно это в данный момент. Для меня работа в твоей компании стала бы шагом назад, ступенькой вниз по карьерной лестнице.

Сначала Роберт подумал, что она шутит. Он даже засмеялся, а затем замолчал, — он понял, что Стефани говорит серьезно.

— Кроме того, ты больше не получишь предложений от моей компании. Поскольку мы с тобой теперь вместе, это будет некрасиво по отношению к компании, в которой я сейчас работаю. Так что заказов больше не будет.

Роберт был шокирован.

— Не будет…

— Да. Но я буду держать ухо востро. Я буду слышать и знать все, что происходит, и помогать тебе. В этом случае у нас не возникнет проблем.

Роберт опустил голову и стал размышлять. Вчера, сидя в холодном офисе и думая о том, как преподнести эту новость Стефани, у него ни одной мысли не возникло, что она может отказаться. Роберт даже нарисовал на компьютере новый логотип Р&С. А поскольку отношения между ним и Стефани становились открытыми, она запросто могла привести своих клиентов в его компанию. Это было бы очень даже неплохо, так как Роберт полагал, что ему понадобится много денег, чтобы откупиться от Кейти.

— Кроме того, — продолжала Стефани, — я думаю, что ты мог бы закрыть Р&К.

— Что? — не веря своим ушам, переспросил Роберт.

— И получить место в одной из самых больших компаний.

Роберт молча крутил педали. Он потратил годы на то, чтобы поднять компанию, а она предлагает вот так, в одночасье, взять и закрыть ее!

— Так будет лучше для тебя — и физически, и морально, — продолжала Стефани. — Ты будешь получать регулярную зарплату, заканчивать работу в 17.30 или 18.00 и даже не вспоминать о ней до следующего утра. Кроме того, твои выходные снова будут принадлежать только тебе.

— Я не смогу работать на кого-то. Я очень долго был боссом и работал только на себя самого.

— Ты обманываешься. Ты долгое время работал на Кейти и на детей, а также на банк. Они и были твоими настоящими боссами. Теперь у тебя есть шанс прекратить все это и снова распоряжаться своим временем. Ты можешь проводить его со мной. А также со своими детьми, — добавила она немного погодя.

И Роберт согласился, что это был разумный довод. По иронии судьбы, его когда-то уже посещала такая мысль — ему хотелось быть почаще с Кейти. Он невесело засмеялся.

Стефани поднялась со своего тренажера, подошла к нему и похлопала по спине.

— Ты в порядке?

— Просто прекрасно. Я только подумал…

— О чем подумал?

— О том, что ты своего рода катаклизм. Ты всегда несешь с собой какие-то изменения.

Стефани подошла к Роберту еще ближе и погладила его по щеке.

— Теперь мы с тобой вместе будем совершать все необходимые изменения. Я знаю, что иногда тебе требуется что-то или кто-то, кто бы подталкивал тебя вперед.

Роберт наблюдал за тем, как Стефани прошла через зал, двое или трое мужчин повернули головы, провожая ее взглядом, в глазах у них было восхищение. Он удивился, что не чувствует ревности, когда другие мужчины смотрят на нее. Они знали, что она пришла сюда с ним, она — только его, а это значит, что это они должны ревновать ее к нему.

Роберт слез с тренажера и разогнул спину. Господи, если перемены приходят, то все вместе, как танки. Вот и сейчас, в свои сорок два, он думает о новой женщине, новом доме и новой работе. Для завершения картины не хватало только нового ребенка.

— Ну, мне хотелось бы иметь детей, — сказала Стефани, когда они вышли из гимнастического зала и оказались на свежем воздухе. Роберт думал, что она рассмеется над собственными словами, но Стефани выглядела совершенно серьезной.

— А когда ты собираешься их завести? — спросил он, взяв руку Стефани. Их пальцы переплелись, и они почувствовали себя еще ближе и роднее.