Мои маленькие тайны - Виктория Александер

— Хелен, я всегда рада вас видеть и поговорить на любую тему, — сказала Эвелин и прищурилась. — Но все же, почему вы здесь?

— Я всего лишь пришла узнать, что сделал этот монстр.

— Какой монстр?

— Мой сын. Твой супруг.

Эвелин на мгновение растерялась.

— Почему вы думаете… — очень осторожно начала она.

— Да ладно тебе, Эвелин, — отмахнулась ее свекровь. — За тридцать лет жизни с его отцом я уходила дюжину раз, если не больше. Он доводил меня до безумия, а потом отказывался признавать свою неправоту. Это все наследственная антипатия к проявлению эмоций. Жутко раздражает, но, боюсь, это у него в крови.

— Я не уходила от Эдриена.

Хелен недоуменно хмыкнула.

— Просто мой дом нуждается в ремонте, и я здесь, чтобы за всем проследить.

Хелен огляделась по сторонам и мило улыбнулась.

— Я смотрю, работы в самом разгаре.

— Мы просто пока не начали.

— Конечно, пока нет, — нахмурилась Хелен. — Ты же понимаешь, что, дав ему причину твоего отсутствия — разумную причину, такую, как ремонт, — ты уменьшаешь для него необходимость тратить усилия на твое возвращение.

— Что? — не поняла Эвелин.

— Вероятно, я неясно объяснила. — Хелен села на софу и жестом предложила Эвелин сесть рядом. — Ты сказала мужу, что должна пожить здесь, чтобы проследить за ремонтными работами. И он может подумать, что ты здесь действительно по этой причине. А вовсе не из-за его мерзких прегрешений. Насколько я поняла, это было именно мерзкое прегрешение?

Эвелин встрепенулась, чтобы все отрицать, но потом устало вздохнула:

— Да.

— И он об этом знает?

— Ода.

— Но ты не сказала ему, что уезжаешь, поскольку он виноват?

— Ну… Думаю, что нет.

— Эвелин, дорогая, ты замужем всего два года. А такого рода знания из области обращения с мужьями приходят только с опытом. — Хелен с любопытством смотрела на невестку. — Подозреваю, раньше у вас не было серьезных разногласий.

Эвелин покачала головой.

— Тогда ошибка вполне объяснима. — Хелен замолчала, но думала недолго. — Понимаешь, сейчас у него нет необходимости заваливать тебя подарками, уверять в вечной любви и всячески пресмыкаться, поскольку он без труда убедил себя, что ты уехала по делам и с ним это никак не связано. По его мнению, ты уехала, чтобы проследить за качественным выполнением работ здесь, а не из-за того, что была в ярости. Ты ведь была в ярости?

— Была, — кивнула Эвелин.

— Но теперь ты соскучилась, и ярость стала меньше?

Эвелин заколебалась, не зная, что сказать.

— Я так и думала, — с удовлетворением заметила Хелен. — Теперь, поскольку он не потрудился извиниться за свои деяния, ты начала думать, что, может быть, вообще ему не нужна. Не исключено, ты пришла к выводу, что совершила ужасную ошибку.

— Что-то вроде этого, — призналась Эвелин.

— Все правильно, и нельзя терять времени, — твердо проговорила Хелен. — Поверь моему опыту, чем дольше это протянется, тем хуже будет результат.

— Вы считаете, что я должна вернуться домой?

— Он просил тебя вернуться?

— Нет. — Отвратительный человек!

— Тогда ты не должна возвращаться до тех пор, пока он не начнет умолять об этом. Сдаться сейчас — значит, признать его правоту. А если сделаешь это однажды, потом никогда не удастся восстановить свои позиции и ты уже никогда не станешь уверенной, знающей и сильной леди, на которой он женился. Ни тебе, ни ему от этого лучше не будет. — Она взглянула прямо в глаза невестке. — Нет, если твоя обида законна…

— Так оно и есть.

— Тогда ты окажешь моему сыну плохую услугу, не позволив ему осознать ценность того, что он имеет, и реальность возможности это потерять. Он должен понять, что за семью стоит побороться. Он любит тебя.

— Я тоже так думала, — едва слышно пробормотала Эвелин. Свекровь услышала.

— Не путай упрямство с отсутствием привязанности, — посоветовала она. — К сожалению, у мужчин этой семейки много общего. Они великолепны, когда ухаживают за женщиной, но после женитьбы имеют обыкновение почивать на лаврах.

— О нет, Хелен, я не могу поверить… — Эви не договорила и жалобно спросила: — Вы действительно так думаете?

— Я думаю, твой ремонт — замечательный повод для переезда домой.

— Но я уверена, Эдриен понимает, что ремонт не является истинной причиной моего отсутствия.

— Тем не менее это сравнительно законная, обоснованная причина, он вполне может успокоиться и даже не осознавать, что ты все еще злишься. — Она нахмурилась. — Ты уехала в гневе? Била посуду, говорила гадости.

— Я только сказала… — Эвелин поморщилась. — Нет, пожалуй, нет.

— Дорогая моя, это плохо.

— Почему? — поразилась Эвелин.

— Милая девочка, ты просто обязана обратить на себя внимание! — раздраженно воскликнула Хелена. — К несчастью, Эдриен — очень занятой человек, а тебя не было дома сколько… два дня?

Эвелин кивнула.

— Это недостаточно долго, если ты действительно занимаешься ремонтом, но слишком долго, если нет. Однако я уверена, Эдриен — умненький мальчик, он скоро поймет, что ты уехала не только и не столько из-за ремонта и что он должен действовать, если хочет тебя вернуть. — Она улыбнулась. — Вижу, он уже прислал цветы. Это, разумеется, первый шаг, но и розы, и тюльпаны — шаг в правильном направлении.

— Розы не от… — не подумав, начала Эвелин.

— Не от Эдриена? Понимаю.

— Они принадлежат мисс Дерошетт, — поспешно сообщила Эвелин. Строго говоря, она не солгала. Она отдала Селесте первый букет и не намеревалась оставлять себе второй. — По-моему, у нее есть поклонник. — На самом Эвелин понятия не имела, есть у Селесты поклонник или нет. Подруга никогда ничего ей не рассказывала. Но Селеста вообще человек скрытный.

— Я бы удивилась, если бы у нее никого не было, — сказала Хелен.

— Я тоже, — пробормотала Эвелин и задумалась. Ей как-то не приходило в голову, что в жизни Селесты обязательно должен быть мужчина. Когда все дела с департаментом, Сэром и ее мужем закончатся, Эви непременно выяснит у подруги, кто он. Селеста не сможет не поделиться с ней.

— Ну а теперь, поскольку я приехала, чтобы дать тебе совет, — торжественно проговорила Хелен, — перейду к делу. Прежде всего, ни за что не возвращайся домой до тех пор, пока Эдриен не завоюет твое прощение.

— Да, — улыбнулась Эвелин. — Вы говорили.

— Подобные вещи можно и повторить, — твердо заявила Хелен. — Во-вторых, если в самое ближайшее время он ничего не предпримет, тебе придется что-то сделать, чтобы подтолкнуть его. Но, самое главное, чтобы он не сомневался: это его идея.