Второй шанс - Эмили Хейнсворт

Подскакиваю, надеясь заслонить от нее экран спиной, но Нина стоит прямо за креслом и видит на экране то же, что и я — надпись «Люблю тебя навсегда» на моей стене.

Руки от волнения покрываются гусиной кожей. Бросаю взгляд на Нину. Открыв рот, она стоит, не отрывая взгляд от экрана.

— Это еще что такое? — спрашивает она. Зайдя в аккаунт Вив, я немедленно стираю пост. Пока она была здесь, она успела поменять фотографии профиля не только у себя, но и у меня. Теперь на главной странице обоих аккаунтов красуется снятая на мобильный телефон несколько месяцев назад фотография, где мы изображены целующимися в машине. Крупным планом. Конечно, она не могла знать, как я ненавижу этот снимок, напоминающий мне о том, как она погибла.

Поспешно уничтожаю его, оставив на месте фотографий обоих профилей пустые серые силуэты.

— Кто-нибудь видел это? — требовательным тоном спрашивает Нина.

— Только Майк, я так думаю.

Два года назад я отписался от всех «друзей», кроме Майка и Вив.

Нина в ярости захлопывает дверь в мою спальню.

— Один человек — это уже слишком много. Ты слышал, что я рассказала про Логана? Вив не должна существовать здесь, Кам, это надо прекратить…

— Ладно, ладно, я знаю! — говорю я, вскакивая и начиная расхаживать по комнате. — Дай мне время разобраться с этим, я с ней поговорю.

— Думаешь, тебе удастся ее вразумить? Ты с ума сошел?

— Она меня послушает…

— А что насчет Логана? — спрашивает Нина. — Не одна Вив ведет себя странно.

— Больше это не повторится, — говорю я, утомленно проводя рукой по лицу.

— А если повторится, тогда что?

— Все, перестань! — кричу я срывающимся голосом. В наступившей тишине слышно только шум вентилятора, охлаждающего процессор. Нина долго ничего не говорит, и я начинаю надеяться, что она просто уйдет, но вместо этого она подходит ко мне и берет за плечи.

— Я знаю, тебе было тяжело, когда она умерла. Но если ты откажешься от нее сейчас, будешь хотя бы знать, что вы оба существуете — просто в разных местах. Это не то же самое что… смерть, — говорит она, заглядывая мне в глаза.

Она так близко, что я чувствую исходящий от ее волос запах персиков. Она опускает руки и смотрит вниз, на мои ладони. Внезапно решившись, она берет меня за руки и снова поднимает голову.

Заглянув в ее ясные глаза, я чувствую, как она тянется ко мне всем телом — и отстраняюсь, отпустив ее руки.

— Я не оставлю ее, Нина.

Девушка делает шаг назад и прислоняется к стене у окна. Я сажусь в кресло и берусь за воротник футболки. Не знаю в чем дело: в том ли, что сегодня я после долгого перерыва занимался физкультурой, или в том, что я целый день переживал, не зная, что написано на моей стене в «Фейсбуке». Может, мне просто нужно выспаться — но чувствую я себя предельно усталым и изможденным. Приходится положить локти на колени и подпереть голову руками. Я не чувствовал себя таким усталым с тех пор, как она умерла.

Нина садится на кровать напротив меня.

— Не позволяй ей помыкать собой, — говорит она, склоняясь ко мне.

— Я не позволяю. Да она и не пытается, — говорю я, судорожно сглотнув.

— Ты и сам знаешь, что это не так.

Беру айпод и, взглянув на экран, обнаруживаю, что мой список композиций заменен другим — и называется новый плейлист «Vibes аlа Viv». В списке полным-полно дурацких любовных композиций, которые так нравятся Вив.

— Ты можешь жить дальше без нее, Кам, ты это уже доказал — и она тоже может жить без тебя.

Я смотрю на Нину. Быть может, мы с Вив и правда научились жить друг без друга, но, пожалуй, ни я, ни она не рискнули бы назвать это жизнью. Спокойно слушать то, что говорит Нина, я больше не могу.

— Ладно, мы будем вести себя осторожней, — говорю я.

Нина берет за угол лежащую на кровати подушку, подтягивает ее к себе и, облокотившись, грустно качает головой.

— Только до следующего прокола, — говорит она.

Вставив в айпод провод от колонок, жму на кнопку «пуск». Комната наполняется синтетическими звуками танцевальной музыки, и в этот момент дверь в спальню распахивается.

— Я так и думала, что ты здесь, милый, — говорит мама и вдруг, увидев Нину, умолкает на полуслове.

— Миссис Пайк! — восклицает Нина, вскакивая, и, спохватившись, добавляет: — Я хотела сказать, вы, должно быть, миссис Пайк.

Мама, хлопая глазами от удивления, смотрит на Нину, потом — вопросительно — на меня. Я выключаю музыку.

— Пока, Нина. Прости, но тебе пора домой.

Нина делает шаг к двери, но мама останавливает девушку.

— Нет, постой, пожалуйста… — говорит она, неловко улыбаясь. — Нина? В последнее время Кам нечасто приводит друзей домой. Ты не останешься на ужин?

Нина смотрит на меня с таким явственным укором, словно все неприятности, происходящие во Вселенной, случаются по моей вине.

— Ты… ты… готовишь ужин? — спрашиваю я, глядя на маму.

Мамино лицо приобретает пунцовый оттенок.

— Я подумала… может, закажем китайскую еду?

— Спасибо, миссис Пайк… Мне нужно вернуться к брату, — говорит Нина, улыбаясь и проскальзывая мимо мамы к двери. — Мне нравится, как выглядит дом после уборки…

Нина обрывает фразу на полуслове и обращается ко мне:

— Кам, дай знать, если снова понадобится помощь с тригонометрией, — говорит она, выскальзывая за дверь, прежде чем мы с мамой успеваем отреагировать. Мама долго и с удивлением смотрит на меня, но наконец, широко и одобрительно улыбнувшись на прощание, исчезает в глубине дома, напевая на ходу.