Соблазн гнева - Татьяна Голубева

Ну да, кто же ему тут теплые тапки приготовил?

Однако Наталья Ивановна, вошедшая следом за сыном, сказала:

– Вон там шерстяные носки возьми, на батарее лежат, горячие. Быстро надевай!

И он снова почувствовал себя мальчишкой…

Потом мать напоила его чаем, накормила пирожками с печенкой. Все было как в далеком детстве… но очень скоро под окном загудел грузовик, за которым тащился старый-престарый «Москвич».

Пора было уезжать.

Еще раз отругав сына за неразумные траты, Наталья Ивановна поцеловала его в щеку и сказала:

– Приезжай летом. С Мариночкой. Все, иди!

Это было не приглашение. Это был приказ.

Лишь очутившись наконец дома, господин Дикулов смог в тишине и покое обдумать все то, что произошло за последние дни, и все то, что он узнал.

Да уж, сюрпризов случилось немало.

Марина…

Марина, взбалмошная, беспомощная и избалованная, вдруг отправилась в лесную деревушку, сумела организовать переезд бабушки в Завойское… и дом купила, продав подаренные ей Дикуловым часы. Не просто часы, а «Райскую птицу» фирмы «Корум», коллекционную швейцарскую игрушку, сплошь усыпанную бриллиантами, ценой больше ста тысяч долларов. Не пожалела ведь! При ее-то любви к драгоценным цацкам…

Он и не думал, что бабушка так дорога Марине.

Ему всегда казалось, что Марина давным-давно выбросила из памяти свое странное детство, что ее вообще не интересует, жива ли до сих пор Наталья Ивановна или давно умерла… а она вон что выкинула. Да, Марина удивила его не на шутку.

Но мать уже не удивила, а поразила, потрясла его.

Сергей Пафнутьевич даже и представить себе не мог, как все это могло выглядеть. Наверное, Аннушка в ту ночь вернулась поздно… Нет! Он задохнулся, когда понял, по-настоящему, всей душой понял, что пришлось пережить его любимой жене. И каково ей было носить под сердцем ребенка, зачатого вот так… Наверное, потому она и умерла в родах. Не смогла ни принять Маринку, ни отказаться от нее.

А мать…

Да, она не раздумывала в ту ночь, и Сергей Пафнутьевич ее понимал. Он бы тоже не стал думать ни секунды, даже если бы не любил Аннушку без памяти. Невозможно стерпеть такое, вот и все. И мать взяла колун и пошла к рыжему. Просто пошла и ударила его топором. Немножко промахнулась, жаль. А может, так даже и лучше. Если бы мерзавец помер сразу, он бы ничего не успел понять. Но ему пришлось долгие годы думать о том, что он сделал…

Мать его простила. Теперь, спустя много лет, – простила.

И ждет, что он, ее сын, забудет о том, что Марина ему не родная дочь. Он должен забыть.

Да разве он против?

После видения света и тьмы, пережитого на операционном столе, он стал другим человеком. Он уже забыл.

Но забудет ли Маринка то, как он поступил с ней?

* * *

Жизнь потекла, как прежде, и Марина все так же нигде не работала, но теперь она уже не боялась полной и абсолютной нищеты: Дикулов позвонил ей и сказал, что будет переводить на ее счет по десять тысяч долларов в месяц и платить за мобильный телефон. Это, конечно, было совсем немного, то есть совсем не то, к чему Марина привыкла, но по крайней мере она избавилась от терзавшего ее страха. И она никому не сказала о том, что Дикулов снова дает ей деньги. Почему-то Марине захотелось скрыть это от других. Впрочем, других в ее жизни осталось теперь совсем немного: она лишь изредка встречалась с двумя прежними своими знакомыми, а главной и по сути единственной ее подругой, ее доверенным лицом стала Ольга. Но даже Ольге Марина не обмолвилась ни словом о своих новых доходах. После разговоров с бабушкой Марина всерьез задумалась о будущем, о том, что ей и в самом деле пора бы выйти замуж, обзавестись семьей… Но она решила, что лучше некоторое время поиграть в бедную страдалицу и посмотреть, кого она сможет заинтересовать сама по себе, без папы-миллионера. Тем более что папы-миллионера уже и не было, а имелся лишь благодетель, согласившийся поддержать несчастную девицу…

Но с Ольгой Марине бывало иной раз уж очень трудно. Хорошо еще, что виделись они не слишком часто, иначе давно бы поссорились окончательно и бесповоротно. По выходным соседка далеко не всегда бывала дома. Днем в воскресенье она ездила к родителям, а вечерами почти каждую субботу уходила куда-то, возвращаясь очень поздно. Так что для общения с Мариной у нее оставалось не так-то много времени. Но это было только к лучшему, потому что в противном случае их дружба наверняка сломалась бы очень быстро.

Марина просто бесилась от рассуждений соседки и, несмотря на то что совсем не хотела спорить с Ольгой, время от времени взрывалась. Да и как тут сдержишься, если человек говорит такую чушь? Например, то и дело предлагает Марине какие-то книги и еще настаивает при этом, чтобы Марина их внимательно читала! Да какого черта, спрашивается? Жила она до сих пор без книг, проживет и дальше. Марина пролистывала каждый врученный ей томик, небрежно посматривая на страницы, и, конечно же, не могла потом сказать Ольге, о чем там говорится. А соседка занудно приставала:

– Марина, да ты попробуй наконец читать медленно, вникать в каждое слово!

– Зачем? – не понимала Марина.

– Да мало ли зачем? – посмеивалась Ольга. – Ну, например, какая-то мысль автора заденет тебя, покажется интересной.

– Да ну их на фиг, эти мысли!

И в самом деле, на что ей сдались чужие мысли? У нее что, своих нет? Более чем достаточно.

Особенно много этих самых мыслей возникло у Марины после одного разговора с Ольгой… Марина долго пыталась понять, почему Ольга так странно рассуждает, откуда у нее взялся такой подход к жизни, – но так и не поняла. А разговор тот начался со вполне невинного замечания Марины. Она в воскресенье зашла к соседке и увидела на той новую сиреневую блузку, с виду шелковую, со сдержанной вышивкой на воротничке и манжетах.

– Хорошенькая у тебя блузочка, – одобрительно сказала Марина.

– Да, – улыбнулась Оля. – И представь, всего сто двадцать рублей стоит.

– Что?! – ужаснулась Марина. – Зачем ты такое купила?

– Что значит – зачем? – не поняла Ольга. – Сама же говоришь – хорошенькая.

– Да, но… – растерялась Марина. – Да, вполне симпатичная, но нельзя же носить такие дешевые вещи!

– Почему нельзя? – удивилась дочь банкира. – А если мне нравится?

– Ну… ты хотя бы не говорила, сколько она стоит.

– Да при чем тут цена? – еще больше удивилась Ольга.

Марина не нашла ответа. Точнее, она не сумела выразить в словах то, что казалось ей совершенно естественным: покупать следует только хорошие, качественные вещи. И даже не потому, что они долго прослужат, как говорила обычно бабушка. Какая разница, долго или не долго, если мода меняется каждый сезон?