Закон притяжения. Его студентка - Людмила Сладкова

«Как жаль, что все это неправда! Лишь результат моих чудовищных экспериментов! Боже, почему так больно? Когда я уже смирюсь?»

Улучив момент, она спрыгнула с перил и торопливо поправила юбку.

— Что ты делаешь? — прогромыхал он недовольно. — Верни все, как было!

— Виктор Эдуардович, — едва сдерживая слезы отчаяния, Белова попыталась достучаться до него, — простите! Я так сильно виновата…

— Нет! Замолчи! Не хочу слушать!

— Но…

— Закрой рот и поцелуй меня!

— Вы не понимаете! Это все… Я знаю, от чего нам обоим станет легче!

— Да ну? — загоготал мужчина. — Правда, что ли?

— Угу! Но для этого необходимо зайти в аптеку!

— Нет, Лена! — пальцы Макарова мертвой хваткой сомкнулись на ее запястье. — Я тоже знаю, от чего нам обоим полегчает! И аптека для этого не нужна!

Не проронив более ни слова, Виктор Эдуардович решительно поволок окончательно растерявшуюся девушку в неизвестном направлении…

* * *

Этим неизвестным направлением оказался… ближайший подъезд жилой многоэтажки. Ей бы, по-хорошему, включить мозг и воспротивиться.

Но увы. Сознание Беловой давно отключилось, а кровь ударила в голову, мешая мыслить здраво. Инстинкты взяли над ней верх. Окончательно и бесповоротно. Поэтому Лена безропотно следовала за ним, доверчиво вложив свою ладонь в его руку. Крепкую. Сильную. Горячую. Надежную.

«Ну… очень хотелось бы в это верить!»

Макаров передвигался очень быстро. Ей приходилось практически бежать, чтобы поспевать за ним. А высокий каблук и узкая юбка вообще никак не облегчали задачу. Наконец, не выдержав, девушка жалобно захныкала:

— Виктор Эду…

— Молчи! — обрубил он строго.

— Но…

— Ни звука, Белова! Ни звука, иначе я за себя не ручаюсь!

И все же на свой страх и риск Лена уточнила, прилично запыхавшись:

— Куда вы меня тащите? Подъезд-то закрыт! Вы что, домофон в упор не замечаете?

В следующую секунду раздался его громкий смешок.

Странный. Безумный. Насквозь пропитанный горечью.

— Думаешь, меня сейчас остановит какая-то жалкая… дверь?

«Ничего себе, жалкая! Металлическая, вообще-то!»

Задумавшись, она угодила каблуком в небольшую выемку на асфальтированной дорожке и едва не приземлилась на четвереньки прямо у ступеней, ведущих к парадной. Стремительно отреагировав, Виктор Эдуардович резким рывком притянул Лену к себе. А когда та шумно выдохнула, налетев на его твердую грудь, преподаватель точно тисками сжал ее талию, фиксируя в таком положении.

Теперь они таращились в глаза друг другу, как два обдолбанных наркомана.

Заторможенно. Жадно. Одержимо.

«Дышать! Не забывай… дышать!»

Время остановилось, а мир вокруг попросту перестал существовать.

Его очертания размылись, границы стерлись.

— Цела? — вкрадчиво поинтересовался Макаров, скользнув большими пальцами обеих рук под край ее блузки. Прикосновение жалило кожу подобно разрядам электрического тока. — Ничего себе… не вывихнула?

От нечаянной ласки у Лены перехватило дыхание. Колени задрожали, и пульс загромыхал где-то в горле. Будучи не в силах выдавить из себя ни слова, она отрицательно покачала головой. Чуть вправо, чуть влево. Но уверенно.

И данного жеста оказалось достаточно, чтобы мужчина выпустил ее из своих объятий, схватил за руку и поволок дальше, непосредственно к подъезду. Как и Красницкий накануне, Виктор Эдуардович, не особо напрягаясь, достаточно сильно дернул дверь (казалось, в тот момент он был способен сорвать бедняжку с петель), открывая ту без ключа от домофона.

— Вообще-то, так делать нельзя! — возмутилась Белова.

Но замолчала, услышав короткое:

— Ага! Поучи меня еще!

— А вот и поу…

Договорить ей Макаров не позволил.

Бесцеремонно затолкал внутрь, вдавил своим телом в первую попавшуюся стену и жадно, с примитивным стоном атаковал ее рот. Набросившись на Лену, он принялся дико, даже остервенело вгрызаться в ее губы. Смакуя. Соблазняя.

Лишая остатков разума и безоговорочно подчиняя своей воле.

«Ну, все! Ой, мама… мне конец! Я сейчас умру! Или… просто свихнусь от удовольствия!»

Всхлипнув от удовольствия, Белова отчаянно вцепилась в широченные плечи своего преподавателя, царапая острыми коготками ткань его рубашки. Виктор Эдуардович утробно рычал, лихорадочно сминая дрожащими ладонями ее разгоряченное тело. Руки мужчины были повсюду. Он по-хозяйски ощупывал и лапал Лену, не оставляя без внимания ни одного сантиметра плоти.

— Когда ты уже наиграешься, зараза? — гневно шипел в перерывах Макаров, точно конченый безумец. — Когда?

— М-м-м? — бессвязно мычала девушка в ответ, ведь едва задав вопрос, физрук снова затыкал ей рот и вынуждал терять связь с реальностью.

— Видишь, что ты наделала? — он демонстративно прижался к животу Беловой своим безбожно твердым и горячим пахом, отчего ее колени предательски подкосились, мозг официально превратился в вату, а сердце ухнуло в бездонную пропасть. — Решила с ума меня свести? У тебя получилось, девочка! У тебя получилось!

— Простите, я не…

— Я догадываюсь, что именно ты мне подсыпала! Но… зачем?

— Не знаю.

— Лгунья! — хрипло прошептал преподаватель ей прямо в ухо.

Вздрогнув, Лена с ног до головы покрылась крупными мурашками.

И их стало еще больше, когда он принялся одержимо зацеловывать, покусывать и слегка посасывать чувствительную кожу ее шеи. Вся кровь мигом отхлынула с лица и устремилась к низу живота.

И без того надрывное дыхание стало еще тяжелее.

Поддавшись импульсу, девушка скользнула ладонями под его рубашку.

Мужчина замер. Судорожно втянул в себя кислород.

Секунда. Другая. Третья.

Окончательно обезумев, Виктор Эдуардович задрал вверх блузку Беловой вместе с бюстгалтером, обнажая тем самым живот и грудь своей студентки. А после дернул в разные стороны полы своей рубашки. Та оказалась не на пуговицах, а на клепках, и распахнулась сразу же.

Теперь они соприкасались кожа к коже, теряя последний, мало-мальский контроль над ситуацией.

— Малолеточка! — прохрипел он, оторвавшись от губ девушки и проникновенно вглядываясь в ее глаза поплывшим и совершенно неадекватным взглядом. — Моя безбашенная малолеточка!

«Боже… остановите Землю! Остановите время! Все остановите! Я хочу остаться здесь. Сейчас. С ним!»