Послушная одноклассница - Ими Ви

Я умудрилась опоздать в лицей. К первому уроку редко опаздываю, а тут ко второму еле собралась. В общем-то случилось очевидное и вероятное: как ночь проведешь, так и днём запоешь.

Чуть ли не впервые в жизни решила изменить своему стилю, подкраситься, завить волосы. И всё шло отлично. До поры до времени. Пока не обнаружила, что часть косметики, которую мама дарила мне ещё на прошлый день рождения, уже не в духе, срок службы истек в декабре.

Но глаза я всё же подвела, а ненавистный прыщ на щеке, упорно не желающий затягиваться, замазала и припудрила. Лёгкие светло-коричневые тени, немного туши.

Возиться непривыкшей и необученной мне пришлось очень долго, я пыхтела, как чайник, сотый раз спрашивая себя, на кой чёрт это нужно. Но нет, нужно и всё тут! Объяснение отличницы-тепличницы, как сказала бы Маша.

Но припозднилась я всё же не из-за этого. И не из-за плойки, с которой тоже пришлось помучиться. В общем, совсем не из-за прихорашиваний.

Разговор с отцом стал таким же шоком, как и моё неожиданное желание намарафетиться. Если мама встретила бодрую и улыбающуюся меня радостными объятиями и ласковыми комплиментами, то отец был как в воду опущенный.

И всё бы ничего, ну утро не задалось, это я уж как никто понимаю. Только его взгляд исподлобья, который неотступно следовал за мной, пока я нам всем накрывала на стол, меня сначала безумно смущал, а потом стал отчаянно нервировать. И весь ореол красоты и хорошести, над которым я старательно корпела не один час, рассыпался некачественной мозаикой.

На кухне были мы одни, но спрашивать, что случилось, я не решилась. А потом уже и Оля спустилась, села на своё место, начала что-то щебетать о своём — высоком и успешном, и я упустила заветное время.

Маму вырвал важный разговор, позвонила особо боязливая пациентка, которую лучше утешить сразу, иначе получат врачи бомбу с часовым механизмом. И беседа эта так затянулась, что хочешь не хочешь, а мне пришлось сесть за стол с остальными домочадцами.

Странные взгляды не прекратились. Но я не выдержала и вопросительно посмотрела на отца. Что за кошки-мышки, все уже взрослые, можно рубить правду-матку и не бояться обидеть ребенка.

Ох, если бы я тогда знала, о чём зайдет разговор, трижды бы покарала свои мыслишки. Ну ничего, потом мне удалось это сделать в разы больше.

— Мия, это правда, что Тузов Амир теперь учится в твоём классе? — Откладывая нож с вилкой, спросил отец.

От неожиданности я подавилась чаем и, пока кашляла, думала, что ответить, а самое главное — каким тоном. Отец не мама, это она поймет, даст свободу, поддержит своей любовью и верой. Он не так терпелив в вопросах чести, достоинства и всего того, что может очернить Багировых.

Это Оля постаралась. Точно. Даже смотреть на неё не нужно, чтобы знать, как сейчас злорадствует. Мстительная тайпана, ядовитая, подлая пакостница.

— Правда. — Откашлявшись, говорю я и смотрю отцу прямо в глаза.

Уведешь взгляд — покажешь слабость, туда и надавят. А Тузов не моя слабость, прошла гегемония. Теперь уж точно.

— Почему я узнаю это от напуганной Оли? — Голос сердитый, твердый, властный, такой только в молот переплавлять.

Подождите. Напуганной? Вот же… Слов воспитанных на тебя нет, сестричка! Ну ничего, будет тебе правда.

— Потому что она знала об этом раньше, чем я.

По-прежнему не отвожу взгляд от отца, но краем глаза замечаю, как замерла ложка в руках Оли. Она сидит напротив меня, поэтому не трудно делать вид, что она мне безразлична. Мельком всё равно подмечу опасные выпады.

— Что значит узнала раньше, чем ты? — Напрягся, рукой задел нож, тот неприятно звякнул.

— Что ты такое придумываешь, Мия? — Спросила и Оля, так по-девичьи удивленно, оставалось только ресничками похлопать.

А ты что думала? Мамы сейчас нет, отец потому и завел этот разговор. А ты просчиталась, сестренка. Если маме всё-таки рискнула вчера рассказать, отцу уж тем более всё выложу, как есть!

— Амир сказал мне, что Оля знала о его переводе к нам в лицей. Я его увидела только на нашем дворе. — Когда говоришь правду, так легко чувствовать себя уверенной. Какое прекрасное, ни с чем не сравнимое чувство!

Отец нахмурился, перевел взгляд на дочь.

— Это правда? — Спросил так серьезно и повелительно, что вот я бы точно не смогла даже слукавить.

Но это я, а у Оли опыта побольше будет. Соврет и глазом не моргнет, что сейчас и произошло.

— Папуль, ты чего. Откуда же мне знать, мы с ним после того случая и не разговаривали ни разу. — И так заметно выделила «после того случая», виртуозно переводя огонь вновь на меня. Тайпана, говорю же.

Теперь отец смотрит на меня. Взгляд тяжелее прежнего. Но я не тушуюсь, на моей стороне правда, я это знаю. И даже если мне он не поверит, я не слишком расстроюсь, свой ребенок всегда ближе.

Поэтому главное, что мама на моей стороне.

Но правда правдой, а маленькую хитрость никто не отменял:

— Если соврал он, то и я сказала неправду. За что купила…

— То есть вы с ним общались?

Решил не усугублять непонимание, это хорошо. Не хотелось бы дотянуть этот ужасный разговор до возвращения мамы.

— Конечно. Вчера даже погуляли немного.

Не знаю, успела ли Оленька и об этом донести, но лучше перестраховаться, а то неизвестно, под каким всё соусом она подала, если всё-таки со злости наябедничала.

Судя по тому, что отец этому не удивился, донесла сестричка. Ну что ж, тогда я поступила правильно. Почему-то интуитивно чувствовала, нужно говорить правду, только правду, в этом и будет моя победа.

— И как ты так спокойно об этом говоришь, Мия? Он же… он же столько плохого тебе сделал! — Наигранно восклицает «напуганная».

— Кто старое помянет, тому глаз вон. — Впервые за это время посмотрела на Олю. Лицо такое жалостливое, показушно растерянное, а в глазах сами черти лимбальным кольцом играются.

— А кто забудет, тому оба! — Завершила пословицу она.

Уф, пакостница как она есть. Отворачиваюсь от неё, снова смотрю только на отца. И жду только его слов.

— Мия, я нашёл новую школу. Она тоже профильная, пусть и не лицей, но немецкий там на очень высоком уровне, ты сможешь его подтянуть ещё лучше.

Он говорил и говорил, а я не верила своим ушам. Новая школа? Опять переводиться? Снова бежать? Скрываться?

— … в общем, там много всяких дополнительных курсов, внеучебных занятий, тебе понравится. — Подытожил он свою рекламную акцию.

Не верю. Нет! Только не это. Неужели уже всё решено?!

— Я хочу доучиться в лицее. — Севшим голосом говорю я, в глазах пелена, цвета сразу побледнели.