Идиллия в Оксфорде - Софи Уэстон

Пеппер напомнила себе, что у нее репутация женщины, наводящей ужас на подчиненных. Она вскинула голову.

– Откуда мне знать, что ты делал до встречи со мной?

Стивен неожиданно засмеялся.

– Оставался в здравом уме, – ответил он. – Прекращай изводить меня, глупая женщина. Ты собираешься за меня замуж или нет?

Пеппер не поверила своим ушам. Она уставилась на него с широко раскрытыми глазами и продолжала молчать.

– Или мне придется задать этот вопрос в разгар нашей дурацкой дискуссии? – простонал Стивен.

– А ты сможешь? – поинтересовалась Пеппер.

– Если надо будет, то да.

– Побоишься.

Он перебил ее.

– Я встречался с твоей кошмарной бабушкой. В сравнении с ней весь Оксфорд – просто детский сад.

У Пеппер похолодело внутри.

– Ты разговаривал с моей бабушкой?

– Я посылал электронные сообщения в ее компанию, когда пытался тебя разыскать. Ты залегла на дно, – пояснил Стивен. – А у меня было мало зацепок. Не знаю, что заставило эту аллигаторшу вылезти из ее болота, но пару дней назад она заявилась сюда и пообещала дать мне кругленькую сумму, если я уговорю тебя вернуться в Штаты.

– Она намекала, что заплатит тебе, если ты на мне женишься?

Стивен вздрогнул.

– Может, и намекнула бы, но я сам сказал ей, что собираюсь просить твоей руки.

– Ты ей сказал…

– Да, перед тем, как выставить ее за дверь.

Пеппер чувствовала себя ужасно униженной. Но в то же время испытывала гордость. И сомневалась, боясь поверить, что в жизни может быть так много счастья.

Стивен неожиданно встал. Он взял ее за руки и тоже заставил подняться.

– Пенелопа Энн Калхаун, ты удивительная женщина. Ты искренняя, яркая и забавная, и ты завоевала мое сердце в то утро, когда впервые упала в мои объятия. Выходи за меня замуж и верни мне мой здравый рассудок.

Но она все еще колебалась.

Он простонал:

– Пеппер, ради Бога. Я же люблю тебя. Что мне еще сказать? Или… ты меня все-таки не любишь?

– Мэри Эллен называла меня увальнем, – призналась Пеппер в последнем приступе откровенности.

Наступила полная тишина.

Затем Стивен вздохнул.

– Зря ты так о себе думаешь, – раздраженно возразил он. – Лучше думай о себе, как о роскошной, знойной женщине. Я где-то читал, что арабские принцы брали себе в жены пухлых дам, чтобы продемонстрировать всем свое богатство.

Она удивилась бы меньше, если бы Стивен встал перед ней на голову. Боль рассеялась, как утренний туман.

Пеппер рассмеялась.

– Вот теперь я убедилась. Ночь только начинается, а ты уже с ума сходишь!

Но Стивен уже стаскивал с себя мантию.

– Рубенсовские женщины чертовски сексуальны.

– Но не…

За мантией последовал пиджак.

– И ты права. Ночь только начинается.

– Ой, – произнесла Пеппер, неожиданно подумав о своих обнаженных плечах и о его жарком взгляде.

– Раз уж ты сама решиться не можешь, я сделаю то, о чем мечтал всю жизнь, – решительно заявил Стивен.

– Что…? – Она умолкла. – Стивен!

Он перебросил ее через плечо, словно пиратскую добычу.

И понес по винтовой лестнице в постель.