Дай мне шанс - Дженнифер Доусон

– О, Митч, пожалуйста… – Она выгнулась ему навстречу и снова застонала.

Митч тихо зарычал и энергично двинул бедрами, заполнив ее полностью. Потом вдруг замер и пробормотал:

– О черт… – Он вышел из нее, хотя она отчаянно пыталась удержать его. – Принцесса, дай мне секунду. Я забыл презерватив!

Митч резко приподнялся, схватил со стола пакетик из фольги и стал на колени меж ее ног. И сейчас он был необычайно красив – настоящее произведение искусства, которое она хотела запечатлеть на бумаге.

Внезапно явившаяся мысль удивила ее, но прежде чем она успела сосредоточиться, Митч разорвал пакетик и протянул ей презерватив.

– Надень его, – сказал он, и Мадди молча кивнула.

Дрожащими пальцами взяла колечко из латекса, приподнялась и выполнила просьбу любовника. Он шумно выдохнул и в тот же миг, опрокинув ее на спину, снова вонзился в нее. После чего на несколько секунд замер, позволяя ей привыкнуть и расслабиться. Наконец он шевельнулся, и Мадди выгнулась ему навстречу. Тут он начал энергично двигаться, так, что каждый его выпад, казалось, воспламенял ее. И он не занимался с ней любовью, он завоевывал ее и предъявлял на нее права – брал ее жарко и яростно.

– Так… – Он в очередной раз врезался в нее. – Чертовски… приятно.

Мадди громко застонала, сгорая от палящего желания.

– Быстрее, сильнее… – умоляла она.

Тут Митч чуть приподнялся на локтях и стал раскачиваться в ней – все быстрее и быстрее.

«О, как восхитительно!» – мысленно восклицала Мадди. Желание, казалось, душило ее.

Прошло еще несколько секунд, и она взорвалась столь обильно, что едва не потеряла сознание от ярости оргазма. Через мгновение Митч с громким рыком последовал за ней.

Еще какое-то время их тела содрогались, а потом затихли. Шумно выдохнув, Митч молча откатился от нее и улегся рядом. Оба молча смотрели в потолок, стараясь отдышаться.

– Это было… – пропыхтел он наконец, ероша и без того ужасно растрепанные волосы.

Мадди хихикнула и пробормотала:

– Полным несчастьем.

Митч рассмеялся и спросил:

– Ты так считаешь? Тогда придется попробовать еще раз.

Мадди снова рассмеялась.

– Да-да, пока не сделаем все правильно.

Он придвинулся к ней и поцеловал в губы:

– У меня такое чувство, что пройдет немало времени, прежде чем мы сумеем хоть немного усовершенствоваться.

«Вечность!» – промелькнуло у нее внезапно, и эта мысль ошеломила ее, ошеломила до паники. Действительно, как же так? Ведь она совсем недавно встретила Митча, сбежав с собственной свадьбы… С тех пор не прошло и недели, а она уже думает о вечности? О вечности с Митчем?

Нет, нельзя думать об этом. Ведь у нее католическое воспитание, которое требует вести себя прилично. Вот так-то!

Митч коснулся ее подбородка, отвлекая от мыслей.

– Принцесса, что происходит в твоей головке?

– Ничего, – ответила она поспешно. Чересчур поспешно.

Он пристально посмотрел ей в лицо.

– Знаешь, Мадди, ты можешь сказать мне все.

– Знаю, – солгала она, ослепительно улыбаясь.

Митч взглянул на нее с сомнением.

– Что с тобой, принцесса?

– Все в порядке, – заверила она, хлопая ресницами. – Если не считать того, каким кошмаром было все это испытание.

Митч улегся на нее, придавив к матрасу. Заглянув ей в глаза, проговорил:

– Ты же сама хотела, чтобы все было жестко.

Да, именно в этом она нуждалась больше всего. Но она не собиралась говорить об этом, не собиралась делиться своими мечтами о волшебных сказках. Увы, Мадди перестала верить в хэппи-энды с того самого дня, как ей исполнилось пятнадцать. И даже католическое воспитание не убедит ее в обратном.