Невеста - Софи Кинселла

Вернувшись, Изабел обнаружила, что дом погружен в тишину. Свет в прихожей был притушен, гостиная пустовала. Распахнув дверь в кухню, Изабел увидела мать, сидевшую за столом в тени абажура. Перед ней стояла бутылка вина, почти опорожненная, в углу тихо играла музыка.

Услышав звук, Оливия повернула к двери бледное, отекшее лицо.

- Ну что,- безучастно промолвила она,- все кончено.

- Ты о чем? - подозрительно спросила Изабел.

- Помолвка Саймона и Милли расторгнута.

- Что? - Изабел не поверила своим ушам.- Окончательно? Но почему?

- Они поссорились, и Саймон все отменил. Миссис Хэвилл отхлебнула вина.

- Из-за чего? Из-за ее первого брака?

- Вероятно. Она мне не сообщила.

- А где Милли?

- Ушла ночевать к Эсме. Сказала, ей надо убраться из этого дома. Подальше от всех нас.

- Ее можно понять.- Изабел тяжело опустилась на табуретку, не снимая пальто.- Господи, бедняжка! Просто не верится. Что именно сказал Саймон?

- Этой тайной Милли со мной не поделилась. Она вообще ничего мне не говорит в последнее время.- Оливия снова приложилась к бокалу.- По всей видимости, я больше не заслуживаю ее доверия.

- Мамочка, только не начинай,- закатила глаза Изабел.

- Десять лет замужем за нелегальным иммигрантом! Десять лет - и ни словечка матери.

- Да как же она могла тебе об этом рассказать?

- А попав в переплет, побежала к Эсме…- Оливия подняла воспаленные глаза на дочь.- К Эсме Ормерод!

- Она всегда бегала к Эсме.

- Знаю. Со всех ног несется в тот дом и возвращается с таким видом, будто она царица Савская.

- Мам…

- С тобой она тоже поделилась.- Оливия заговорила громче.- Почему ей никогда не приходило в голову прийти ко мне, родной матери?

- Да не могла она! - воскликнула Изабел.- Милли прекрасно знала, как ты отреагируешь. А ей, если откровенно, нужен спокойный, разумный совет.

- Я не способна дать разумный совет?

- Если это касается свадьбы - да, способна. Способна, мамочка.

- Ну, поскольку свадьбы уже не будет,- резко произнесла миссис Хэвилл,- может, вы опять начнете доверять матери. Относиться ко мне по-человечески.

- Мама, ради бога, прекрати себя жалеть! - вспылила Изабел.- Расстроилась свадьба Милли, а не твоя.

- Спасибо, я в курсе,- едко бросила Оливия.

- Ты не в курсе. На самом деле ты не думаешь о Милли и Саймоне, о том, что они чувствуют. Тебе вообще не важно, останутся они вместе или нет. Тебя волнует только свадьба. Цветы, которые придется отослать обратно, твое шикарное платье, которого никто не увидит, несостоявшаяся мечта о том, что Гарри Пиннакл пригласит тебя на танец. На все остальное тебе плевать.

- Как ты смеешь! - возмутилась Оливия, и на ее щеках вспыхнули два ярких пятна.

- Я угадала, верно? Неудивительно, что папа…

- А что папа?

- Ничего.- Изабел осеклась, сообразив, что переступила рамки.- Просто… я знаю его мнение, вот и все.

Возникла пауза. Изабел сидела, сощурившись, в тусклом свете кухонного абажура. Внезапно на нее навалилась страшная усталость.

- Ладно, - она заставила себя нарушить молчание.- Пожалуй, я пойду спать.

- Подожди,- взглянула на дочь Оливия.- Ты совсем ничего не ела.

- Ерунда. Я не голодна.

- Дело не в этом. Тебе надо есть.

Изабел равнодушно пожала плечами.

- Тебе надо есть.- Миссис Хэвилл в упор посмотрела на Изабел.- В твоем положении.

- Мама, не сейчас,- устало сказала Изабел.

- Мы можем не обсуждать эту тему,- с обидой произнесла Оливия.- Ты не обязана мне ничего рассказывать, если не хочешь. Храни свои секреты при себе, сколько влезет.

Изабел с неловким видом отвернулась.

- Я сделаю тебе омлет,- заключила миссис Хэвилл.

- Хорошо,- помолчав, ответила Изабел.

- И налью тебе бокал вина.

- Мне нельзя.

- Почему?

Изабел не отвечала, стараясь привести в порядок противоречивые мысли. Пить нельзя в случае, если она решит оставить ребенка.

- Подумаешь! - фыркнула Оливия.- Я пила по три порции джина в день, когда носила тебя, а ты вон какая получилась. Очень даже ничего, а?

Изабел невольно улыбнулась.

- Ладно, один бокал не повредит.

- Мне тоже. Давай откроем еще бутылочку.- Оливия закрыла глаза.- Господи, это самый ужасный вечер в моей жизни.

- Как тут все было? - Изабел уселась за стол.- Надеюсь, Милли в порядке?

- Наверняка Эсме позаботится о ней,- с оттенком горечи проговорила миссис Хэвилл.

Милли сидела в гостиной Эсме, обхватив ладонями кружку с обжигающим, густым напитком из бельгийских шоколадных хлопьев с капелькой апельсинового ликера.

Эсме уговорила Милли принять роскошную горячую ванну, благоухающую какими-то загадочными снадобьями из безымянных бутылочек, надела на нее махровый белый халат и мягкие тапочки, а затем взялась расчесывать волосы Милли старинной щеткой. Устремив взор вперед, на мерцающее пламя в камине, девушка чувствовала прикосновения щетки к голове, ощущала тепло огня, гладкость чистой кожи под халатом. Она приехала к крестной с час назад, расплакалась навзрыд, как только открылась дверь, и потом, в ванне. Однако теперь Милли охватил странный покой.

Она сделала еще один глоток горячего шоколада и прикрыла глаза.

- Ну как, лучше? - низким голосом спросила Эсме.

- Да. Гораздо лучше.

- Вот и отлично.

Они замолчали. Одна из двух гончих Эсме встала со своего места у камина, подошла к Милли и положила голову ей на колени.

- Ты права,- сказала девушка, гладя собаку по голове.- Права. Мы с Саймоном чужие люди.- Ее голос слегка задрожал.- Все плохо.

Эсме, не говоря ни слова, продолжала расчесывать волосы Милли.