Любимый деспот - Мила Реброва

– Предвижу, что ты станешь сумасшедшим папашей, – усмехнулся Глеб.

– Подожди, пока появятся твои, посмотрим, каким будешь ты! – не остался в долгу Осман, не замечая, как напрягся при этих словах Глеб.

Он удачно перевел тему, но я всё же заметила, как переменилось его настроение при упоминании о его возможном отцовстве. Неужели друг был против детей?

– Всё в порядке? – спросила я позже, застав друга одного на кухне.

– Всё отлично, Красотка, – растянул он губы в своей фирменной ухмылке. – Как, впрочем, и у тебя. Муж с тебя пылинки сдувает. Рад, что у вас наконец всё наладилось.

– Спасибо, что приехал и не стал таить обиду на Османа.

– Он сам себя обидел, – закатил глаза друг, присаживаясь за барную стойку и делая глоток воды. – Но я рад, что он одумался и вы счастливы.

– Как и вы с Марусей, – улыбнулась я, жаждая подробностей.

Из Глеба было проще вытащить информацию, ведь Маря молчала как рыба.

– Спрашивай уже, любопытная Варвара, – засмеялся Глеб, поняв, к чему я веду.

– Не хочешь рассказать своей подруге, как все-таки уломал Марю на отношения? – взволнованно спросила я. – Она ведь была категорически против и даже в недавнем разговоре говорила мне, что ни за что не будет спать с тобой!

– Так она и не спит, – хмыкнул Глеб, качая головой, словно в неверии. – Мы решили посмотреть, «что из нас выйдет».

– Кажется, кто-то попался в собственную паутину, – хмыкнула я, потешаясь над ним. – Закончились твои свободные деньки.

– Смейся-смейся, посмотрим, как ты запоешь, когда…

– Вот вы где, – прервал нас вошедший Осман. – Мы фильм собрались смотреть. Вы как?

– Отличное предложение, – вскочил Глеб. – Муся любит кино.

Он умчался, так и не договорив, а я, нахмурившись, обернулась к мужу.

– Всё хорошо?

– Всё отлично, лапа. Идем смотреть фильм.

– Так жаль, что вы уезжаете, – вздохнула я, прощаясь с друзьями в аэропорту.

– Мы и так пробыли больше, чем собирались, – сказал Глеб, обнимая меня. – Теперь ждем, когда вы вернетесь обратно в Питер.

– Надеюсь, это случится быстрее, чем родятся дети, – посмотрела я с намеком на Османа.

– Посмотрим, – кратко ответил он, принимая меня обратно в свои объятия.

Навалившаяся ответственность за семью покойного дяди связывала мужу руки, и он не мог просто махнуть на всё и уехать.

– Спасибо, – поблагодарила я его дома, когда мы вернулись из аэропорта. – Для меня многое значит то, что ты уладил всё с Глебом.

– Не скажу, что ваша тесная дружба меня радует, – сказал муж, кладя мои ноги к себе на колени. – Но, если для тебя так важен Глеб, я готов потерпеть.

– Ты ведь знаешь, что тебе не к чему ревновать? – нахмурилась я, боясь, что он снова вобьет себе в голову всякие глупости.

– Ревнуют ведь не только к физической близости, Ксюш, – поднимаясь пальцами вверх по моей голени к колену, прошептал Осман. – Я ревную ко всему. Хочу тебя только для себя, лапа.

Горячие губы коснулись колена, заменив пальцы, и стая мурашек тут же пробежала по моему телу.

– Ты ведь понимаешь, что звучишь нездорово? – простонала я, выгибаясь навстречу его прикосновениям. – Это ненормально…

– Ненормально, – согласился Осман, поднимаясь поцелуями вверх по моему округлившемуся животу. – Но ты всё, что у меня есть, Ксюша. Ты и наши дети… Любая угроза потерять тебя делает меня безумцем.

Я замерла, не зная, что ответить на подобное откровение. Запустила пальчики в шевелюру мужа и думала обо всем, что произошло с нами за последний год. О наших поменявшихся ролях, ведь еще год назад я была той, кто ревновала и боялась того, что мое место займут. Что появится женщина, которая заинтересует Османа, и он решит покончить с фарсом под названием брак, что связывал нас.

– Знаешь, я тут подумала и поняла, что это твоя расплата, – ухмыльнулась я, смотря в удивленные аквамариновые глаза мужа. – За все те годы, что я сходила с ума от ревности, – уточнила я, видя невысказанный вопрос.

– Какая жестокая лапа! – хмыкнул он, нависая над моим лицом и игриво кусая кончик моего носа.

– Эй! – взвизгнула я, потирая нос.

– Лучше расскажи мне, как ты ревновала! – прохрипел он, целуя линию моей челюсти.

– А то ты не знаешь, – закатила я глаза, пытаясь не поддаваться на его ласку. – Как, ты думаешь, я попала в тот клуб, из-за которого тебе срочно пришлось ехать ко мне в Англию?

Я вспомнила свой побег из закрытой школы, который устроила, зная, что директриса обязательно вызовет его.

– Ксюша! – воскликнул муж, заходясь в диком хохоте. – Ну ты и хулиганка!

– А нечего было сообщать мне с таким счастливым видом о своей предстоящей женитьбе. Да еще и по видеосвязи!

– Маленькая пакостница! Если бы я узнал о том, что ты делаешь всё это специально, надавал бы тебе по заднице.

– Ой-йо-йой, как страшно, – снова закатила я глаза в ответ на его глупую угрозу. – А нечего было…

– Да-да, я уже понял, что сам виноват, – продолжал смеяться он.

– То-то же! Так что, как видишь, ты стал жертвой кармы, – заявила я со всей серьезностью. – И кстати, я хотела бы раз и навсегда закрыть вопрос о твоей бывшей невесте.

– При чем здесь она? – тут же напрягся Осман.

– При том, что ты напрягаешься при одном упоминании о ней! – разбушевались мои гормоны. – Ты всё еще чувствуешь к ней что-то? – потребовала я ответа.

– Господи, Ксюша! Нет, конечно! Ну что за глупости?! – сел он, вмиг растеряв всю свою игривость.

– Тогда почему ты так остро реагируешь? – расстроенно спросила я.

– Потому что не хочу верить в то, что мои чувства так незаметны для тебя, чтобы думать так! Да, я был влюблен в Диляру, – причиняя мне боль этими словами, прошептал он. – Был очарован ею, как никем другим. Видел боль, сидевшую в ней, и хотел подарить ей избавление от нее.

Не понимая, какую боль продолжает доставлять мне своими словами, говорил он.

– Но это были совершенно другие чувства и эмоции, Ксюша! Влюбленность и любовь – разные вещи, и именно благодаря тебе я это понял. Я смог пережить потерю Диляры, но твоя потеря просто убила бы меня, – обхватывая мое лицо ладонями, прошептал муж, нежно целуя меня в губы. – Господи, да я был готов принять ребенка от чужого мужчины, лишь бы не потерять тебя! Неужели это ни о чем тебе не говорит?!

– В нашу первую ночь… ты думал, что я – это она, – не обращая внимания на его откровения, выговорила я то, что давно не давало мне покоя.

– Ксюша…

– Я всё еще думаю об этом. Хотела бы забыть, но эти воспоминания и твои слова не дают мне покоя. Не о таком первом разе мечтает девушка, Осман. И что бы ты обо мне ни думал, я не планировала пользоваться твоим беспомощным состоянием, – скривилась я.