Море цвета крыла зимородка - Джейн Арбор

– Не совсем, – ответил Блайс. – Пока дал только устное согласие. Но я доведу это дело до конца.

– А ты не желаешь ознакомиться с альтернативой, которую я могу предложить тебе?

– Альтернативой? – настороженно откликнулся Блайс.

– Рабочее партнерство с моим знакомым по бизнесу, который открывает мотель в прелестном местечке в Англии – в долине реки Уай, если быть точным. Я рассмотрел потенциальные возможности проекта, пока был в Англии, и, если хочешь, считай, что эта работа уже твоя.

– Если я хочу! – буквально взорвался Блайс. – А ты еще сомневаешься, родственничек?

Сент-Ги глухо произнес:

– Как я понимаю, ты принимаешь мое предложение. Но возможно, есть и кое-что против… Согласна ли будет Сильвия?

Та в сомнении прижала пальцы к губам.

– Согласна ли я? Это означает – снова Англия? Не оставаться здесь после всего, что я тут пережила? Ох, но Роза же остается…

Пока Сильвия переводила взгляд с Блайса на Розу и обратно, было видно, как в ней происходит борьба. Потом она взяла Розу за руку, как бы взывая к ее помощи, но тем не менее твердо произнесла:

– Ох, Англия – это так здорово… не могу дождаться! – решительно выбирая Блайса и ставя тем самым последнюю точку в своей зависимости от Розы.

Сент-Ги взглянул на свои часы и сказал:

– Если я не поспешу, то окажусь не в состоянии сдержать свое обещание – заглянуть на свадьбу к Дюранам. Что вы скажете на то, чтобы всем вместе отправиться туда и пожелать Клотильде счастья, пока еще не наступило завтра?

Предложение было встречено дружными возгласами согласия девушек и насмешливым замечанием Блайса, произнесшего с напускным цинизмом:

– Не хочешь ли ты утешить молодого Бенуа новостью, что челюсти той ловушки, в которую угодил он, вскоре сомкнутся и для нас?

На улице Блайс собрался возглавить маленькую кавалькаду на своей машине, Мари-Клэр забралась в свою. Но Сент-Ги не сразу последовал за ними.

– Странно, – начал он размышлять вслух, – какое мрачное, мучительное до боли удовлетворение я получал тогда в Англии, дергая за все ниточки, чтобы добиться места для Блайса, говоря себе при этом, что делаю это лишь для тебя.

– Ты о том, что верил тогда, будто тем самым помогаешь ему жениться на мне? – предположила Роза.

– Просто жест любви, о котором ты бы так никогда и не узнала. – Он улыбнулся. – Но вот как все обернулось: Сильвия, по-видимому, счастлива переложить твою заботу о себе на Блайса и вернуться в туманный Альбион. А ты, любимая, не собираешься слишком сильно скучать по Англии? Ведь это твоя страна, в конце концов.

– Но Франция – страна моей матери, и когда я оказалась здесь, то часто думала – какая жалость, что во французском языке нет подходящего слова для понятия «пристанище».

– Нет слова?.. Да у нас их сколько угодно! Чем плохи «дом», «кров», «обитель»? – начал он допытываться.

– Они скорее обозначения здания, места – вот в чем дело. А если захочешь сказать «Дом – это там, где твоё сердце» одним словом, то как быть тогда? – не сдавалась Роза.

– А!.. Ты хочешь сказать, сладкая моя, что, несмотря на все твои обманутые иллюзии, Мориньи покорил твое сердце?

Ее улыбка стала еще нежнее.

– И не только Мориньи. Его тиран seigneur – тоже, – ответила Роза.