Поцелуй под дождем - Лили Орландо

– Да, – я не узнала собственный голос, таким высоким и тонким он оказался, как будто кто-то другой отвечал за меня.

Егор тоже ответил ей «да», и Галина Тимофеевна подошла к нам, держа в руках серебристого лебедя.

– Обменяйтесь кольцами в знак своей любви и верности.

Воинов снял одно из колец и надел мне на палец. Я сняла другое, изо всех сил сжала пальцы, боясь уронить. Где-то я читала, что это плохая примета, а в этот момент любое суеверие казалось чуть ли не свершившимся фактом.

К счастью, ничего я не уронила. Колечко скользнуло на безымянный палец Егора, и Галина Тимофеевна торжественно произнесла:

– Объявляю вас мужем и женой. Можете поцеловать новобрачную.

Только когда тёплые губы любимого мужчины коснулись моих, меня затопило осознание: это всё-таки произошло. Всё по-настоящему, мы теперь женаты.

Я думала, после загса мы отправимся в ресторан, чтобы отпраздновать, но Егор и здесь меня удивил.

– Мы едем в аэропорт? – спросила, глядя, как за окошком в небо поднимался самолёт.

– Ты очень догадлива, жена, – Егор улыбнулся и поцеловал меня в нос.

Жена… Муж и жена. Звучит как музыка.

Я тоже улыбалась. Счастье так и рвалось наружу. Хотелось кричать всем и каждому, что мы теперь муж и жена. Что мы с Егором любим друг друга.

Это было просто потрясающее чувство.

В самолёте Егор признался, что погуглил самое романтическое место для молодожёнов и выбрал Санторини. Остров расположен недалеко, и это тоже плюс, ведь у нас всего три дня.

– Прости, любимая, что наш медовый месяц будет таким коротким, – Егор вздохнул, – но на дольше я сейчас никак не могу выбраться.

– Пусть наш медовый месяц будет коротким, зато мы сделаем его насыщенным и незабываемым, – пообещала я, целуя мужа. Как же сильно я любила его в этот момент. Ведь он нашёл целых три дня, чтобы побыть только со мной.

Санторини встретил нас ярким солнцем, пронзительно-голубым небом без единого облачка, криками чаек и полчищами туристов, неспешно прогуливающихся по улочкам или лежащих на пляже.

Но нам это совсем не мешало. Мы с Егором смотрели только друг на друга, предавались любви в красивом номере для молодожёнов, тоже гуляли или купались в тёплых водах Эгейского моря. Целовались мы постоянно, а если не целовались, то всё равно касались друг друга, как будто не могли расстаться даже на секунду.

– Это был самый лучший медовый месяц в моей жизни, – сообщила я Егору, когда мы летели обратно.

– Так и было задумано, – улыбнулся муж, целуя меня.

Он пытался сохранить легкомысленный тон, но я видела, что Егор мыслями уже возвращается в реальность, продумывает завтрашний день. Он твёрдо решил продать компанию, а родители пытались отговорить его от этого поступка. Звонков в первый же день отпуска было столько, что муж выключил телефон, не желая портить медовый месяц уговорами, плавно переходящими в оскорбления.

Отец тоже не принял его сторону. К тому же, с тех пор как он вернулся, они с Егором не виделись, а Зоя Максимовна наверняка преподнесла всю историю в крайне неприглядном свете. Я была почти уверена, что она выставила меня охотницей за деньгами, которая обманом женила Егора на себе и заставила отказаться от дедовского наследия.

С мужем мы об этом не говорили. Я понимала, что ему сейчас и так нелегко, и не хотела расстраивать ещё больше. Да и не хотелось портить пребывание в раю семейными дрязгами.

А Москва нас встретила проливным дождём, напоминая день нашего знакомства.

Мы добежали до машины, пока уже знакомые охранники загружали наши вещи в багажник. Промокшие до нитки мы целовались на заднем сиденье, стараясь продлить последние мгновения короткого медового месяца, перед тем как с головой окунуться в суровые будни.