Хрупкое сердце - Бонкимчондро Чоттопаддхай

Разгневанная, ушла Шундори с лодки Шойболини. Всю дорогу она ругала и проклинала свою подругу. «Негодница», «уродина», «бесстыжая» и многие другие эпитеты в адрес Шойболини пришлось выслушать ее мужу.

Вернувшись домой, Шундори долго плакала. Потом в деревню возвратился Чондрошекхор и, узнав печальную новость, навсегда ушел из доме. Минуло еще несколько дней. Ни о Шойболини, ни о Чондрошекхоре не было никаких известий.

Мы уже говорили, что Шундори являлась дочерью одного из соседей Чондрошекхора, а самому Чондрошекхору приходилась двоюродной сестрой. Отец Шундори жил в достатке, и она часто гостила в его доме. Читателю уже известно, что, когда случилось несчастье с Шойболини, Сринатх, муж Шундори, находился в Бедограме, а сама она жила у родителей, так как мать ее болела и не могла заниматься домашними делами. У Шундори была еще младшая сестра — Рупаши, которая жила в доме отца мужа.

Однажды Шундори надела сари, привезенное из Дакки[91], и стала примерять украшения.

Надев сари и украшения, она сказала отцу:

— Мне приснился очень плохой сон. Не случилось ли чего-нибудь с Рупаши? Пойду навещу ее.

Отец Шундори, Кришна Комол Чокроборти, во всем слушался своей дочери и не стал возражать. Шундори пошла к сестре, а Сринатх отправился домой.

Мужем Рупаши был уже известный читателю Протап. Женившись на Шойболини, Чондрошекхор часто встречался с Протапом и очень полюбил его. Поэтому когда Рупаши достигла брачного возраста, он выдал ее замуж за Протапа, но не ограничился этим. Поскольку Чондрошекхор был учителем Мира Касима Али Хана и снискал его расположение, он помог Протапу поступить на службу к навабу. Благодаря своим способностям Протап быстро продвигался вверх. К этому времени он уже стал заминдаром. У него большой собственный дом, имя его известно по всей Бенгалии.

Паланкин Шундори внесли во двор Протапа. Рупаши, увидев сестру, совершила пронам и приветливо пригласила ее в дом. Протап приветствовал гостью и поинтересовался, что нового в Бедограме и как поживает Чондрошекхор.

— Я как раз и пришла сюда для того, чтобы рассказать о нем. Слушай! — И Шундори со всеми подробностями рассказала о случившемся.

Протап был так потрясен, что не мог вымолвить ни слова. Придя в себя, он поднял голову и резко спросил:

— Почему же ты столько дней не сообщала мне об этом?

— А что можно было сделать?

— «Что можно было сделать!» Ты — женщина, и мне не хочется хвастаться перед тобой. Но я сумел бы помочь, если бы ты вовремя сообщила мне обо всем!

— Откуда же я могла знать, что ты поможешь? — огорчилась Шундори.

— Разве тебе не известно, что всем, что у меня есть, я обязан Чондрошекхору?

— Мне-то это известно, но говорят, что, разбогатев, люди часто забывают о тех, кто им делал добро.

Ни слова не говоря, Протап в гневе поднялся и вышел. Шундори же, видя, как он рассердился, очень обрадовалась.

На следующий день Протап, взяв с собой только повара и слугу Рамчорона, отправился в Мунгер. Он никому не сказал, куда идет. И только Рупаши он объяснил:

— Я иду искать Чондрошекхора и Шойболини. Пока их не найду, домой не вернусь...

Так что дом, в который брахмачари привел Долони и Кульсам, и был жилищем Протапа в Мунгере.

Шундори решила на несколько дней остаться в доме сестры. Не переставая бранила она Шойболини. Утром, днем и вечером доказывала она Рупаши, что мир еще не видел такой грешницы и негодницы, как Шойболини.

Однажды Рупаши спросила:

— Это все верно. Но зачем же ты так страдаешь из-за нее?

— Я оторву ей голову! Я отправлю ее в дом Ямы! Я огнем опалю ее лицо! Я...

— Диди[92], — остановила ее Рупаши, — зачем же ты так бранишься?

— Это Шойболини заставляет меня браниться!