Уроки страсти - Марго Магуайр

– Ясно. Если вы не возражаете, милорд, я вас оставлю. – Дроган потянулся к своему седлу, у которого висела искусно сработанная кожаная сума.

– Что это у тебя? – спросил Эдрик.

И Дроган, к его изумлению, залился краской.

– Подарок для Лоры, милорд. Раздобыл по дороге. Вы только потрогайте. Вам когда-нибудь попадалась такая мягкая кожа?

Эдрик коснулся сумы. Кожа действительно была выделана на славу. Только бы Лора не отвергла Дрогана. Лучшего мужа ей во всей Нортумбрии не сыскать. К тому же они с Дроганом очень друг другу подходят.

Заметив воинов, появившихся в деревне, Кэтрин отложила рукоделие, и они с Дирой тотчас же выбежали из дома.

– Мой муж должен быть с ними! – воскликнула Дира. Подхватив юбки, она побежала за повозками.

Кэтрин радовалась бы не меньше, вернись Эдрик после двухнедельного отсутствия. Интересно, как Лора встретит Дрогана? Последние дни целительница как-то притихла. Вполне возможно, она обдумывала совет Элги. Может, она не любила Дрогана так же, как Ротгара, но рослый светловолосый воин явно нравился ей, и он мог подарить Лоре долгожданных детишек.

Как и Эдрик ей, Кэтрин. Это всего лишь вопрос времени. Она непременно забеременеет. Интересно, что будет делать Эдрик, когда у нее появится живот? Без венчания настоящей семьей им не стать. Возможно, он выделит для нее домик в деревне или в одном из своих поместий, чтобы она могла растить там его ребенка. Незаконнорожденного ребенка.

Кэтрин вернулась в дом и снова взялась за рукоделие. Какой прок гадать, что принесет ей будущее? Нужно довольствоваться настоящим, заботиться об Эйдане, учиться у знакомых женщин разным премудростям. Придет время, когда ей все это очень пригодится.

Вернувшись в замок, Кэтрин старательно избегала встреч со священником и управляющим. Эти двое по-прежнему смотрели на нее исподлобья и считали, что она не заслуживает доверия. Кэтрин не знала, что еще должна сделать, чтобы заручиться их расположением, – ведь она и так уже убила предводителя вражеского клана…

Вспомнив о Роберте Фергюсоне, стоявшем рядом с колыбелькой Эйдана, Кэтрин невольно вздрогнула. Она любила малыша, словно он был ее собственным, и с ума сходила по его отцу.

Но она никогда не признается в этом Эдрику. Он ни разу не заговорил с ней о нежных чувствах, и Кэтрин не собиралась открывать перед ним свое слишком уж ранимое сердце. Не собиралась и жаловаться на Освина – пусть думает о ней что хочет – это его личное дело. К тому же он долгие годы служил и Эдрику, и его отцу. К счастью, теперь управляющий держался от нее на расстоянии, а краткие визиты в замок отца Алгара сводились к посещению Брайса.

По пути Кэтрин столкнулась с вереницей повозок. Мужчины выгружали из них продовольствие и разные вещи. Эдрик был с ними, и, когда их взгляды встретились, он подозвал девушку к себе.

На людях он вел себя с Кэтрин осмотрительно, не прикасался к ней и все внимание обращал на Эйдана.

– Дроган вернулся? – спросила она.

– Да. Отправился на поиски Лоры.

Этого и следовало ожидать. Вернувшись домой, Дроган должен был первым делом встретиться с любимой женщиной. Его поступок тронул Кэтрин за душу. Она надеялась, что в этот раз Лора не откажет ему.

Эдрик поужинал с Освином, дабы иметь возможность неспешно обсудить все хозяйственные дела, а потом решил прогуляться до старой крепости. Многие вещи родителей до сих пор пылились там в кладовых, и он хотел отыскать кое-что, принадлежавшее его матери.

Взяв лампу, Эдрик пошел в спальню родителей. Балдахин исчез, и Эдрик только сейчас сообразил, что он висит над кроватью Кейт. Она превратила детскую в уютное гнездышко с яркими тканями и игрушками для наследника поместья.

Открыв старинный сундук, Эдрик заглянул в него, но не нашел того, что искал. Следующий сундук тоже разочаровал его, но в третьем хранились вещи матери. В нем он и отыскал два тяжелых костяных гребня для волос.

Завернув их в тряпочку, Эдрик вернулся в замок. Гребни предназначались Кейт. На этот поступок его вдохновил подарок, который Дроган привез для Лоры. Женщины очень ценят подобные мелочи, а он как-то упустил это из виду.

В главном зале было темно и тихо, и Эдрик сразу же поднялся в детскую. Кейт сидела у камина и смотрела на огонь; на плечах у нее была шаль, волосы распущены. Эдрику, как обычно, захотелось уткнуться лицом в эти тяжелые локоны, хотелось наслаждаться ее чудесным ароматом.

Вытащив из кармана тряпицу, он развернул ее.

– Это тебе. – Эдрик устроился рядом с девушкой. Она посмотрела на гребни так, словно никогда в жизни не видела ничего подобного.

– Гребни?.. Для волос?.. Ты принес мне подарок? – Она смотрела на гребни с восхищением.

– Их носила моя мать.

– О, Эдрик, какие они красивые!

Кейт посмотрела на него так, что он понял: она придавала этому подарку особый смысл. Он же ничего особенного не имел в виду.

– Не стоит благодарности, Кейт. Просто у тебя ничего нет, кроме шнурка. С гребнями будет куда удобнее.

Эдрик поднялся и подбросил дров в камин. «Возможно, гораздо разумнее было бы оставить гребни в сундуке», – проворчал он мысленно.

– Спасибо за столь… практичный подарок, – проговорила Кэтрин, внутренне отгораживаясь от него. Она заплела косы, уложила их вокруг головы и заколола гребнями. Получилось очень красиво. Сейчас она стала еще прекраснее и выглядела… пожалуй, даже величественно…

Величественно?.. Что за глупости лезут ему в голову?!

Эдрик бросился к двери. Он старался убедить себя в том, что это нормандка значит для него не больше, чем Фелиция – подруга любовных утех… и хорошая няня для Эйдана. Негоже, чтобы она считала иначе.

Поведение Эдрика привело Кэтрин в замешательство. Его дар был сердечным и даже немного сентиментальным. Если она не ошибалась, именно это погнало его прочь из спальни.

Но такое его поведение представлялось совершенно бессмысленным. И если он полагает, что она станет переживать из-за его дурного настроения или потакать всем его прихотям, то ему следует сесть и как следует подумать. Она не собирается сидеть здесь и ждать возвращения своенравного рыцаря.

Взяв Эйдана, Кэтрин пошла наверх, к Берте. Старушка неизменно радовалась визитам девушки и обожала малыша Сесиль. Кроме того, туда Эдрик никогда не заходил.

Какой мужчина в здравом уме захочет иметь любовницу, которая не знает своего места? А его любовница именно такая. Да-да, не знает своего места! Выругавшись сквозь зубы, Эдрик спустился в зал.

Отправив слугу за кружкой эля, он устроился в кресле своего отца. И он старался не думать о Кейт. Действительно, не стоит о ней думать. Ему есть о чем подумать, кроме этой нормандки. Имеются куда более важные вещи. О них он и будет размышлять, потягивая драгоценный эль.