Зачет по любви - Анастасия Градцева

– Черт, прекращай! А то я сейчас опять начну реветь! – предупредила я, шмыгая носом. – А у нас, кажется, ожидались занятия поинтереснее.

– Как скажешь, – улыбнулся Макс и легко коснулся губами моих губ в дразнящем поцелуе. – Тогда иди в душ. А я после тебя.

И, конечно, он не утерпел и пришел, когда я, стоя в клубах пара, намыливалась его гелем. Втиснулся ко мне в душевую кабинку – большой, сильный, голый – и стал целовать и нежно гладить меня, скользя ладонями по мыльной пене.

– Радость моя, – шептал он горячо мне на ухо, и от его дыхания и влажных касаний языка по телу разбегались мурашки. – Девочка моя, как же я скучал…как сходил с ума…

Его руки были умелыми и опытными, он знал, как и где приласкать меня, чтобы я застонала, тяжело задышала и стала кусать губы, выгибаясь под его ладонями.

– Макс! Хочу, хочу тебя! Не могу! Возьми!

– Не так быстро, радость моя, – хрипло рассмеялся он, выключая воду. – Придется потерпеть.

До спальни меня несли на руках, а потом так нежно и бережно опустили на кровать, словно я была хрустальной.

Я призывно застонала, прогибая спину, и Максу наконец изменила его хваленая выдержка. Он резко и нетерпеливо втолкнул колено между моих ног, развел их в стороны и залюбовался открывшимся ему видом. Одобрительно хмыкнул, наклонился и стал целовать внутреннюю сторону бедер, постепенно подбираясь к самому чувствительному месту, где уже все было влажно и горячо.

Когда его нежный язык осторожными мазками прошелся по клитору, я сладко выдохнула и развела ноги еще шире, открываясь перед ним. Макс ласкал меня вдумчиво, долго, как только я начинала учащенно дышать и ерзать, чувствуя приближение оргазма, он оставлял в покое клитор и начинал целовать набухшие губки и скользкий, влажный, готовый его принять вход.

– Макс… Макс, пожалуйста…

– Что такое, моя хорошая?

– Я хочу… дай!

– Чего ты хочешь?

– Я хочу кончить!

– Как скажешь, – выдохнул он, вводя в меня сразу два пальца и толкаясь четко в нужную точку. – Давай, любимая. Кончи для меня.

Я закричала, забившись в ярком оргазме, который огнем опалил каждую клетку тела и ослепил вспышкой острого удовольствия. Но вот пик ощущения прошел, и я разочарованно застонала, понимая, что тело все еще распалено и хочет продолжения.

– Макс! – я застонала и потянулась рукой к его напряженному твердому члену. – Трахни меня!

– Так быстро? – ухмыльнулся он, сел на край кровати и, подтянув меня к себе, вдруг уложил животом на свои колени. А когда я попыталась дернуться, придержал своей ногой мои ноги и прижал тяжелой ладонью между лопаток.

– Это что? – прогудела я, уткнувшись в него лицом.

– Это обещанное наказание, моя радость, – ласково проговорил Макс и с размаху опустил ладонь на мою ягодицу. Шлепок получился резким, обжигающим, но после него по коже разлилось тепло и низ живота опалило возбуждением. Сильным, темным и извращенно-сладким.

– Раз, – прокомментировал Макс и шлепнул меня снова. Теперь по другой половинке. Я вскрикнула. – Два.

Он отвесил мне десять полноценных ударов, после которых ягодицы пылали, но настоящим наказанием это, конечно, не было, потому что шлепки скорее распаляли и обостряли ощущения, чем делали больно. А сама ситуация, когда я лежу голая на коленях у Макса и он меня наказывает, была нереально порнушной и заводила до потери пульса. Когда мы закончили и он опрокинул меня обратно на кровать, я почти скулила от того, как сильно мне хотелось быть выебанной.

– Макс! Макс, пожалуйста! Умоляю!

– Садись сверху, – приказал он, одним выверенным движением натягивая презерватив, и по глазам, потемневшим до черноты, было видно, как тяжело ему себя сдерживать. – Садись на меня и сделай себе хорошо моим членом.

Он легко скользнул в меня – такой твердый, большой, распирающий до предела. Такой нужный и желанный. Мы двигались в совершенно ненормальном первобытном угаре – сладко стонали, жадно вылизывали друг другу рот, кусали шею и плечи, а потом, содрогнувшись и вжавшись телами еще сильнее, кончили почти одновременно. И так и остались лежать – он подо мной, обхватив меня руками, а я сверху, прижавшись к его груди. И было что-то интимно волнующее в том, что наши тела все еще были соединены.

– Добро пожаловать домой, Лика, – шепнул Макс. А я завороженно смотрела в его лицо и была не в силах оторваться от этого взгляда, нежного и теплого. Словно золотой солнечный луч.

– Да. Я дома, – тихо сказала я. – И я тебя люблю. Больше всего на свете. Как же хорошо, что ты меня нашел.