Его должница - Олли Серж

— Может быть, — обещаю ей я и целую в макушку.

Машина Баринова уже стоит во дворе прямо под бельевыми веревками. На неё недобро косятся бабульки, сидящие возле подъезда.

— Здравствуйте, — без энтузиазма здороваюсь с ними, выходя из машины и помогая вылезти сестре.

— Здрасте, — отвечают они почти синхронно и, как кошки, за куском колбасы переводят взгляд сначала на нашего водителя, который достаёт чемодан из багажника, а затем на Баринова, который подходит к нам, держа в руках большой букет селективных пионов и большой бумажный пакет с логотипом ресторана.

— Привет… — он немного хмурится.

— Вау, — выдыхаю, восторженно глядя на цветы. — Ты же не сам покупал?

— Секретарша, — кивает.

— Дай, дай понюхать! — подлетает к нему сестра.

— Ну пошли, — тороплю их я, потому что мне неловко быть участником представления. — Бабушка уже звонила.

— Идём, — соглашается Алексей. — Захар, — кивает водителю, — по периметру пару человек организуй и смотри за машинами.

— Спасибо, — трогаю руку Баринова и говорю шёпотом, — я не ожидала, что ты захочешь знакомиться с бабушкой. Если тебе не хочется…

— Я ради этого приехал раньше на день, — обрывает меня он. — Но это не значит, что я буду ездить к ней с тобой «на блины». Разовая акция.

— Как скажешь, — соглашаюсь и достаю из сумочки ключи.

Пока вожусь с молнией и перехватываю удобнее ручку чемодана, до меня доносятся отдельные фразы из тихого разговора соседок.

— Финтифлюшка… Вся в мать. За месяц уже второй мужик. Только ноги раздвигать умеют…

Моя спина напрягается, а пальцы начинают дрожать.

— Пойдём, Аня, — властно звучит голос Алексея.

Его ладонь успокаивающе ложится между моих лопаток и подталкивает меня к дверям подъезда.

— А ты будешь теперь у нас ужинать? — бесхитростно интересуется у Баринова сестра.

— Буду, — дергает ее за косичку. Та хихикает.

— А жить? — прищуривается.

— Нет, жить я буду с Баксом и Аней, — серьезно отвечает ей он. — У вас мне негде спать, и у бабушки твоей аллергия на животных. Ты забыла?

— Ну да… — вздыхает Ксюха. — Жалко.

Мы выходим из лифта и звоним в квартиру. Я благодарна Алексею за то, что он сейчас со мной. И избавил меня от очередного приступа морализма в исполнении бабушки на тему: «свободные отношений с мужчинами».

Дверь распахивается.

— Бабуля! — взвизгивает Ксюша и кидается на неё первой.

Бабушка целует ее в макушку и крепко сжимает.

— Моя хорошая, схуднула. Ничего не болит? — обеспокоенно.

— Нет, ничего, — мотает головой сестра и выскальзывает из ее объятий, начиная снимать обувь.

— Привет, — улыбаюсь я и завожу в квартиру чемодан. — Я так рада, что ты дома.

Тянусь, чтобы ее обнять, но бабушка, скользит по мне взглядом и устремляет его за мою спину.

— Здравствуйте, — Алексей подаёт ей цветы.

Она молча их принимает и, даже не понюхав, кладёт на полочку возле зеркала.

— Здравствуйте, Алексей…

— Я очень рад вас видеть, Маргарита Николаевна, — ухмыляется он с налётом грусти. — Видите, и я вам сгодился.

— Ксюшенька, детка, — гладит сестру бабушка по макушке. — Сходи — ка помой ручки и найди вазу для нашего букета.

От ее елейного учительского тона мое волнение подлетает до небес и отзывается тошнотой.

— Вы знакомы? — спрашиваю севшим голосом.

— Твоя бабушка была моим классным руководителем до девятого класса, — отвечает Алексей.

— О, — выдыхаю я с облегчением и стараюсь перевести гнетущую паузу в шутку. — Главное, что она не сейчас твой классный руководитель. — Скидываю босоножки и тяну Алексея за руку. — Давай пакет, а сам проходи в комнату.