Очаровательный негодяй - Даниэла Стил

– Это правда, – согласился Блейк. – Она красивее и умнее большинства из них. Кроме того, она больше подходит мне по возрасту. Не понимаю, в чем тогда проблема?

Блейк был сердит на дочь и не скрывал этого. Она без всякой на то причины изводила Арабеллу.

– В том-то и дело, папа, что она лучше твоих прежних женщин, – вздохнув, промолвила Дафна. – Именно поэтому я и ненавижу ее.

– Ничего не понимаю… Объясни мне, что все это значит.

Блейка немало озадачили слова дочери. Она говорила тихо и теперь снова походила на ребенка.

– А вдруг она надолго задержится у тебя?

– Ну и что? Что в этом плохого, если Арабелла будет хорошо относиться к тебе?

– А если ты женишься на ней?

Дафне становилось плохо при одной мысли об этом.

– С чего ты взяла, что я могу жениться на ней? – удивился Блейк.

– Не знаю. Люди обычно женятся в таких случаях…

– Кто-то, может быть, и женится, но только не я. Я уже был женат на твоей маме. У меня трое детей, к твоему сведению, и мне нет никакого смысла еще раз жениться. Нам с Арабеллой хорошо вместе, вот и все. Не беспокойся, мы не поженимся, зачем нам это?

– Но она говорит, что любит тебя. И я слышала, как ты, папа, тоже признавался ей в любви. Если люди любят друг друга, они женятся, но я не хочу, чтобы ты женился на ком-либо, кроме мамы.

– Ну, положим, мы с твоей мамой никогда больше не будем вместе. Это факт. Однако это не означает, что мы с ней не любим друг друга. В моей жизни хватит места и для вас с мамой, и для женщины, которая мне нравится. Не беспокойся, Даффи, я никогда не женюсь, обещаю тебе это. Ты мне веришь?

– Да, папа, – неуверенным тоном пробормотала девочка. – А вдруг ты когда-нибудь изменишь свой взгляд на брак и нарушишь слово?

Ей пришлось признать, что Арабелла умна, хороша собой и интересна. Она прекрасно подходила ее отцу, и это пугало Дафну.

– Если я изменю свою точку зрения, то обязательно поговорю с тобой об этом. Ты можешь обсуждать со мной любые темы, но у меня есть к тебе одна просьба. Не изводи Арабеллу. Ты несправедлива к ней. Она наша гостья, но ей не по себе в нашем доме.

– Знаю, – с победной улыбкой сказала Дафна. Ведь она так упорно добивалась этого.

– Прекрати говорить ей колкости. Ты же можешь быть хорошей девочкой.

– Это приказ, папа?

– Да, приказ, – твердо сказал Блейк.

Его охватило беспокойство. Неужели Дафна начнет теперь грубить всем его женщинам? Она и о приятеле своей матери Чарлзе успела сказать несколько колкостей. По-видимому, девочка хотела, чтобы ее родители жили в одиночестве до конца дней своих. Но это несбыточная мечта. Блейк был рад, что у Максин наконец появился мужчина. Ей необходимо дружеское участие и общение. Блейк не испытывал чувства ревности, а вот Дафна, судя по всему, ревновала мать к ее другу.

Блейка беспокоило поведение дочери. Она превратилась в маленькую стерву. Он теперь не раз вспоминал слова Максин о том, что у Дафны начался трудный переходный возраст. Раньше его не тревожило, что могут возникнуть какие-то проблемы с детьми, когда он берет их с собой на каникулы.

– Постарайся, пожалуйста, найти с ней общий язык. Ради меня, – попросил Блейк.

– Хорошо, – скрепя сердце пробурчала дочь.

Этот разговор не сразу дал положительные результаты. Но через пару дней Блейк заметил, что Дафна начала понемногу исправляться. Она больше не делала замечаний по поводу татуировок и прически Арабеллы и отвечала, когда та обращалась к ней. Это, несомненно, были сдвиги в лучшую сторону. Арабелла теперь не плакала и не дулась.

Впервые в поездке с детьми Блейк столкнулся с неприятностями. Он жалел, что взял с собой Арабеллу, но не потому, что ее присутствие расстраивало Дафну, а потому, что его дети испортили настроение Арабелле.

Однажды они пошли кататься на лыжах вдвоем, и эта мирная, спокойная прогулка очень понравилась Блейку. Время от времени они останавливались, чтобы отдохнуть и поцеловаться, а потом вернулись в дом и занялись любовью. Арабелла призналась, что с нетерпением ждет возвращения в Лондон. И хотя Арабелла была рада познакомиться с детьми Блейка, она постоянно испытывала неловкость в их присутствии. Никто не сомневался, что она и Дафна никогда не станут друзьями. Арабелла могла рассчитывать только на хрупкое перемирие.

Несмотря на то что Дафна стала лучше себя вести, Блейк не завидовал бывшей жене и ее другу. Он задавался вопросом: как Чарлз Уэст терпит выходки Дафны? Арабелла, наверное, сбежала бы из Аспена, если бы Блейк не поговорил с дочерью и не убедил ее изменить отношение к его подруге.

Блейк впервые почувствовал облегчение от того, что каникулы детей подошли к концу и пришло время возвращаться в Нью-Йорк. Из аэропорта он повез их к матери, а Арабелла отправилась к нему домой. Этим вечером они должны были вылететь в Лондон.

Сэм сразу же с восторженными криками бросился к матери и едва не сбил ее с ног. Джек и Дафна тоже радовались.

– Ну, как отдохнули? – спросила Максин бывшего мужа.

По выражению его глаз она поняла, что он чем-то расстроен. Блейк ответил только после того, как Дафна вышла из комнаты.

– На этот раз без проблем не обошлось, – с грустной усмешкой промолвил он. – Не давай спуску Даффи, Максин, не то останешься в старых девах.

Максин рассмеялась. Она пребывала в отличном настроении и не хотела думать о проблемах. Она прекрасно провела время в Вермонте и вернулась отдохнувшей и счастливой. Они с Чарлзом успели сблизиться и понять, что подходят друг другу по всем статьям. Оба медики, отличаются педантичностью, аккуратностью, дисциплинированностью. Вдвоем им очень хорошо. Но что будет, когда домой вернутся дети?

– Но она в конце концов изменила отношение к твоей подруге? – спросила Максин.

Блейк покачал головой:

– Нет, ее отношение осталось прежним. Дафна лишь перестала открыто демонстрировать его. Слышала бы ты те колкости, которые она бросала в лицо Арабелле в начале их знакомства! Дафна превратила ее жизнь в настоящий кошмар. Удивляюсь, как Арабелла не сбежала из Аспена!

– Держу пари, у нее нет своих детей. Если бы они у нее были, она бы легче нашла общий язык с нашими.

– Ты права. Но после пережитого испытания Арабелла вряд ли захочет иметь детей. Впрочем, мне это только на руку, – смеясь, сказал Блейк.

Максин тяжело вздохнула.

– Бедная женщина, – с сочувствием в голосе произнесла она. – Но боюсь, мы ничем не можем ей помочь. Тринадцатилетние девочки в большинстве своем несносны. И здесь мы бессильны. То ли еще будет!

– Позвони мне, когда Дафна повзрослеет и образумится, – с грустной улыбкой пошутил Блейк.

Перед уходом он зашел к детям и поцеловал их на прощание.