Если осмелишься - Кресли Коул

Наступило молчание.

– Я могу сменить тебя здесь, – предложил Хью.

– Нет, я останусь.

– Ты выглядишь таким усталым. Больше двух часов в сутки не спишь.

Корт пожал плечами.

– Я завтра уеду из города на неделю или две.

– Уэйленд предложил тебе работу?

– Да.

Корт считал брата умным и храбрым, но ему, видимо, нравилось истязать себя. Иначе как объяснить то, что он не прекращал работать с отцом Джейн, постоянно выслушивая подробности о ее жизни?

Хью встал и еще раз хлопнул брата по плечу.

– Мне не следует о вас беспокоиться? – спросил он.

– Нет, все в порядке, – соврал Корт.

Ведь все считали, что у него сильный характер. Однако не прошло и нескольких минут, как Корт приоткрыл дверь, просто чтобы проверить...

– Маккаррик? – прошептала она.

– Да, это я.

Аннелия облегченно вздохнула.

– Вы подумали, что это кто-то чужой? – Он нахмурился.

– Нет.

– Вам нужно что-нибудь?

– Вы.

– А кроме меня?

– Ничего.

Он скрипнул зубами.

– Мне приснился кошмар. – Голос Аннелии дрогнул. Ей никогда не снились кошмары, когда он оставался с ней в комнате.

– Успокойтесь. – Он достал еще одно одеяло, укрыл ее и повернулся, чтобы уйти.

Она схватила его за руку:

– Кортленд...

Он напрягся. Не выпуская его руки, она встала на колени.

– Останьтесь. Можете не прикасаться ко мне. Только не уходите. – Она прижалась лицом к его ладони.

– Неужели вы думаете, что я не хочу прикоснуться к вам? – прошептал он. – Я только об этом и мечтаю.

– Тогда в чем же дело?

– Потому что в следующий раз это будут не только прикосновения. – Его желание овладеть ею становилось непреодолимым. – Я буду тут, за дверью.

Дверь служила барьером. За дверью он не слышал ее дыхания.

– Но вы можете сесть на стул.

Корт заметил, что стул теперь стоит гораздо ближе к кровати, чем раньше.

– Не могу. Боюсь потерять самообладание.

– Вы сильный, – перебила она его, – вы очень сильный и храбрый.

Корт нахмурился.

– Я хочу вас. И рано или поздно поддамся искушению. И тогда возникнут последствия.

– Да, я знаю.

– Вы плохо себя чувствуете?

– Нет, гораздо лучше. Не надо садиться на стул, ложитесь в кровать.

– Анна, я вам не пара. Ведь вы привыкли к богатству.

– У меня есть деньги, есть наследство, – возразила она.

– Мне оскорбительно это слышать. Смутившись, Аннелия опустила глаза.

– Вам нужен кастильский джентльмен, а я – грубый шотландец.

– Но я хочу быть с вами.

– Мы не можем просто наслаждаться друг другом. Вам придется выйти за меня замуж.

– Я понимаю.

– Вы хотите сказать, что готовы стать моей женой? Она смущенно кивнула. Стать его женой! Сердце ее бешено колотилось.

– Но вам придется жить в Шотландии, среди незнакомых людей, совсем иного склада.

У Корта бабушка была англичанкой, но Аннелия от англичан отличалась.

Корт восторгался манерами Аннелии, интонацией ее речи, но он понятия не имел, как она будет чувствовать себя в чужой ей Шотландии и как шотландцы отнесутся к ней, жизнерадостной кастильской женщине.

Но если бы только это смущало его! Главным препятствием было проклятие.

– Я смогу всему научиться. – В голосе ее звучала надежда.

Он решил, что с этим следует покончить.

– И вы, конечно, захотите детей? Аннелия улыбнулась:

– Непременно!

В этот момент ему показалось, что сердце его остановилось.

– Я не смогу вам этого дать.

Она вопросительно на него посмотрела.

– Да, Анна, у нас не будет детей.

– Вы их не любите или не можете стать отцом?

– Не могу стать отцом.

– Но в Андорре многие усыновляют детей.

– Вы так молоды. Вам захочется иметь своих собственных.

– А что, если я не смогу их иметь? Женщины в моей семье редко рожали. Между мной и моим братом разница в двенадцать лет. Моя мать была единственным ребенком в семье, и ее мать тоже. Маккаррик, вы не хотели бы жениться на мне, окажись я бесплодной?

– Боже, конечно, хотел бы! – не задумываясь воскликнул он и тут же пожалел.

Корт готов был жениться на ней при любых обстоятельствах. Но был уверен, что, если признается ей в том, что от него нельзя иметь детей, она тотчас же его отвергнет. Это пугало Корта, и он молчал до сегодняшнего дня.

– Что там написано? – уже в который раз спросила Оливия.

– Я бы лучше разобрался, если бы ты не заслоняла мне свет, – ответил Алекс, оглянувшись.

Они приехали в школу, где училась Аннелия, без особой надежды что-нибудь узнать о ней и были приятно удивлены, когда директриса передала им сообщение, написанное на языке кельтов. Алекс намерен был сообщить директрисе минимальное количество информации, и она оставила их в библиотеке, снабдив старинным словарем.

Оливия, чтобы не мешать Алексу, села на стол, стараясь заглянуть в текст.

– Майл-сквер? Это же в Лондоне! – воскликнул Алекс.

Оливия вскочила.

– Значит, мы теперь отправимся в Лондон? – вне себя от радости, воскликнула она.

Алекс тоже встал и закружил ее. Улыбка озарила ее лицо, и Алексу захотелось ее поцеловать.

Но в этот момент она коснулась губами его губ. Удивленный, Алекс опустил ее на пол, прижал к себе и вернул ей поцелуй. И когда Оливия застонала, он понял, что желание, которое он считал похороненным, ожило в нем. Она была высокой и стройной и очень подходила ему.

Но он тут же подумал, что это нехорошо, поскольку Мариэтта была хрупкой и миниатюрной.

Алекс резко отодвинулся от девушки. Казалось, она была смущена, даже потрясена. Но этого не должно было произойти, уговаривал себя Алекс. Он поклялся обвенчаться с ней. И ничего больше.

Вздохнув, Алекс опустился на стул и попытался продолжить перевод, стараясь не думать о том, какие приятные у Оливии губы.