Том, Дик и Дебби Харри - Джессика Адамс

— Весьма недвусмысленно дала понять. Единственное, чего я не понял, — как это должно произойти.

— И вы решили, что нападете на меня с кухонным ножом или огреете по голове мотыгой?

Бернард издал сдержанный смешок:

— Я просто решил, что оставаться там слишком опасно. Поэтому упаковал все вещи и переехал в Квинсленд.

— И все из-за меня?! Не стоило так утруждаться!

— Как выясняется, действительно не стоило. Я ведь и вернулся-то всего на один день, клиента навестить, и судьба тут же меня нашла. Еще бы чуть-чуть…

Бронте поморщилась, прижигая ранки на ладонях. Она почти физически ощущала, как набухают синяки на коленях, и уже в красках представляла огромный фиолетовый отек на боку.

— Я была у психиатра, — призналась она, пока официант расставлял тарелки с сырными палочками. — Все время боялась умереть, и повсюду мне мерещилась Ангел. Доктор сказала, что все дело в моей парасимпатической нервной системе и подсознании.

Бернард слегка улыбнулся:

— Я тоже видел Ангела. Может, и мое подсознание виновато?

— Ангел пыталась нас предупредить, — предположила Бронте, — а затем, когда у нее ничего не вышло, она прилетела и спасла меня. Интересно, а та сердобольная женщина тоже ее видела?

Бернард пожал плечами:

— Тогда у нас троих с головой не все в порядке. Можете обрадовать своего психиатра.

— Я туда больше не вернусь. — Бронте погладила перебинтованное колено. — Ни к чему. Я же теперь знаю, что Ангел существует.

— К тому же вы теперь знаете, что обманули собственную смерть.

— Ах, вы об этом… Да нет, я уже не боюсь умереть. Но я была права. Я же говорила, что чувствую приближение смерти, а сегодня она подошла ближе некуда. А сейчас я просто счастлива… — она запнулась, поймав на себе взгляд официанта, — да, на самом деле счастлива. Господи, да я уже и забыла, каково это! — Она сделала знак официанту, заказала шампанского и добавила: — И пожалуйста, французского, не австралийского.

Через несколько минут на столе появилась бутылка «Моэ» в серебряном ведерке. Неожиданно Бернард закрыл глаза и с крайне сосредоточенным видом пять раз торжественно хлопнул в ладоши. Бронте с удивлением посмотрела на него:

— Что вы делаете? Комаров пугаете? Он открыл глаза и улыбнулся:

— Прощаюсь с вашей лошадью. Она возвращается туда, где свет.

— Забавно, — помолчав, сказала Бронте, — словно ветерок пронесся. И как будто хлопнула дверь.

— Она исчезла. У нее была задача, и она ее выполнила. Теперь настала пора уйти. Но она попрощалась.

— Как мило. — Бронте вздохнула с облегчением.

— Но напоследок она сказала еще кое-что. — Да?

Бернард смущенно пожал плечами:

— Что-то про бананы…

Бронте рассмеялась и разлила по бокалам шампанское.

— И она абсолютно права.

К тому времени, когда они вышли из клуба, уже вечерело. На этот раз Бронте сразу поймала такси и вернулась в офис незадолго до пяти.

— Тебя уже ТАМ обыскались, — нервно зашептала Лора. — Боже, что с твоими ногами?!

— Ерунда, жир удаляла, — отмахнулась Бронте. Она чувствовала легкое опьянение. — Мне высосали коленные чашечки и вживили их вместо грудей. Так что ТАМ от меня хотят?

— Вообще-то, мне кажется, это серьезно. Немедленно требуют к себе.

— Ну ладно, — покладисто ответила Бронте. — Уже бегу.

С широкой улыбкой она вышла из кабинета и поковыляла к пожарной лестнице — пешком все равно быстрее. Да и не выносила она спертую духоту лифта.

Добравшись до верхнего этажа, Бронте постояла на лестничной площадке, переводя дух, поправила бинты и направилась к кабинету Ураганной Сьюзен. При ее появлении секретарша на мгновение замерла, потом пролепетала:

— Она занята.

— Чушь! — отрезала Бронте. — Небось названивает в «Клиник», халявный крем выцыганивает. Знаем мы, как она занята.

— Бронте! — взмолилась секретарша, но Бронте уже повернула ручку двери и вломилась в кабинет.

— Одну минутку, — проворковала Ураганная Сьюзен в трубку при виде своей подчиненной. Потом аккуратно положила трубку на стол и уставилась на Бронте.

— Привет! — выпалила Бронте.

— Это еще что такое? — медленно вопросила Ураганная Сьюзен, переводя взгляд на ее колени и, наконец, на кроссовки, запачканные кровью. — Что с тобой?

— Я слышала, тут кто-то банановым студнем подавился?

— Бронте, что ты здесь делаешь?

Бронте пожала плечами, чувствуя себя провинившейся школьницей перед строгой училкой.

— Думаю, тебе следует уйти, — ровным голосом произнесла Сьюзен, но Бронте видела, как ноги грозной начальницы нервно выплясывают под столом.

— И не подумаю — я требую увольнения.

— Твое увольнение уже вопрос решенный, — поспешно сказала Сьюзен. — Я еще сегодня утром согласовала это с руководством.

— Врешь! — весело парировала Бронте.

— Я вызову охрану! — Сьюзен швырнула трубку на рычаг.

— Да ладно тебе, уже ухожу. Туда, где женщины — это женщины, а не инкубаторные куры. Туда, Где Голди Хоун[33]без макияжа — человек, а не журналистская сенсация. Туда, где настоящая жизнь, Сьюзен.

«Если бы не возраст, с каким удовольствием я бы выдала тебе композицию из одного пальца!» И Бронте захлопнула дверь.