Расколотая радуга - Мэри Джо Патни

— Может быть, она и не замужем, но я ей явно не нужен. Вон как за ней увивался Роберт Андервил, словно мартовский кот, и ей это, кажется, нравилось.

Майкл думал о молодой леди с некоторым сожалением. За весь весенний сезон он не встретил девушки более умной, искренней и потому привлекательной.

— К тому же мисс Коллинз слишком мала для меня, — продолжил Майкл. — Ростом не вышла. Нам обоим друг до друга не дотянуться. Того и гляди шею свернешь.

«Верно, — подумал Люсьен. — Тебе бы такую, как Кит».

И словно в подтверждение своих слов он привлек к себе жену и поцеловал.

Майкл улыбнулся, в душе продолжая досадовать. Все друзья давно женаты, даже Раф, закоренелый холостяк.

На мгновение где-то в дальнем уголке памяти мелькнул образ Кэтрин, но усилием воли он прогнал его прочь. Бог свидетель, он делает все, чтобы ее забыть. Когда в прошлый раз он приезжал в Лондон в поисках невесты, его планы сорвал побег Наполеона с острова Эльба. Теперь он приехал с той же целью и до упаду танцевал с девицами, наносил им визиты, приглашал на прогулки верхом или в экипаже. Но ни одну из них он не мог представить себе спутницей жизни.

Вначале он думал, что главное — не стремиться к любви, и тогда выбрать жену не составит никакого труда. Но Майклу не удалось найти даже партнершу для светских развлечений. Куда приятнее было общаться с Кит или Марго, восхитительной женой Рафа.

Майкл как раз собирался перевернуть газетный лист, когда вошел лакей.

— Лорд Майкл, вам почта с посыльным из поместья Эшбертон.

Вскрыв конверт, Майкл изменился в лице. Письмо было кратким и деловым.

— Неприятности? — спросил Люсьен.

— Это от брата.

Майкл резко поднялся, отшвырнув стул.

— Бенфилд сообщает, что у благороднейшего герцога Эшбертонского случился сердечный приступ и душа его вот-вот распрощается с телом. Мне приказано прибыть.

Люсьен мрачно посмотрел на Майкла.

— Тебе не следовало бы ехать.

— Разумеется, но бдение у постели умирающего — вещь немаловажная, — произнес Майкл цинично. — Быть может, отец в последний момент изменит свою позицию. Извинения, раскаяние, примирение. Забавно! Не правда ли?

Его мрачный юмор не ввел в заблуждение ни Люсьена, ни Кит, но никто из них не проронил ни слова. Да и что они могли сказать?

Самым печальным было то, и Майкл это чувствовал, собираясь в дорогу, что где-то в глубине души он надеется на чудо. Ведь в каждой шутке есть доля правды.

Когда Кэтрин в сопровождении клерка вошла в контору Эдмунда Харуела, навстречу ей поднялся сухощавый, подтянутый мужчина с хитрым взглядом. Это и был сам адвокат.

— Миссис Мельбурн?

Он пришел в замешательство и растерянно заморгал.

— Островные глаза.

— Простите? — Кэтрин с любопытством взглянула на адвоката.

— Присаживайтесь, пожалуйста. Прежде всего я должен был удостовериться, что ваше девичье имя — Кэтрин Пенроуз и что вы — единственный ребенок Уильяма и Элизабет Пенроуз. Однако доказательством вашего родства служат также ваши глаза, — он слегка улыбнулся. — Ни у кого, кроме выходцев с острова, не встречал аквамариновых глаз.

— Какого острова?

— Острова Скоал, неподалеку от Корнуолла.

— У всех его жителей аквамариновые глаза?

— По крайней мере у половины. Там они называются «островными».

Харуел замолчал, видимо, собираясь с мыслями, потом спросил:

— Что вам известно о происхождении ваших отца и матери?

Она пожала плечами:

— Очень немногое. Они откуда-то с Запада. Поженились против воли родителей и лишились наследства. Это все, что я знаю, они никогда не говорили о прошлом.

Вдруг ей послышался громкий, словно церковный звон, голос матери, которая произнесла слово «остров», и Кэтрин с возросшим любопытством спросила:

— Мои родители родом с острова Скоал?

— Ваша мать была дочерью мелкого арендатора, а отец — младшим сыном двадцать седьмого владельца поместья Скоал. Лэрд, Торкил Пенроуз, поручил мне связаться с вами.

Ее брови поползли вверх.

— После стольких лет этот дедушка вдруг заинтересовался мною?

— Как видите!

— Но почему? — Кэтрин прищурилась.

— Вам что-нибудь известно о Скоале? — в свою очередь, спросил адвокат, уклонившись от ответа.

Кэтрин напрягла память. Она слышала о таком острове, но почти ничего не знала о нем.

— Кажется, это феодальное владение, такое, как Сарк на Нормандских островах.

— Совершенно верно. Номинально Скоал английское владение, но имеет свои законы, обычаи, свое городское собрание. Там сильно влияние викингов и в значительной степени кельтов. Владелец поместья, лэрд, английский барон, член английской палаты лордов, но на Скоале он — глава своего маленького королевства. Почти пятьдесят лет ваш дедушка правит островом… Теперь здоровье его пошатнулось, и он задумался о будущем.

Только сейчас Кэтрин поняла, в чем дело, и сказала:

— Мой отец был младшим сыном в семье. А где остальные дети?

— Сыновей было двое. Ваш отец умер, а его брат Хэралд вместе с сыном недавно погибли в морской катастрофе. Остались только вы и ваша дочь.

— Насколько я поняла, мне будет принадлежать целый остров?

— Не обязательно. Ваш дед вправе завещать остров кому угодно, он может его даже продать. Однако предпочитает, чтобы остров не переходил в чужие руки, а остался в семье. Поэтому он хочет встретиться с вами и вашим мужем.

— Со мной и моим мужем? — словно эхо повторила Кэтрин.

— Да, с мужем, потому что женщина, по его мнению, не сможет управлять островом и его предприятиями. — Харуел откашлялся. — Кроме того, имущество жены по закону принадлежит и мужу, таким образом, если поместье перейдет к вам, капитан Мельбурн станет лэрдом.

Харуел не знал, что Колин мертв. Мало кому это было известно.

— Представьте себе, что я незамужняя или вдруг овдовела? — сказала Кэтрин. — В таком случае дед стал бы искать другого наследника?

— Скорее всего он предложил бы вам выйти замуж вторично, за достойного человека, и лишь после этого сделал своей наследницей. Но, к счастью, вы замужем. — Харуел поджал губы. — Могу я говорить откровенно?

— Да, пожалуйста.

— Ваш дед очень… властный. У него свой взгляд на вещи, и весьма суровый. По-моему, он раскаивается в том, что лишил наследства вашего отца. Он хоть и был далеко, а следил за жизнью Уильяма. Знал о вашем замужестве, о рождении дочери. — Адвокат снова откашлялся. — Гибель ваших родителей явилась для него на-. стоящим ударом.