Вкус счастья - Нора Робертс

— Можно! — воскликнула Паркер, проникаясь этой идеей. — Конечно, можно.

— Тогда Мак сделает свои снимки, а твоя мама, Эм, останется на первую официальную консультацию, — предложила Лорел. — Обсудим наши предложения, твои пожелания.

— Отличная мысль, — согласилась Паркер.

— Меня иногда осеняет.

Мы примем Лючию на высшем уровне, — обрадовалась Мак. — Твоя мама — VIP-клиентка «Брачных обетов».

— Ей понравится. И мне тоже. Ой, сейчас опять расплачусь.

Лорел сунула Эмме очередную салфетку.

— Думай о туфлях.

— Туфлях?

— Туфлях к этому платью.

— О, туфли.

— Никто не плачет над туфлями. Я бы выбрала что-нибудь поблескивающее, не слишком сверкающее, слегка сексуальное и безумно сказочное.

— Мы должны пробежаться по магазинам. Мак, ты уже купила свадебные туфли?

— Пока нет.

— Охота на свадебные туфли! — воскликнула Эмма. — Боже, как будет весело.

— Ты еще не выбирала приглашения, карточки для рассадки гостей и не страдала над шрифтами. — Мак покачала головой. Попомни мои слова. Это как наркотик. Я знаю этот взгляд, Макбейн. — Мак погрозила пальцем. — Самодовольство, превосходство. Ты думаешь, что никогда не падешь так низко. Поживем — увидим. Придет день, когда шрифты начнут преследовать тебя даже во сне.

— Вряд ли. Во всяком случае, я не собираюсь замуж.

— Но разве ты не думаешь, что вы с Делом… когда-нибудь…

— Не дури, Эм. Мы встречаемся всего-то с прошлого месяца.

— Уклончивый ответ, — заметила Мак. — Вы знакомы вечность.

— И ты любишь его вечность, — напомнила Эмма, как будто Лорел нуждалась в напоминании.

— Я об этом не думаю.

— Не думаешь о своей любви к нему или о том, чтобы прожить с ним до конца дней? — попыталась уточнить Паркер.

— Это не… я не загадываю так далеко.

— Прекрати, — строго сказала Паркер.

— Что прекратить? — Эмма перевела взгляд с Лорел на Паркер. — Чем она тебя обидела?

— Лорел, ты выкручиваешься, потому что он — мой брат. Это оскорбительно.

— Нет! Черт побери, Паркс, я просто увиливаю.

— Нет, выкручиваешься. Мне уйти?

— Теперь ты прекрати. — Рассердившись, Лорел залпом допила шампанское. — Ты всегда использовала запрещенные приемы. Ладно, хорошо. Отлично. Да, я люблю его, я всегда его любила. Я боюсь прогнозировать, боюсь спугнуть. Я большую часть своей жизни пыталась не любить его, и все попытки провалились. Поэтому да, если мы когда-нибудь заговорим о «жить долго и счастливо и умереть в один день», я не буду раздумывать ни секунды, я прыгну вниз головой, брошусь в омут… выбирай любое клише. Но загвоздка в другом: чтобы добраться до этой точки, требуются двое.

— А почему он не может тебя полюбить? — удивилась Эмма.

— Конечно, он меня любит. Он любит нас всех. Со мной теперь по-другому, но не… — Боже, как унизительно, поняла она. Унизительно даже среди ближайших подруг. — Трудно любить кого-то больше, чем любят тебя, а мне приходится с этим мириться. Мои чувства — моя ответственность.

— Я тебя понимаю. — Мак потянулась к Лорел, сжала ее руку. — Я заставила Картера испытать это. Я не хотела влюбляться. Я не хотела нырять в омут, поэтому упиралась. И я знаю, что ему было больно.

— Меня удивляют твои скромные ожидания, — заметила Паркер. — Ты всегда метила высоко.

— Когда для достижения цели требуется труд, конкуренция. Но разве можно завоевать любовь? Не как награду или приз. Мы играли в День Свадьбы. Теперь это наш бизнес. Но, когда речь идет о нас самих, это не игра и не работа. — Лорел улыбнулась Мак. — Мне не нужны ни платье, ни кольцо, ни шрифты. Однако я должна знать, что я для него та самая, единственная. Я не могу это заработать. Я просто должна ею стать.

— Наконец-то я слышу что-то умное, — прошептала Эмма.

— Никто еще не был для него единственной, — сказала Паркер. — Я бы знала.

— А Чериз Макконнели?

— О боже. — Паркер притворно содрогнулась. — О чем он только думал? Кроме этого, — добавила она, когда Лорел выгнула брови.

— Кстати, о Чериз, должна сказать, что со мной его вкус заметно улучшился. — Лорел взяла еще один ломоть пиццы. — Так что он не безнадежен.