Черный маркиз - Джо Беверли

Из уст Дианы вырвался стон, но при этом они улыбнулись друг другу, причем довольно открыто. Быстро оглядевшись, она убедилась, что никто не смотрит на них, но тем не менее поспешно подошла к картине на стене и начала внимательно рассматривать ее. На ней был изображен сельский дом с ухоженным садом, разбитым в виде правильных геометрических фигур. Здесь нечего было обсуждать, однако Диана и Бей простояли, беседуя, у этой картины, пока аудиенция не подошла к концу.

Значит, скоро предстоит расстаться с маркизом.

— А теперь, — сказала она, уже сидя в карете, — расскажи мне подробнее о графе де Броли.

— Я думал, ты уже забыла о нем. — Бей повернулся к ней. — Сомневаюсь, что это будет тебе интересно.

— Разве? Придется вдоволь поскучать здесь, и кое-какие наблюдения могли бы помочь мне скоротать время. Я заметила, ты не хотел, чтобы месье Дейон знал, что я свободно говорю по-французски. Возможно, я могла бы узнать что-нибудь полезное для тебя.

— Шпионить в королевском дворце весьма опасно.

Диана удивленно заморгала.

— Я имела в виду совсем другое. — Затем она усмехнулась. — Лучше считай меня просто сплетницей. Ведь заурядные дамы обычно сплетничают, и в этом нет ничего особенного.

Бей прикрыл лицо рукой, отчаянно сдерживая смех.

— К тому же, — живо добавила она, пользуясь моментом, — быть хорошо осведомленной сплетницей гораздо естественнее, чем вообще не знать, что происходит вокруг.

— Вы неотразимы, леди Аррадейл.

— Надеюсь, лорд Родгар.

Улыбка сошла с его лица, и он сделал движение, намереваясь коснуться ее, но сдержался.

— Хорошо, — сказал Бей серьезным тоном. — Однако помни, то, что я сейчас расскажу тебе, знают очень немногие, и француз понятия не имеет о нашей осведомленности. Пусть все так и остается.

Карета миновала узкие улочки, прилегавшие к Сент-Джеймсскому дворцу, и теперь двигалась в зелени парков. Оставалось еще немного времени.

— Я буду осмотрительной.

— В противном случае я не стал бы ничего говорить. Король Франции Людовик, по существу, имеет два правительства, особенно когда дело касается внешней политики. Одно легальное, а другое тайное, о котором мало кто знает.

Это чрезвычайно удивило Диану.

— Но почему?

— Видишь ли, короли обычно окружены фаворитами и скованы всевозможными традициями. Поэтому король Георг часто использует меня для получения особых сведений. А король Людовик находится в еще более суровых условиях, сложившихся в Версале. Он не может ничего предпринять без участия официальных министров или маркизы де Помпадур.

— Я думала, что постаревшая маркиза уже отошла от государственных дел.

— Ее влияние все еще очень велико, как и в прежние годы… Не прерывай меня, у нас мало времени.

В самом деле, они уже приближались к концу аллеи.

— Несколько лет назад Людовик создал тайную сеть управления, в обход официального правительства. Она была призвана осуществлять его собственную политику и достижение собственных целей, когда они шли вразрез с официальными. Кроме того, король, как и все монархи, нуждался в проверенных сведениях. Граф де Броли не пользуется открытым покровительством короля, но при этом является главой негласного правительства, а шевалье Дейон — основным исполнителем. Он вхож к королю.

— А новый посланник, которого ожидают? — спросила Диана.

— Герье? Это официальное лицо.

Она сдвинула брови.

— Если Дейон является человеком французского короля, почему он не посланник? Король имеет право назначать, кого захочет.

— Дейон склонен к авантюризму и не имеет ни состояния, ни положения, так что, если бы ему предложили занять этот пост, это вызвало бы подозрения, а тайный агент должен оставаться в тени.

— Но ты ведь не в тени.

— Я не являюсь тайным агентом, хотя у меня есть таковые. Вот они действительно никому неизвестны.

Диана вздохнула.

— Как это все необычно и таинственно! Мне уже кажется весьма привлекательной жизнь в гуще событий. Однако если политика тайного министерства короля Людовика расходится с официальной, что они замышляют?

— То, о чем мы говорили вчера вечером: вернуть былое преимущество. Официальное правительство Франции зализывает раны, нанесенные войной, а король Людовик намерен снова начать военные действия, мечтая о победе. Более того, он хочет завоевать нас.

— Королю неизвестно о деятельности месье Дейона? Я имею в виду короля Георга.

— Он ничего не знает об этом.

— Разве ты не можешь поставить его в известность?

— Пока не время. Наш король потерял отца в раннем возрасте и мечтал о старшем друге. Он вырос без родительской опеки и до сих пор считает «дорогого кузена Людовика» своим самым достойным наставником.

— Короля враждебной нации?

— Сейчас между нами мир, а Людовик на троне уже много лет, и у него большой опыт. С помощью Дейона Людовик старается всячески воздействовать на английского короля.

— И все-таки тебе следует рассказать обо всем нашему королю. У тебя есть доказательства?

— Весьма сомнительные — всего лишь двусмысленные фразы и шифрованные послания. Если я ограничусь только своими впечатлениями, король может высказать их Дейону и тогда тот поймет, какими сведениями я располагаю, а это опасно для нас обоих, — сказал Бей и многозначительно посмотрел на Диану.

Слезы навернулись ей на глаза.

— Доказательства существования тайного правительства у Людовика весьма шаткие, — продолжал маркиз. — Все, что у меня есть, кажется незначительным, если не знать шифра, а я не хочу рисковать, предоставив его королю. Если французы узнают о нашей осведомленности, они перестанут пользоваться им.

— По-видимому, — сказала Диана, стараясь взять себя в руки, — при дворе существует сложная взаимосвязь различных интересов. Ты действуешь в одиночку?

— Нет, в нашем правительстве есть люди, которые знают о моей деятельности.

— И разумеется, хранят это в тайне.

— Только определенные вещи. — Он умолк.

— Итак, что я должна делать? — спросила Диана.

— Наблюдать и слушать, особенно когда Дейон разговаривает с королевой, а потом сообщать мне. Но будь очень, очень осторожной.

— Значит, мы будем встречаться?

Он снова замолчал, потом поднял на нее глаза.

— Неужели ты думаешь, что я брошу тебя?

— Нет, но… мы будем видеться каждый день?

— Довольно часто. Я вхож сюда. Некоторый интерес к твоим успехам при дворе не вызовет никаких подозрений.